представляю, что произошло дальше. Как бы ты себя чувствовал на моем месте?
Муж на миг прикрыл глаза, и Соне вдруг показалось, что сейчас он просто уйдет. Закроет за собой дверь и больше никогда с ней не заговорит, и если еще какое-то время назад она бы хотела, чтобы так случилось, то сейчас отчаянно, невыносимо этого испугалась. Сама не зная, почему. Страх остаться одной? Она и так была одна в Даррании очень долго. Слишком долго, чтобы этого бояться. Тогда что?
– Если это правда…
– Это правда. – Когда Сезар снова заговорил, у нее отлегло от сердца. По крайней мере, он не ушел, и теперь уже Соня не могла отвести взгляда от его лица. Словно заново, за все потерянное для них время его изучая. Каждую черточку, резкие скулы, прямой взгляд. Жесткий изгиб губ.
– Мне жаль, София, – произнес он. – То есть Софья. Соня. Не знаю, как теперь тебя называть.
– Можно просто Соня. Так меня зовут самые близкие. Звали…
– Мне жаль, что так произошло с твоей матерью. – Сезар смотрел ей в глаза, и она чувствовала, как сердце начинает биться быстрее. – Я все еще не представляю, как такое возможно, но если ты говоришь… у меня действительно нет причин тебе не верить.
Соня невольно улыбнулась. Кажется, впервые за последние дни ее губ коснулась пусть легкая, но все же улыбка. Она потянулась к уголкам рта кончиками пальцев, чтобы проверить, не показалось ли, но тут же опустила руки.
– Я рада, – выдохнула облегченно. – Я рада, Сезар… Прости, что не сказала тебе сразу, но между нами все было очень неопределенно, и я…
– Это уже неважно.
– Что? – Улыбка сбежала с губ. Не столько из-за слов, сколько из-за тона, которым они были сказаны.
– Я считал, что должен искупить свою вину перед тобой, – произнес он, глядя ей в глаза, – чтобы мы могли быть вместе. Чтобы у нас получилось хотя бы что-то… не как у моих родителей. Я надеялся, что смогу сделать тебя счастливой, что смогу создать семью, в которой не будет места лжи, недопониманию, предательствам. Но сейчас я понимаю, что больше не могу тебе верить. Если ты могла молчать о таком, я понятия не имею, что ты можешь утаивать еще.
– Я ничего больше от тебя не утаиваю! – выкрикнула она. – Неужели так трудно понять, что я просто боялась? Боялась в том числе вот такого…
– Вот такого не случилось бы, если бы ты сразу обо всем рассказала.
– И ты бы не сдал меня непонятно куда для изучения иномирян? – хмыкнула Соня. – Зная, что этот ритуал основан на темной магии?
– Не знаю, что бы я сделал, Соф… Соня. Не знаю. Но вряд ли стал бы подставлять беззащитную девушку, оказавшуюся в такой ситуации. Об этом я тебе и говорю: доверять тебе не могу не только я. Ты тоже мне совершенно не доверяешь, причем изначально. Поэтому… – Он плотно сжал губы, на мгновение замолчал, но потом все-таки произнес: – Поэтому когда ты родишь, я оставлю вам этот дом и буду вас навещать.
Сезар вышел раньше, чем она успела хотя бы что-то добавить. Оглушенная, опустошенная – слез уже не осталось, она вернулась в кресло, подтянула к себе колени и обхватила их руками. Стараясь не думать о том, что ее жизнь окончательно рухнула. Из-за Лены.
Глава 30
Лена
В академический театр мы пришли вместе с Ярдом. Судя по воодушевлению, с которым он говорил о предстоящем, театр ему действительно очень нравился. Я же на это действо согласилась, чтобы дополнительно себя загрузить и не думать о том, что происходит между мной и Соней. Тем более что сегодня она вообще не появилась на занятиях, а на мои сообщения и прочие попытки связаться с ней через виритту, не отвечала.
Встречал нас тот самый парень, который вышел из-за занавеса, стоило нам только появиться.
– Пойдемте, я вам все покажу… – начал было он, но тут посмотрел на Ярда и сник. – Или не надо?
– Ленор точно надо, – миролюбиво предложил тот. – Пойдемте все вместе.
Ярд вообще выглядел настолько довольным, насколько это возможно. Этакий большой дикий котик после удачной охоты, вот-вот и замурчит, как тигр, поэтому я не стала с ним говорить о Соне. Да и что я ему скажу? Поругались из-за темной магии? Большего сказать нельзя, так нечего тогда начинать в принципе.
– Ладно, здесь у нас… партер, – парень обвел руками огромный зал. В этом зале мест, кресел, обитых бархатом, было столько, что реально могла собраться вся Академия. Обивка была темно-золотая, понятно почему, справа и слева над сценой висели огромные флаги факультетов.
– У нас даже ложи есть. Для особых гостей. Балконов и бельэтажей, правда, нет. Но в целом…
– Они тут вряд ли нужны, – пробормотала я, оглянувшись назад. Не считая боковых лож, еще была ложа для королевской семьи, она возвышалась над дверями, через которые мы попали в зал, и над партером. Было еще четыре запасных выхода, и…
– Сцена. Огромная. Поднимайся, – парень легко взял высоту без ступенек и протянул мне руку, которую я приняла. Ярд последовал за нами. Запрыгнул с такой грацией, что у меня снова возникла ассоциация с диким котиком. Он раньше даже выглядел по-другому, не говоря уже о поведении. Сейчас я в этом мужчине просто не узнавала того мальчишку, с которым познакомилась изначально.
– И привыкай, – голос «экскурсовода» выдернул меня из мыслей про дикую фауну Даррании в виде одного конкретного адепта. – Потому что очень скоро на репетициях и уж тем более на выступлении тебе придется смотреть в зал. Потянешь?
– Зачем ты меня вообще звал, если считаешь, что я не потяну? – уточнила я.
Парень кашлянул, потом побледнел, покраснел и махнул рукой за кулисы.
– Идем дальше.
Они с Ярдом и впрямь направились дальше, я же ненадолго задержалась, чтобы рассмотреть зал. Отсюда он выглядел по-другому, ощущался иначе, чем когда стоишь внизу. С высоты сцены зал казался еще более огромным, и я невольно ощутила то самое пощипывание, щекотку волнения внутри, когда поняла, что мне предстоит здесь репетировать и потом выступать. Перед сотнями адептов и приглашенных гостей.
Не дав этой мысли собраться в ком напряжения, я развернулась и поспешила вслед за парнями.
– Вот здесь артефакты, с помощью которых мы управляем занавесом, освещением и так далее, – это уже произнес Ярд, когда я подошла. Панель, в которую были вмонтированы магические элементы, была внушительной, каждый артефакт своего цвета и подписан.
– А это наши шутники постарались, – заметил второй сопровождающий, указывая на нижний ряд.
