они становятся сильнее, и с этим нужно что-то делать, — согласился с ним Сторн Линд. — Иначе их черные щупальца охватят каждое государство.
— Ох, ну, сколько можно! — воскликнул Блэкторн и его дряблые щеки затряслись. — Их всех нужно казнить на площади, чтобы другим неповадно было поклоняться чертовому Гиргопу!
Я навострила уши, а Кэро вдруг закашлялась, и отец легонько постучал ей по спине.
— Что такое, дорогая?
— Чаем поперхнулась, — она, словно через силу улыбнулась ему. — Ничего, сейчас все пройдет.
Леон вернулся через полчаса и сообщил, что ему нужно срочно отбыть в столицу Вертунга — Гратилию. Правитель этого государства пригласил его, чтобы обсудить совместные действия по розыску проклятых. Похоже, дела были серьезны, но герцог не стал углубляться в подробности.
Эта новость расстроила меня. Он ведь только вернулся! Но что я могла поделать? Оставалось лишь ждать…
Глава 47
— Дорогая, вы не могли бы мне уделить время перед отъездом? — Леон повернулся ко мне и чуть склонил голову.
— Да, конечно! — я так обрадовалась, что муж захотел попрощаться со мной наедине, что немного забылась и так резко встала, что все взгляды сразу же обратились ко мне. Так себя дамы здесь не вели.
Я извинилась перед гостями и вместе с Леоном вышла из малого зала.
— Дорогая, вы так отреагировали на мое предложение… — герцог прижал меня к стене и наши губы слились в горячем поцелуе. Когда он оторвался от меня, его глаза были затуманены, а дыхание сбивчивым. — Могу ли я надеяться, что у вас есть чувства ко мне?
— Вы должны не надеяться, а знать, что у меня есть чувства к вам, — прошептала я и взяла его лицо в ладони. — Это очень странно, но вы пробудили во мне…
— Прошу вас, молчите! — он закрыл мне рот рукой. — Я хочу услышать это не сейчас, наспех, а в соответствующей обстановке, когда у меня будет возможность ответить не только словами…
— Леон… — прошептала я, глядя в его красивые глаза. — Я должна сказать вам кое-что еще…
— Что? — он погладил меня по лицу. — У вас есть какие-то просьбы? Я готов исполнить любую из них.
— О, нет… — я знала, что мне нужно было рассказать обо всем, что произошло, ведь предыдущий опыт показал, что в любой момент может случиться все что угодно. — Это касается тайной комнаты в подвале.
Леон резко отпрянул от меня и нахмурился.
— Что? Откуда вы знаете о ней?
— Я прошу вас, позвольте мне рассказать, — взмолилась я и он кивнул.
— Да, конечно, пойдемте в кабинет.
Герцог взял меня за руку, и мы быстро пошли по коридору.
— И что же вы хотели мне рассказать? — спросил он, когда за нами закрылась дверь. — О подвале, как и о призраке Уорика Кровавого вам рассказали слуги?
— О нет, то, что я хочу рассказать, касается… поклонению Гиргопу, — сказала я и замерла в ожидании его реакции.
— Что вы сейчас сказали? — глаза Леона потемнели и стали цвета самого темного виски. — Рианнон, вы понимаете, о чем говорите?
— Да, я понимаю, о чем говорю, — твердо сказала я, не отводя взгляда. — Вы выслушаете меня?
Он, молча, указал мне на кресло и сел за стол. Лицо герцога стало жестким и отрешенным.
Я села и рассказала все, что нашла в подвале, умолчав лишь о своих подозрениях по поводу Эллы и Кэролайн.
Пока я говорила, муж молчал, поглаживая подбородок, заросший темной короткой щетиной, а потом спросил:
— Вы никого не видели рядом с комнатой?
— Нет, но мне кажется, что ею регулярно пользуются, — ответила я, решив пока ничего не говорить мужу о сестре. Нельзя оговаривать человека, руководствуясь одними домыслами.
— Вы правильно поступили, что рассказали об этом, — Леон поднялся и подошел ко мне. — Только я попрошу вас — больше не ходите туда. Я запрещаю. Вы поняли, Рианнон?
— Да, я больше не стану ходить в подвал, — пообещала я. — Но ведь мы не можем все так оставить?
— Мы? — герцог недовольно выгнул бровь. — Я же сказал вам, герцогиня, чтобы вы больше не лезли в это дело. Я сам разберусь с тем, что творится в моем замке. Нельзя спугнуть тех, кто устроил это прямо под моим носом. Рианнон, вы услышали меня?
— Да, ваше милосердие, — ответила я, понимая, что не стоит лезть на рожон. — Я услышала вас.
Он вдруг схватил меня за руки и резко поднял.
— Рианнон, это очень серьезно. С этим не стоит шутить.
— Я понимаю, — со всей честностью, на какую была способна, ответила я. — И не собираюсь идти против вашего слова.
— Хорошо, что вы понимаете меня, — Леон вроде бы был ласков, но я видела, что он напряжен, и все его движения стали резкими и порывистыми. — Я распоряжусь, чтобы в замке усилили охрану.
— Вы вернетесь к своему празднику? — с надеждой спросила я, и Леон мягко рассмеялся.
— О нет… — это случится примерно через рундину. — До Вертунга дня три при попутном ветре, дорогая. Поэтому вам придется праздновать мой день рождения без меня.
— Это не очень хорошая новость, — я поднялась и протянула ему руки. — У вас еще есть время?
— Да, а что вы хотели? — герцог взял мои пальчики и улыбнулся.
— Может, нам стоит попрощаться как мужу и жене? — я подняла глаза и увидела на его лице удивление.
— Что вы мне сейчас предлагаете?
— Вы прекрасно меня поняли.
Мне больше не хотелось играть в игры. Жизнь была такой непредсказуемой, такой резкой в своих поворотах, что не хотелось потом сожалеть о том, чего не случилось. Мы должны были стать семьей, и нет смысла тратить время на реверансы…
Даже после того, как муж уехал, я помнила вкус этих жадных поцелуев, стук его сердца и прерывистое дыхание. Все когда-то бывает впервые. Вот и эти ощущения, несмотря на прошлые отношения, я испытала впервые. Все, что было раньше, теперь казалось лишь тенью страсти, нахлынувшей здесь и сейчас со стремительностью лавины.
— Не нужно провожать меня, жена, — Леон поцеловал меня в висок.
