- Правду. – Мгновенно ответил я, кладя заснувшего малыша в стоящую недалеко кроватку. – Мне нужна правда, зачем ты все это сделала, а не те заготовленные ответы, которыми ты с твоим отцом кормили меня сегодня и вчера.
- Хорошо. – Сказала девушка, которую я уже до чертиков достал своими вопросами и они, видать, решила поговорить начистоту. – Я отвечу на все твои вопросы. А взамен ты выслушаешь несколько моих требований.
- Идет. – Главное слово в ее фразе “выслушаешь”, так что для меня здесь были одни плюсы. – Первый вопрос ты уже слышала – притвориться куртизанкой и переспать со мной попросил твой отец?
- Да. – И все такой же мгновенный ответ.
- Почему? Ты же его дочь. Разве ты не могла ему отказа…ть. – Увидев ее насмешливый взгляд, я сразу понял, какую глупость сморозил. Уже девятнадцать лет живу в этом мире, а старое воспитание иногда выходит наружу. Все время забываю, что здесь у женщин прав очень мало, даже в аристократических семьях. И слово отца для Эйлис было законом.
- Причин на самом деле несколько. – Наконец ответила она. –Если ты не забыл – я дочь наложницы и перспектив у меня мало. Либо стать такой же наложницей, как моя мать, либо лечь под одного из старших ничтоже… братьев, либо исполнить приказ отца и лечь под тебя. Последний вариант показался мне самым лучшим.
Под конец откровения я сидел с глазами, размером с блюдце, и потихоньку офигевал. Такие причины мне даже в голову прийти не могли.
- Нет, ты не подумай, что это единственная причина. – По своему интерпретировав моё молчание, в легкой панике затараторила Эйлис, немного смутившись. – Изначально ты мне и внешне понравился… да и в постели был нежным, в отличие от большинства мужчин, как рассказывали большинство служанок… а потом я узнала что ты очень умный и начитанный собеседник. – Совсем залившись краской, сказала девушка, опустив голову в пол. – Мне, правда, понравилось с тобой переписываться. А когда появился он – Указала она пальчиком на малыша – я поняла, что в каком-то роде… я… тебя… полюбила…
В этот момент она стала цветом с вареного рака, с настолько пылающими щеками, что от нее можно было прикуривать. Я не сдержался и, рванув через стоящий между диванчиками книжный столик, сграбастал эту красавицу в объятия.
Да, может она актриса уровня Станиславского, разыгравшая передо мной заранее отрепетированную сценку, может она многого не договаривала, ведь даже с первого взгляда в ее рассказе есть несколько дыр, да ее мне очень хитрым образом навязали, но…
«Эх… кого я обманываю». – Подумал я, устраиваясь поудобнее рядом с лежащей девушкой. – «Влюбился. Прочно и бесповоротно. Как там раньше говорилось – любовь зла, полюбишь и козла. Хотя тут скорее лису, снежную. Да и моя первая жена была подобрана мне родителями, а не выбрана мной. Итог – почти тридцать пять лет счастливого брака, трое хорошеньких детей и восемь любимых внуков. Ничего, и с этой обманщицей уживусь. Главное увести ее отсюда побыстрее, пока Атраксес не наплел ей новых приказов»
- Так какие у тебя требования?
***
278 год от З.Э
Недалеко от Серой крепости, Дорнийское море
Все прошло гораздо лучше, чем я ожидал.
После “примирения” с моей уже невестой, произошел последний разговор с Белроем.
Flashback.
- Итак, тесть, давай теперь поговорим по-взрослому. – Сказал я, садясь на одно из кресел в кабинете Атраксеса. После того дня у меня пропали все крохи уважения к нему, из-за чего я мгновенно перешел на более “личное” обращение, неимоверно беся своего будущего “родственника”. Даже разговаривать начал на андалосе, прекрасно зная, что хоть Атраксес и выучил его, но до сих пор говорить на нем ему непривычно и неприятно.
- Хорошо, зять. – О том что разговор будет серьезным давало понять естественное поведение триарха, сбросившего с себя шелуху пьяницы и добрячка, и кабинет, закрытый на все замки и окна. Судя по виду его специально строили, чтобы вероятность, что кто-то нас подслушает стремилась к нулю.
