69
Присущие чань-буддизму радикализм и «нигилизм» у многих вызывали и продолжают вызывать сомнения в том, является ли это учение буддийским по сути. Однако, как отмечал Н. В. Абаев, «чань-буддизм, несмотря на существенные заимствования из других учений и культов, все же сохранил конечную сотерологическую цель буддизма — достижение состояния „просветления“, идентифицируемого чань-буддистами с так называемым „состоянием Будды“. Интересно отметить, что сами чань-буддисты на вопрос: „Если в школе чань нет места для священных писаний, статуй и даже самого Будды, можно ли ее считать составной частью буддизма?“ — отвечают безусловно утвердительно. Они заявляют, что главное в буддизме — пережить „просветление“, которое является непосредственным и сугубо личным психологическим опытом, а все внешние атрибуты религии (такие, как священные тексты, статуи и обряды) есть не что иное, как средства его достижения и сами по себе не являются „просветлением“. Более того, они утверждают, что именно они являются истинными буддистами, так как подобно Будде стремятся прежде всего постичь конечную реальность, не прибегая к таким внешним средствам, как религиозная литература и статуи».
70
Перевод Л. М. Ермаковой и А. Н. Мещерякова.
71
Как писал классик отечественного востоковедения О. О. Розенберг: «К Востоку относятся с некоторым пренебрежением, полупрезрительно, снисходительно — все восточное что-то странное, чужое, ненужное, даже ненормальное. Восточный человек — какая-то игра природы, диковинка, на него смотрят как на редкого зверя, а востоковед — что-то вроде странного чудака-артиста, демонстрирующего невиданных зверей — совершенно такое же, между прочим, отношение восточной публики к Европе. Непознаваемость Востока, несоизмеримость Востока и Запада — благодатнейшая тема для интересных бесед, люди Дальнего Востока — наши антиподы; они не только ходят кверх ногами, но и мыслят кверх ногами и чувствуют кверх ногами — можно перечислить длинный ряд явлений, на которые Восток и Запад отзовутся диаметрально противоположным образом, — что они столько же раз отзовутся одинаково, об этом не говорят, ведь это неинтересно».
72
Здесь и далее перевод М. Н. Пака.
73
Цит. по: Чон Чин Сок, Чон Сон Чхоль, Ким Чхан Вон. История корейской философии. М., 1966.
74
Именно организация «Хваран» и ее устав стали прообразом японских самураев и их знаменитого кодекса «Бусидо», о чем до сих пор не забывают напоминать «японским варварам» корейские идеологи. Более того, и национальная японская борьба сумо тоже заимствована у корейцев: этой борьбе островитян обучил корейский монах Им Донгю.
75
А. Н. Игнатович уточняет, что по императорскому указу 741 года в каждой провинции в обязательном порядке сооружались два буддийских монастыря — мужской («кокубунсодзи») и женский («кокубуннидзи»), через которые координировалась деятельность буддийской церкви по всей стране. «Следует иметь в виду, что буддийские храмы были не только (и не столько) религиозными центрами, но одновременно являлись и учебными заведениями, художественными мастерскими (и музеями), больницами, филантропическими заведениями, а монахи зачастую выполняли роль лекарей, воспитателей, консультантов по различного рода вопросам. Именно в таком качестве немалое их число подвизалось и при императорском дворе».
76
«Получив повеление государя, непременно последуй ему. Господин — это Небо, слуга — это Земля. Небо — покрывает, Земля — поддерживает. Если Земля вознамерится покрыть Небо, наступит крушение. А потому, если господин говорит, слуга должен слушать. Если верх действует, низ склоняется.
Сановники и чиновники! Ритуал — основа всего. Основа управления народом — не что иное, как ритуал. Если верхи не придерживаются ритуала, низы пребывают в беспорядке. Если низы не исполняют ритуал, непременно возникнут преступления. Когда же господа и слуги исполняют ритуал, то ранги не перепутываются. Когда народ исполняет ритуал, государство управляется само собой».
