— Шведы! — удивился Ивер. — Но ведь уже заключен мир. И люди говорят, что чужеземные войска отведены на Фюн и Хольстен.
— Отчасти это верно, но в Вордингборге все еще стоят два немецких полка. И мы терпим из-за этого величайшую нужду и горе: каждый день их рассылают по всей округе на поиски провианта и фуража. И тут они бесчинствуют как хотят — грабят и жгут все поместья. Когда они узнали, что в Хёфдингсгорде живу я, одинокая вдова, с дочерью Карен и немногочисленной челядью, они явились к нам — капитан и семеро рядовых — и поклялись, что подожгут поместье с четырех сторон, если мы не покажем им, где спрятано наше серебро, а заодно потребовали у нас вина. Что мы могли ответить? Я послала им ключ от винного погреба, и, пока они пили, мы спаслись бегством.
— И куда же вы теперь следуете, госпожа?
— В Юнгсховед к господину Йоргену Редцу: ведь он обязан защитить нас и обеспечить порядок в своем лене.
— Куда там! Ни то, ни другое ему не под силу, — пожимая плечами, сказал Ивер. — Недавно ему самому пришлось обороняться от наемников и бандитов, следовавших за шведским войском. Они бесчинствовали во всей нашей округе, врывались в дома, выгоняли жителей на улицу и забирали все, что было в сундуках. Поместья Кьенг и Снертинге, что на востоке, опустошены, в Северном Мерне разграблено шесть, а в Эрслеве — семь поместий. В Амбеке опустошен и предан огню целый город. Вот как обстоит дело в лене Юнгсховед.
— О боже! — воскликнула госпожа Эльсебет. — Что же нам делать?
Ивер умолк — его осенила внезапная мысль.
— С вашего позволения, — сказал он, — я могу дать вам добрый совет и назвать двух людей, которые — быть может, лучше ленсмана Йоргена — смогут вас защитить.
— Скорей назовите мне их!
— Вы знаете Свена Поульсена?
— Того самого егеря из Юнгсховеда? Это же подневольный человек, не дворянин и не рыцарь!
— А разве дворяне и рыцари сумели защитить от невзгод благородную госпожу? — спросил Ивер, которого явно задели ее слова,
— Дорогая матушка! — живо вмешалась в разговор Карен. — Ты неправа. Ведь Свен — Предводитель энгов — герой, о котором все сейчас только и говорят. О, поедем к нему! Мне так хочется его увидеть. Может быть, он поможет нам, когда узнает, что мы попали в беду.
— Конечно, поможет, — сказал Ивер тоном, в котором звучала твердая убежденность.
— А кто же тот второй человек, о котором ты упомянул?
— Его имя я не смею назвать, раз уж вы отвергли Свена.
— Все равно назови его, Ивер Абельсен, — с улыбкой проговорила Карен. — Назови его мне.
— Этот второй — птица невысокого полета. Он мало что может сделать, если рядом нет Свена.
— Это, конечно, ты сам, — с улыбкой сказала Карен.
— Да, благородная госпожа, — застенчиво ответил Ивер. — Это я сам, но более подходящего человека я не знаю.
— Хорошо, давайте поговорим с этим Свеном — Предводителем энгов, — сказала госпожа Эльсебет. — В беде схватишься и за соломинку.
— Да, но соломинка не сулит спасения, — заметил Ивер. — Тут нужна более надежная опора.
Обе всадницы снова тронулись в путь. Ивер пошел рядом с ними.
— Если благородная госпожа соизволит выслушать мой совет, — продолжал он чуть погодя, — со Свеном надо разговаривать вежливо и учтиво. Временами он бывает вспыльчив и в такие минуты не считается с тем, знатен его собеседник или нет.
— Я все же надеюсь, дорогой вахмистр, что он с должным почтением относится к людям благородного звания, — надменным тоном ответила дама. — На мой взгляд, мы оказываем этому егерю большую честь, вверяя ему нашу судьбу.
— О нет! — с улыбкой ответил Ивер. — К этому он уже привык. Даже его величество король отрядил этой зимой гонца с поручением разыскать Свена, чтобы тот взял на себя заботу о многих важных делах и благополучии государства.
— И что же Свен?
— Он велел гонцу убираться, когда тот попытался было учить его, как взяться за дело.
— И он посмел? — с изумлением воскликнула госпожа Эльсебет.
— Да, гонец посмел!
— Нет, я хотела сказать: неужели Свен посмел отослать королевского гонца?
— Ах, вы про Свена! — рассмеялся Ивер. — Он велел гонцу, который, кстати, тоже был высокого звания, передать королю ответный совет: в следующий раз, когда королю и государственному совету потребуется помощь Предводителя энгов, они должны либо довериться ему полностью, либо обратиться к другому человеку. И после этого Свен и его друг — тот самый, которого я вам назвал, — принялись за работу. Они отважились сделать то, на что не решился никто другой, — господь бог охранял их, и просьба короля была выполнена.
— А как его величество король отнесся к непозволительно дерзкому совету, который дал егерь?
— Весьма благожелательно! — ответил Ивер.
— Расскажи нам поподробнее обо всем этом, мой дорогой вахмистр! — сказала Карен и, тронув поводья, заставила свою лошадь идти рядом с Ивером. — А что попросил Свен у короля?
— Милостивая госпожа! — ответил Ивер. — Что мог он попросить? Разве отдают жизнь за угодья и деньги? Свен ничего не просил. Он поклонился королю — вот и все. Впрочем, не совсем так, — тут же поправился он. — Свен попросил короля сделать меня вахмистром и добавил еще несколько слов, но я их забыл. Из того, что я рассказал, благородная госпожа поймет, как надо разговаривать со Свеном, когда мы к нему придем.
— Что это значит: «когда мы к нему придем»? — спросила госпожа Эльсебет. — Я полагаю, мы доедем до Юнгсховеда, а оттуда вышлем к Свену гонца.
Ивер остановился и с удивлением взглянул на нее.
— Если вы и впрямь намерены так поступить, я с вами распрощаюсь, потому что сопровождать вас дальше нет никакого смысла.
— Но к чему все эти церемонии?
— Ваш гонец не заставит Свена приехать в Юнгсховед.
— Ты в самом деле считаешь, что он откажется…
— Боюсь, что откажется… Такой уж он человек.
— Милая матушка! — раздался ласковый голос Карен. — Давай лучше последуем совету Ивера Абельсена и сами поедем к Свену. Мы будем с ним очень учтивы, — продолжала она, понимающе кивнув Иверу, — ведь не две знатные дамы, а несчастные беглянки ищут его помощи.
Госпожа Эльсебет молчала, одинаково потрясенная словами Ивера и дочери.
— Кажется, ваша милость изволили что-то сказать, — заметил Ивер с лукавой улыбкой.
— А где живет этот егерь, с которым нужно так церемониться?
— Поедем дальше, — ответил Ивер, удовлетворенно кивнув головой. — Я понял желание вашей милости.
Вскоре они оставили позади лесную дорогу и повернули к поселку Ронеклинт.
В тот же день, спустя два часа, из Гьердерёда и Рекинде — двух деревень, которые во время войны были излюбленным пристанищем энгов, — вышли какие-то люди. Все они направлялись к Хёфдингсгорду и были вооружены мушкетами и короткими шпагами с широким клинком.
