Далей поклонилась.
– Эта недостойная в глазах закона существует только как имущество, которое можно продать или купить. Эта недостойная не может давать показания против ее владельцев, и никакие ее обвинения против владельцев не будут слушать. Эту недостойную ее законный владелец может убить когда угодно без какой бы то ни было причины.
Кантра вздохнула.
– Понятно, – сказала она. – Значит, ты познакомилась с элантазой.
– Мы все познакомились. А она познакомилась с нами. Она знала наши имена и подметила различия между нами, так что никогда не называла меня Окто и не путала Уно и Шето. Со спины, в ремонтных комбинезонах, она узнавала нас, отличала одного от другого. Именно по ней – глядя, как она наблюдает и узнает, слушая, как она докладывает господину Кеону и… управляет им, – я поняла, что мне нужно выйти мыслью за рамки протоколов, идти на риск и… и пользоваться шансом, если он когда-нибудь мне представится.
– Похоже, это было полезное общение, – сухо проговорила Кантра. – Но какое это имеет отношение ко мне?
– Двойное, – быстро сказала Далей. – Во-первых, она была очень похожа на вас – не так сильно, как мы с Окто, но между вами и ею определенно было то, что естественные люди называют «семейным сходством».
Она замолчала. Кантра сделала ей знак, приглашая продолжать.
– Во-вторых, наступил такой момент, когда вместо нее появился другой элантаза, и господин Кеон расспрашивал его так, как обычно расспрашивал ту, другую. И так мы узнали, что первая элантаза – чье имя, возможно, было Тимоли, хотя не исключено, что она пользовалась псевдонимом, – что Тимоли принадлежала к роду, недавно признанному неудачным и, таким образом, удален из новой редакции таблиц разведения элантаза. Это делалось, как очень откровенно сообщил новый элантаза господину Кеону, чтобы недостатки не передавались по наследству, что в свою очередь диктовалось заботой о клиентах, дабы они были уверены, что получают самое лучшее обслуживание.
Тимоли. Кантра заставила свое лицо остаться спокойным. Она плохо ее знала, поскольку между ними была разница около тридцати лет, но Тимоли была полной сестрой. Проклятие, еще бы тут не было «семейного сходства»!
Она наклонила голову.
– Я благодарю тебя за информацию, – сказала она очень официально. – У меня есть еще один вопрос, опять-таки если об этом можно рассказать. Из чего ты заключила, что у меня есть сведения о Дяде?
Далей глубоко вздохнула.
– Это, пилот, было прыжком в Глубины. Я предположила, что редактирование линии, включавшей в себя десятки очень способных и хитроумных взрослых, требовало весьма мощного механизма реализации, и этот механизм мог бы быть обезврежен лицом, имеющим доступ к соответствующим технологиям. Мне представилось, что Дядя мог бы найти бедственное положение одинокой элантазы, предназначенной к разрушению… убедительным.
– Значит, ты просто догадалась. – Кантра ухмыльнулась. – Неплохо, Далей.
– Мне приятно, что пилоту понравились мои методы.
– Я бы не стала залетать так далеко. Однако ты неплохо провела логические рассуждения… и неплохо блефовала. Там, куда ты направляешься, тебе понадобятся обе эти способности.
Далей наклонила голову.
– Неужели это столь дурное место, пилот? Кантра оторвалась от стены, к которой прислонялась, и на пару мгновений задумалась над ответом.
– Дядя желает управлять всеми, а им управлять некому, – сказала она в конце концов. – И это плохо. Я не стану говорить, что он тратит чужие жизни без цели, потому что цель у него есть. Но ради этой цели он их тратит, не задумываясь. Лично я очень не хотела бы оказаться под опекой Дяди. С другой стороны, я никогда не была товаром. Возможно, что ты найдешь в нем все, что тебе нужно.
Она помолчала, взвешивая все «за» и «против», и решила, что вполне может высказать все до конца, если это может помочь.
– Дядя захочет, чтобы ты всю себя посвятила его делу – то есть благу всех серийников, по его словам. Но у тебя все равно не будет ничего похожего на свободную жизнь.
Далей поклонилась.
– По наблюдениям этой недостойной, жизнь каждого из нас ограничена происхождением, умениями и обстоятельствами. И речь идет только о степени такого ограничения.
Она выпрямилась и прямо посмотрела на Кантру своими серьезными серыми глазами.
– Если пилоту я больше не нужна, я умоюсь и переоденусь, а потом приготовлю еду.
Кантра наклонила голову.
– Ты выбрала курс, – сказала она. – Лети теперь, как можешь.
На нее был брошен еще один взгляд, на этот раз – оценивающий.
– Спасибо, пилот, – отозвалась Далей и направилась обратно к жилому отсеку.
Спустя еще мгновение Кантра последовала за ней.
Он подумал, не стереть ли сообщение – и решил этого не делать: у Кантры не было особых оснований верить ему на слово. Хотя у нее не больше было оснований верить слову неизвестного командира Артикула X, каким бы ясным ни был его доклад.
То, что он уже некоторое время пользуется корабельной связью, не будет для пилота сюрпризом – иначе она не была бы той способной и хитроумной женщиной, какой он ее видел. Возможно, ему придется заплатить кое-какие проценты, раз уж он показал это открыто. А возможно, и не придется. Как бы то ни было, эта информация ей нужна, а его долг второго пилота требовал позаботиться, чтобы у пилота была вся необходимая информация.
И потому он оставил на главном экране пилота сообщение, тщательно устранив все идентификационные данные, за исключением имени командира, и отправился в каюту, чтобы быстро привести себя в порядок и переодеться в штатское.
Крошечный душ не вызывал желания задерживаться – и, кроме того, ему хотелось все закончить и уйти раньше, чем явится Далей, которая тоже захочет освежиться. Корабельный костюм – черный свитер с длинным рукавом, сотканный из скилети и охватывавший тело, словно вторая кожа, и длинные черные брюки из такой же ткани – был теплым, прочным и удобным и не имел никаких деталей, которые могли бы за что-нибудь зацепиться или заслонить пульт управления.
Он сунул ноги в тапочки и повернулся, осторожно двигаясь в тесном пространстве, и тут дверь с тихим щелчком отодвинулась в сторону, впуская его соседку по каюте.
– Привет, Далей, – небрежно сказал он. – Как прошла балансировка?
– Закончили, – ответила серийница, входя в каюту. – Пилот Кантра умеет обращаться с цифрами. Моя помощь ей почти не понадобилась.
Дверь закрылась, и женщина привалилась к ней, спрятав руки за спину.
– Пилот Джела! – начала Далей с серьезностью, которая была необычной даже для нее.
– Это я, – отозвался он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
