Рейфорд покачал головой. Несмотря на весь этот кошмар, он выполняет свою работу, летает на новом самолете, четко совершает посадки, когда на борту находится Карпатиу, обедает с одним из старых друзей, отправляется спать, говорит по телефону, просыпается, читает. Теперь вот он собрался лететь домой к своей семье. Этот мир стал абсолютно сумасшедшим. Как только в этом аду, в который превращается мир, могут сохраняться островки нормальной жизни?
В газете, которую читал Рейфорд, была опубликована статья о том, как один израильский раввин, доказал, что Иисус - Мессия, так потряс свой народ, его Культуру и религию, не говоря уже про человечество в целом, что неожиданно сошел с ума. Рейфорд знал правду и с большим нетерпением ожидал встречи с этим отважным святым человеком.
Рейфорду было известно, что Баку удалось вывезти раввина из страны, но как именно он это сделал, Рейфорд не знал. Ему очень хотелось узнать подробности произошедшего. Неужели участь их всех - это мученическая гибель семей? Собственная смерть? Он знал, что так и будет, но старался не думать об этом. Резкий контраст между скромной, повседневной жизнью пилота пассажирского самолета - для Рейфорда Стила она фактически не изменилась за прошедшие - два года - и ролью пешки, которой он ощущал себя, в международной политической чехарде, был настолько сильным, что он не мог его осознать до конца.
Зазвонил телефон. Пора было выходить.
* * *
Бак был потрясен тем, что увидел в церкви. Он едва смог найти убежище, умело замаскированное Брюсом.
Оказавшись в здании, Бак стал спускаться вниз по лестнице, прошел через зал собраний, затем вниз по узкому коридору, через душевые и котельную. Оказавшись в конце темного прохода, он подумал, что здесь, наверное, темно даже днем. Где же вход? Он ощупал стену. Ничего. Вернувшись в котельную, включил свет. Под потолком загорелась лампочка, при свете которой Бак нашел отметку на одной из цементных плит, из которых была сложена стена. Упершись в пол, он начал изо всех сил толкать, невзирая на боль в поврежденной лодыжке. Один из блоков слегка сдвинулся с места. Войдя вовнутрь, Бак тщательно закрыл за собой вход в убежище. Прямо перед собой в свете фонаря он увидел табличку и ступени, ведущие вниз. Надпись на табличке гласила: "Осторожно! Высокое напряжение! Только для обслуживающего персонала".
Бак улыбнулся. Надпись была угрожающей, но он знал, в чем тут дело. Спустившись по лестнице, ведущей налево вниз, он оказался перед большой металлической дверью. На двери висела еще одна табличка с такой предостерегающей надписью. В день венчания Брюс показал Баку и Хлое, как открывать эту дверь, казавшуюся запертой. Он нажал на ручку, вдавив ее в дверь примерно на полсантиметра, а затем потянул к себе так, что она вытащилась сантиметра на полтора. При этом ручка не поворачивалась ни вправо, ни влево. Затем он начал медленно давить на нее, немного поворачивая то вправо, то влево по секретной схеме, разработанной Брюсом. Дверь распахнулась, и Бак оказался в небольшом, способном вместить не более одного взрослого человека, помещении. В нем было столько электрооборудования, сколько не требовалось даже для такой большой церкви, как эта. И хотя тут все переключатели были настоящими, на самом деле они ни с чем не соединялись, а корпус электрошкафа представлял собой еще одну дверь, которая легко открывалась и вела в тайное убежище. В убежище с тех пор, как Бак несколько месяцев назад был здесь последний раз, Брюс проделал огромную работу.
Бака удивляло, когда Брюс находил свободное время чтобы все это сделать. Об этом никто, даже Лорет не знал, и Бак порадовался тому, какие у Брюса золотые руки. В помещении был установлен кондиционер, поэтому оно хорошо проветривалось. Брюс обшил стены, потолок и пол, предусмотрел яркое освещение. Здесь было все необходимое для нормальной жизни. Он разделил помещение размером примерно семь с половиной на семь с половиной метра на три комнаты. Таким образом, получилась ванная комната с душем, спальня, в которой стояли четыре двухъярусные кровати, и еще одна комната, размером побольше, чем две предыдущие, в одной половине которой размещалась небольшая кухонька, а в другой - импровизированная гостиная, служившая в то же время и кабинетом. Бак не страдал клаустрофобией, но понимал, что если здесь будут жить одновременно больше двух человек, сознавая, как глубоко под землей они находят, то очень скоро убежище начнет казаться слишком тесным.
Брюс не поскупился на расходы по оборудованию убежища: холодильник, морозильная камера, микроволновка, кухонная плита и духовка - все вещи были абсолютно новыми. Кроме того, казалось, что каждый свободный сантиметр помещения превращен в склад. "Ну, а теперь, - подумал Бак, - посмотрим, как Брюс оборудовал связь с внешним миром".
На четвереньках Бак обследовал плинтус и заглянул за диван, где обнаружил большое количество телефонных розеток. Он проследил расположение телефонного кабеля и попытался представить, где именно он идет в коридоре. Выключив свет, он закрыл дверь, замаскированную под приборный щит, затем большую железную дверь, взбежал по ступенькам и закрыл плитой вход в подземелье.
В темной части коридора он зажег фонарь и увидел, что пучок кабелей идет от пола через потолок дальше вверх. Он вернулся в помещение зала собраний и выглянул в окно. При свете фонарей от расположенной рядом парковки он разглядел, что кабели выходят на уровнь потолка, а дальше тянутся к колокольне.
По рассказам Брюса, восстановленная колокольня была единственной сохранившейся частью разрушенной тридцать лет тому назад старой церкви. В старину колокола, размещенные на ней, созывали людей в церковь. Колокола сохранились, а веревки, протянутые через специальный люк так, чтобы звонить в колокола непосредственно из холла церкви, были обрезаны. Теперь колокольня служила только украшением. Или все-таки нет?
Бак вытащил приставную лестницу из подсобного помещения, находящегося в холле, и открыл снизу люк. Забравшись наверх, он обнаружил, что в помещение, где находились колокола, ведет чугунная лесенка. Бак поднялся к старым колоколам, покрытым паутиной, пылью и копотью. Когда он уже выбирался на открытую звонницу, то головой случайно задел паутину и почувствовал, что у него в волосах ползает паук. Пытаясь вытащить его, он едва не потерял равновесие, чуть не уронил фонарь и не выпустил лестницу из рук. Бак ухмыльнулся. Еще вчера, образно говоря, он обрел свободу, пройдя сквозь огонь, воду и медные трубы. За ним гнались по пустыне, преследовали и пытались застрелить. "Паук в волосах, - подумал он, - гораздо неприятнее, чем вчерашнее рискованное приключение".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