- Первый вопрос будет касаться компенсации.
- Компенсации? – Состроил недоумевающее лицо волантиец.
- Компенсации. Такие выходки, видишь ли, очень сильно бьют по профессиональной и личной гордости. – Ответил я, не сводя немигающего взгляда с собеседника. – Ты хоть представляешь что со мной будет в Вестеросе, когда местные лорды узнают на ком и при каких обстоятельствах я женился?!
Но на мои слова Белрой лишь громогласно рассмеялся, настолько живым и громогласным смехом, что стало понятно, что чего-то я не знаю.
- Дорогой мой Фелакс, скажи, сколько людей знает, что ты спал с моей дочерью? – Задал он мне вопрос, когда вдоволь насмеялся.
На этом вопросе я невольно застыл. Если подумать, то ночи с Эйлис я всегда проводил в одной из самых далеких и конфиденциальных комнат во всем заведении. В тех местах даже вечно бегающей детворы, детей работающих в заведении проституток не было. А сопровождала меня одна и та же женщина, с одной очень интересной особенностью…
- Ты, я, прислуга этого дома, сама Эйлис и рабыня с отрезанным языком…
- Ваш королевский мастер над шептунами, Варис, кажется, уже давно прославился среди высших аристократов Вольных городов. – Довольно улыбнулся Белрой. Было видно, что ему нравилось это чувство доминации, когда ты на несколько шагов опережаешь своего оппонента, и он этого даже не осознает. И сейчас в его роли я. – Я был бы полным идиотом, если бы не предпринял меры. Так что можешь считать, что об этой тайне знаешь лишь ты, я и Эйлис – та служанка уже давно замолчала на веки, а те слуги, что ухаживают за твоей невестой, вскоре разделят ее судьбу.
«Да… В такие моменты ты понимаешь каких монстров могут породить банки с пауками, под названием Вольные города». – Подумал я, слушая как, по факту, нескольким десяткам невинных людей был вынесен смертельный приговор. – «Не дай Боги, стать одним из них».
- Даже если никто не узнает, КАК я женился. – Перешёл к следующему нюансу, возникшему из этой ситуации. – То возникают проблемы с происхождением.
- Происхождением?
- Эйлис, если переводить ситуацию на законы Семи Королевств, бастард. – Видя легкое непонимание в глазах тестя, мне пришлось пояснить этот момент. – Незаконно рожденный ребенок, который не может претендовать на наследство. И если в Дорне меня еще более-менее поймут, то остальные лорды до конца моих дней навесят на род Темперов клеймо черни и грязнокровок.
Озвученная проблема заставила Атраксеса лишь недоуменно посмотреть на меня, а потом второй раз рассмеяться в голос.
«Я для него шут, что ли?» – Раздражённо, подумал я, с каменным лицом продолжив смотреть на ржущего волантийца.
- Фелакс, дорогой. – Наконец просмеявшись и утерев выступившие слезы, спросил Белрой, смотря на меня с мелькающими смешинками в глазах. – Скажи мне, кто я?
Вопрос был риторическим, так что ответил на него он сам.
- Я Атраксес Белрой! Глава рода Белроев, одного из пяти сильнейших и богатейших аристократических кланов Волантиса, кровь от крови Древней Валирии! Ныне действующий триарх и глава партии слонов! В этом городе всего два человека не уступают мне во власти и могуществе. Думаешь, если я назову Эйлис своей первой официальной дочерью, мне кто-нибудь хоть слово скажет?
От такой постановки вопроса я, конечно, оторопел, но быстро смог вернуть себе самообладание.
- Но ведь это определяется не твоими словами. Другие все равно будут знать, что она восьмая дочь от наложницы.
- А тут, мой дорогой Фелакс, сказывается твоё незнание традиций волантийской аристократии. – С улыбкой сказал Атраксес, отпивая немного разбавленного вина, чтобы промочить горло. – В отличие от вас, жителей Закатных королевств, мы, волантийцы, храним секрет очередности рождения и происхождения своих дочерей в тайне.