77
Ср. замечание Е. А. Торчинова: «Философия йогачары посвящена одной задаче — выяснению того, как функционирует сознание и каковы механизмы его деятельности и его преобразования. Задачи йоги и философии здесь почти совпадают, и можно сказать, что йогачара представляет собой методологию йогической практики, своеобразный проект йогической алхимии трансмутации омраченного и грезящего сознания в сознание очищенное и бодрствующее. Эта школа имеет и несколько других названий: виджнянавада („учение о сознании“, „теория сознания“), виджняптиматра („только лишь осознавание“), виджнянаматра („только лишь сознание“) и читтаматра („только лишь психическое“). Сутры йогачары называют сутрами „Третьего Поворота“. Это название связано с доктриной, возникшей в рамках самих сутр „Третьего Поворота“, о том, что Будда трижды провозгласил Дхарму, три раза „повернув“ Колесо Учения: в первый раз, провозгласив учение о Четырех благородных истинах и причинно-зависимом происхождении (Тхеравада); во второй раз, открыв учение о пустоте и бессущностности всех дхарм (Махаяна); и в третий раз, объяснив доктрину „только лишь сознания“».
78
По замечанию А. Н. Игнатовича, отрывок этой сутры «Я глубоко почитаю вас и не могу относиться к вам с презрением. Почему? Потому что вы все будете следовать Пути бодхисаттвы и станете буддами!» — передает главную мысль «Лотосовой сутры», одного из самых чтимых в Японии буддийских текстов. Смысл сутры толкуется так: «Каждый человек, даже не обладающий достоинствами, станет буддой, т. е. имеет „природу“ будды». Соответственно ни к какому живому существу невозможно относиться с презрением — но только с почтением, как к будде.
79
Перевод А. Н. Игнатовича.
80
Перевод А. Н. Игнатовича.
81
Перевод Н. Н. Трубниковой.
82
Перевод А. Г. Фесюна.
83
Перевод А. Г. Фесюна.
84
Здесь и далее перевод А. Н. Игнатовича.
85
Сюгэндо — синкретическое учение аскетического толка, соединяющее буддизм, синто и даосизм. Дословно «Путь обучения и поверки практикой».
86
Перевод А. Г. Фесюна.
87
«Пожелание при изготовлении Великим Восточным Государем статуй из сандала в память о покойном господине Накацукаса, государевом родиче». Перевод Н. Н. Трубниковой.
88
Здесь и далее перевод А. Н. Игнатовича.
89
По замечанию А. Н. Игнатовича, «этот метод является одним из средств распространения буддизма в его махаянистской разновидности. Противопоставляется методу „сёдзю“, который подразумевает спасение посредством сострадания: „обыкновенному человеку“ протягивается рука помощи. В отличие от других буддийских деятелей, Нитирэн основной упор делал именно на метод „сякубуку“, хотя, строго говоря, метод „сёдзю“ более буддийский по существу. Следует отметить, что несколько абстрактный характер составных компонентов „сяку-буку“ позволил буддийским учителям по-разному трактовать понятия „заблуждение“, „плохое“. Агрессивность Нитирэна нашла одно из своих выражений как раз в „сякубуку“. Исключительное внимание Нитирэна к этому методу пропаганды его идей дало основания некоторым исследователям расценить деятельность Нитирэна как небуддийскую».
90
Вот вполне дзэнская по духу цитата из «Хагакурэ», знаменитого трактата о нормах поведения самураев, принадлежащего перу бывшего самурая Цунэтомо Ямамото: «Все мы желаем жить, и поэтому неудивительно, что каждый пытается найти оправдание, чтобы не умирать. Но если человек не достиг цели и продолжает жить, он проявляет малодушие. Он поступает недостойно. Если же он не достиг цели и умер, это действительно фанатизм и собачья смерть. Но в этом нет ничего постыдного. Такая смерть есть Путь Самурая. Если каждое утро и каждый вечер ты будешь готовить себя к смерти и сможешь жить так, словно твое тело уже умерло, ты станешь подлинным самураем. Тогда вся твоя жизнь будет безупречной, и ты преуспеешь на своем поприще» (перевод Р. Котенко).
91
Поэтому чай стал подношением Будде. И сегодня, прежде чем начать пить чай во время чайного ритуала, сначала поднимают в знак почтения чашку с напитком обеими руками на уровень склоненной головы; этот жест восходит к традиции ритуального подношения статуе божества в буддийском храме.
