Я потер лоб, соображая, что же предпринять, как вписать странный рассказ девушки в начавшую выстраиваться у меня в голове версию. В этот момент свечение за окном разгорелось с особой силой, и комнату наполнил призрачный красноватый туман. Лойи покосилась за окно.
- Что это? - спросил я.
- "Красная заря", - ответила девушка. Встала, прижалась лицом к стеклу.
- "Красная заря"?
Я тоже подошел к окну.
- Разве вы никогда не видели "зорь"? - удивилась Лойи, но тут же спохватилась: - Ах, да! Я забыла, что вы здесь впервые. А мы к этому уже привыкли, хотя поначалу тоже удивлялись. Слишком уж необычное явление, правда?
- Действительно, - согласился я, - странное явление. А как это объясняют ученые?
- Ученые? - Лойи откинула назад волосы, посмотрела на меня удивленно. - Никто из ученых всерьез никогда не занимался этим. Правда, мы с ребятами как-то раз пытались изучать "зарю"...
- И что же?
- Ерунда! Все, что нам удалось сделать, это провести анализ светового потока и определить направление его распространения.
- У вас сохранились индикатрисы20 ?
- Что вы?! Если бы это был серьезный научный эксперимент, а тут... По-видимому, эти "зори" зарождаются где-то на Южном материке и пересекают Страну Вечной Тени до самого полюса. Судя по всему, это разновидность световой волны, возникающей в нижних слоях атмосферы в результате сильной наэлектризованности воздуха или же сильной ионизации. Правда, не понятно, что является причиной подобной ионизации... Сейчас довольно слабая "заря". Иногда число линий в ней доходит до ста - ста пятидесяти, и тогда на небе полыхает целое сияние, как у нас, на Земле, в Арктике. Но больше всего меня поражает закономерность их модуляций. Сначала появляются три линии, а затем по возрастающей: пять, семь, девять, одиннадцать и так далее. И каждый раз количество лучей принимает нечетное значение, а потом вдруг все идет на убыль в обратном порядке отсчета. Интересно, правда?
Я посмотрел на огненные линии, прочерченные по небу в ночном мраке снежной пустыни.
- И как часто бывают такие "зори"?
- Обычно через две недели, но иногда чаще, через несколько дней. Тогда они менее яркие... Кстати, когда мы нашли труп, тоже была "красная заря". Может быть, поэтому мне и привиделся тот странный человек на скале?
Девушка замолчала, глядя на красное сияние за окном. Потом шагнула к двери, посмотрела на меня.
- Ладно, спите. Скоро утро!
Она, словно тень, скользнула за дверь и исчезла в темноте узкого коридора. А я остался стоять у окна, глядя на необычную "красную зарю" и думая о том, что мне рассказала Лойи.
* * *
В восемь часов утра Варгаш постучал в дверь моей комнаты. Я вскочил с койки, пытаясь сообразить, где нахожусь. Увидев улыбающееся лицо Варгаша, сразу вспомнил все, что было вчера вечером. Спустив ноги на пол, я протер ладонями лицо, стирая остатки сна.
- Что? Несладко спалось на новом месте? - весело спросил Варгаш. - Это все от "красной зари". Я тоже чувствую себя неважно всегда, когда "заря". Голова не болит?
- Вроде нет.
Я мотнул головой, ощутил легкую тяжесть в затылке.
- Как погода?
- Погода прекрасная! Южный ветерок. Метель кончилась. Просто загляденье! Сейчас позавтракаем и отправимся к месту.
Я посмотрел за окно и с удивлением отметил, что спросонья принял за яркий солнечный свет - свет прожектора, восстановленного на башне. В остальном же кругом по-прежнему царила ночная тьма. Течение времени в Стране Вечной Тени отмечалось только часами, и ты словно выпадал из общего временного потока.
Настроение у меня было неважное. Всю ночь меня мучили кошмары. Мне мерещились гигантские тени, кравшиеся вдоль частокола черных скал, какие-то бездонные пропасти, извергающие клубы красного дыма. Проанализировав все эти бессвязные картины из сна, я пришел к выводу, что инстинкты подсознания предупреждают меня о какой-то угрозе, отдаленной, но, тем не менее, несомненной.
Поднявшись с постели, я отправился умываться. Приняв ионный душ и окончательно придя в себя после сна, я спустился в столовую станции. Здесь за столом уже сидели все трое обитателей этого крохотного мирка. Ждали только меня.
Лойи встретила мое появление насмешливым взглядом. Я же старался не подать вида, что мучаюсь в догадках. Одна только мысль не выходила у меня из головы: поскорее увидеть место, где нашли мертвеца, и сам труп.
Рубен Балага, показавшийся мне вчера молчаливым и немного хмурым, на самом деле оказался очень веселым парнем, любящим пошутить на самые разные темы. Таким людям всегда легко, в каких бы трудных условиях они не находились. Даже сдержанный Варгаш, сосредоточенно пережевывавший мясные консервы из искусственного белка и отхлебывавший маленькими глотками кофе из чашки, после очередной прибаутки Балаги не выдержал и начал глухо и прерывисто смеяться. Но особенно звонко и заразительно смеялась Лойи Симсон.
Ее чрезмерное веселье насторожило меня. Понаблюдав за девушкой, я заметил, что веселье это напускное. В действительности же она была внутренне очень напряжена, и вскоре я сообразил почему. Она приглядывалась ко мне, стараясь понять, какое впечатление произвел на меня наш вчерашний ночной разговор. Судя по всему, она придавала ему большое значение, и это заставило меня несколько по-иному взглянуть на ее рассказ.
Закончив завтрак и собравшись в дорогу, мы все вчетвером отправились к Медвежьему Кряжу. На станции оказалось два магнитора, совершенно не заменимых в здешних суровых условиях. Одним из них мы и воспользовались. Варгаш сел за управление. Рядом с ним уселся Рубен, а мы с Лойи разместились на заднем сидении. Раскрасневшаяся на морозе девушка сбросила с головы меховой капюшон куртки. Еще минуту назад веселая и смеющаяся, сейчас она, казалось, ушла в себя и задумчиво глядела в черноту ночи за лобовым стеклом.
Магнитор скользил мягко и бесшумно над заснеженной пустыней. Легкие снеговые облака появлялись в лучах осветительных огней, закручивались спиральными волчками, обтекая корпус аппарата, и исчезали в темноте. Дико метались черные тени в промоинах и впадинах, и окружающий мрак то отступал, то набегал вплотную. В наплывах темноты вверху на мгновение появлялись одинокие огоньки звезд. Незаметно мы достигли перевала, и снова оголенная пустыня развернулась перед нами.
На потолке салона горел крохотный огонек, и его неяркий свет делал этот маленький кусочек земного мира необычайно уютным среди холода и мрака ледяной пустыни на чужой планете.
- Скажи, Семен, - нарушил я общее молчание, - в тот день, когда вы обнаружили труп, ты не заметил ничего необычного на Медвежьем Кряже?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
