class="p1">— Как будем обходить? — спросил Иван Фёдорович.
И в этот же момент волк просто перепрыгнул через двухметровое препятствие.
— Это, конечно, здорово. Но люди так прыгать не умеют, — подметил я и стал светить телефоном в уголки пола в поисках пространства, по которому можно пройти.
Но прохода не было. Огромный люк плотно прилегал к стене. Она была гладкой, без видимых выступов, поэтому и методом скалолаза это препятствие не одолеть.
— Здесь нам не пройти. Только если возвращаться с лестницей и приделывать к потолку канат для прыжка, — озвучил я свои выводы.
— Отой-дите, — попросила всех Света, и мы отошли на пять шагов назад, потом она уверенным тоном позвала волка. — Марс, сюда!
Волк разбежался и перепрыгнул обратно. Несколько метров проскользил по пыльному полу, противно скрепя когтями, и остановился в нескольких сантиметрах от Светы.
Девушка взглянула ему в глаза, и они застыли друг напротив друга. Мы молча наблюдали. Так прошло не больше двух минут.
Внезапно волк принюхался и обогнул Свету, указывая другой путь.
— Обход, — предупредила девушка.
Мы вернулись к развилке и прошли в средний тоннель.
Марс вёл нас уже не так уверенно. Он часто останавливался, чтобы присмотреться или принюхаться. Мы, не сговариваясь, светили на пол и стены, разом освещая всеми фонарями всё пространство, чтобы не пропустить возможную ловушку. Раз есть одна, то должны быть и другие.
Наивно было надеяться, что волк это понимал. Поэтому, когда Марс остановился и обернулся к Свете жалобным взглядом, она успела прокричать:
— Ложись!
Мы бросились на пол. И даже волк приник, закрывая морду большими лапами. Вовремя!
Упавшие фонарики осветили открывшиеся отверстия в стенах, из которых вылетели болты. Всё произошло быстро. И секунды не прошло с момента общего падения до выстрелов.
Поднялись мы вместе с волком. Отряхнулись, насколько это возможно, и пошли дальше.
И снова вдалеке раздался детский смех. Я не боялся призраков, но это начинало нервировать. Они уже сто раз могли показаться, но вместо этого предпочитали смеяться вдалеке. Словно в самих стенах…
Так, не надо думать о стенах. Мы сюда пришли за ответами, и без них мы не уйдем. И не важно, что с подземельями у меня связаны лишь плохие воспоминания. Как и Света, я должен преодолеть любой страх.
Несмотря на тревожные мысли, внешне я оставался спокоен. Нельзя показывать слабость. Даже близким людям.
Мы шли дальше, не теряя бдительности. На полу валялось много камней размером не больше моего кулака, и я старался обходить их стороной. Однако через пятьсот метров позади раздался тревожный голос Рената Игоревича:
— Я на камень наступил.
— И что? — сперва не понял Иван Фёдорович.
— Он в пол вдавился, — сглотнув, ответил охранник. — Светлана Дмитриевна, ваш питомец не знает, что делать в таких случаях?
Она ответила жестами, так было быстрее:
— Мы общаемся образами. И с этой ловушкой он не сталкивался. Марс ходил здесь всего раз. Очень давно.
Сестра подсвечивала руку фонариком, которой говорила на языке жестов.
— И что делать? Вдруг я сделаю шаг, а мне на голову кувалда упадёт? — тревожно спросил охранник.
Я хорошо помнил, что от подземелий можно ожидать чего угодно. Сделал пять шагов вперед по тоннелю и тихо позвал Макара.
— Ась? Я тут, — шёпотом ответил он, но показываться не стал.
— Узнай, что за ловушка, — я говорил так тихо, чтобы больше никто не услышал.
— Да, капитан, — таким же тоном ответил призрак.
Я вернулся к охраннику, с которого от нервов уже семь потов сошло. И это всего за минуту. Он напоминал застрявшего на мине бойца, только вот на поле боя можно хоть сапёров вызвать, а здесь… придётся разбираться самим, раз уж полезли. Да и связь тут не ловила. Один фонарик работал, быстро разряжая телефон.
Макар объявился через пять минут и прошептал мне на ухо:
— Внизу спуск, типа горки. А в стенах ничего нет. В потолке тоже.
Я кивнул, показывая призраку, что услышал.
— У меня есть идея! Мы обвяжем вас веревкой и отойдем метра на три. Если в полу люк, то мы сможем вас вытащить, — озвучил я.
— Алексей Дмитриевич, я сомневаюсь, что мы второй раз столкнулись с люком. Скорее, здесь что-то пооригинальнее.
— Я знаю наверняка. Нашёл стыки в полу. Так что, у кого верёвка?
Хорошо, что в моих словах никто не усомнился и не попросил посмотреть на эти скрытые в полу стыки. Верёвка нашлась в рюкзаке Ивана Фёдоровича, и мы спешно обвязали Рената Игоревича.
Мы отошли, втроем держась за верёвку, а Марс и вовсе схватился за конец.
— Этого расстояния достаточно? — спросил я у куратора, но на самом деле обращался к своему призраку.
— Да, вы за границей люка, — ответил Макар.
— Думаю, да, — ответил Иван Фёдорович, принимая мою игру. — Ренат Игоревич, мы держим вас. Постарайтесь бежать очень быстро.
Охранник Светы кивнул и ринулся к нам. Но как ожидалось, люк открылся в тот же момент. Охранник провалился, а мы стали тянуть верёвку. Ноги скользили по пыльному полу, и я еле смог упереться о стык.
— Я в порядке, — подал голос Ренат Игоревич. — Здесь прямо древняя горка. Интересно, куда она ведёт.
— Это намёк, что вас можно отпускать? — пошутил Иван Фёдорович.
— Нет, я не настолько любопытный, чтобы рисковать своей жизнью.
Мы принялись вытягивать мужчину. Больше всего сил в этом нелёгком деле приложил именно Марс. У него их было больше, чем у нас троих вместе взятых.
И вскоре Ренат Игоревич сам подтянулся на стыке люка и вылез к нам.
— Фух! Как на аттракционе, давно я таких эмоций не испытывал, — прокомментировал он, сбрасывая с себя верёвки.
На лице в самом деле была смесь страха и радости.
Мы пошли дальше. И насторожились, когда волк снова остановился. Он повернул к нам морду и жалобно заскулил. Света не успела перевести.
Марс убрал лапу с такого же камня-рычага, и под нами открылся очередной люк. Вот не могли других ловушек придумать! Совсем плохо с фантазией?
Я ударился копчиком о ровную поверхность, и покатился вниз. Вместе с остальными.
Света кричала, Марс скулил, а мы с мужчинами упорно молчали. И вскоре в конце показалось голубое свечение. Гораздо ярче, нежели исходило от волка.
И мы друг за другом плюхнулись в большую светящуюся лужу. Жидкость
