— Покажи, покажи!
— Ну не здесь же! — Артур с комическим видом осмотрел изящную столовую, полную хрупких и красивых вещей. — Потом, во дворе покажу пару трюков.
— Только с моего разрешения и под моим надзором, — отрезал Петр Аркадьевич.
Артур засмеялся и снисходительно покачал головой, Даша закатила глаза. «Ну и зануда у меня папахен!» — говорил ее вид.
Петр Аркадьевич раздул ноздри и сверкнул глазами. Не вмешайся Илона, не миновать всем поучительной тирады. С мастерством светской дамы она погасила опасный разговор.
— А я в детстве занималась художественной гимнастикой, — деликатно сообщила она. — Это тоже травмоопасный вид спорта. Хоть и красивый. Ты поступил разумно, Петр, что не стал отдавать Дашу в секцию.
Петр выдохнул и криво улыбнулся. Марианна мысленно похвалила Илону. Умная дамочка. Чтоб ей провалиться на этом месте.
— Я ходил в шахматную секцию, — расстроенным голосом поведал адвокат Лев Колпаков. — А мечтал в бокс. Но меня не взяли.
От расстройства он выгреб себе на тарелку весь оставшийся салат.
— А вы, Марианна Георгиевна, какой вид спорта предпочитаете? — вдруг ласково спросила Илона и деликатно взяла бокал длинными пальцами, сверкнув брильянтом в кольце.
— Никакой! — ответила за нее Даша. — Она танцует. Африканские танцы и сальсу с бачатой.
Гости посмотрели на Марианну заинтересованными глазами.
— И ламбаду можете? — изумился Лев Колпаков, дожевывая лист капусты. Марианна кивнула.
— Очень одаренная гувернантка, — похвалила ее Илона и чему-то усмехнулась.
— Она лучше всех, — негромко сказал Петр Аркадьевич.
Валентина страдальчески вздохнула. Но Марианна не обратила на нее внимания.
Она смотрела на Петра и пыталась обнаружить те изменения, о которых говорила его тетка.
«В моем присутствии он сам не свой. Он меняется. Он как на крыльях».
Ничего этого она не видела. Петр Аркадьевич был обычным Петром Аркадьевичем. Импозантным, красивым и сдержанным, как шпион. Может, чуть более хмурым, чем обычно. Может, чуть более резким. Но не с ней.
Он просил называть себя «Петей», показал коллекцию марок и приготовил для нее немецкий огненный пунш.
И он считает, что она «лучше всех».
— Петр Аркадьевич, я бы хотела заниматься с Дашей танцами, если вы не против, — сказала Марианна смущенно. — Это весело и полезно
— Я не против. Только занимайтесь регулярно, пожалуйста. По расписанию. Не так, что попробовали и бросили. Иначе дисциплина пострадает.
— Еще и танцы! — привычно возмутилась Даша. — Мало мне английского, тенниса и утренних пробежек! Я сдохну, как бобик.
— Будущей видеоблогерше важно развивать пластику и уметь владеть телом, — сказал Артур.
Его слов было достаточно, чтобы Даша немедленно запылала энтузиазмом.
Илона опять вклинилась в разговор и ловко повела его в другом направлении. Она начала расспрашивать Петра об истории дома. Само собой, всплыла легенда о привидении. Эта тема ужасно понравилась гостям.
— Привидение охраняет спрятанный в доме клад, — тоном эксперта заявил Лев Колпаков.
— Ну да, это классика! — подхватил Артур. — Вроде, у старой хозяйки были дорогие украшения, их не нашли. Или они сгинули во время революции? Мама, ты знаешь об этом? А ты, Петр? Хочу запустить серию статей у себя в блоге: «Призраки и клады русских усадеб».
— Только привидения нам не хватало, — ответил Петр. — Мы древоточцев-то еле вывели. Микроволнами. Интересно, на привидение они подействуют?
Он положил салфетку на стол и поднялся.
— Вы меня извините, гости дорогие, но я вас оставлю. Нужно срочно сделать пару звонков. Идите на террасу, Ольга подаст вам десерт и вино. Развлекайтесь, а я поработаю. Марианна Георгиевна, в восемь жду вас у себя в кабинете, не забыли?
Илона навострила уши. Она быстро переводила взгляд от Марианны на Петра, и мысли, что мелькали у нее в голове, можно было читать в ее глазах, как бегущую строку.
— Я ничего не забыла, Петр Аркадьевич, — ответила Марианна, и ее слова прозвучали неожиданно интимно.
29
Гости поняли намек хозяина и задерживаться на террасе не стали. Впрочем, Илона порывалась прогуляться по усадьбе, но адвокат Колпаков ее увез. Они были не только друзья, но и подчиненные Петра Аркадьевича, и понимали, что не стоит злоупотреблять гостеприимством босса. Их позвали обсуждать дела, пригласили на ужин, а теперь пора и честь знать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Марианна наблюдала за отбытием гостей из беседки и немного нервничала. Стрелка подходила к восьми. Зная любовь Петра Аркадьевича к пунктуальности, она зашла в класс без одной минуты восемь. И обнаружила, что он уже сидит за столом на месте Даши, и листает учебник английского. Когда появилась Марианна, он поднялся и окинул ее медленным взглядом, с ног до головы, как будто увидел впервые…
Сердце ударило гулко, как колокол, пересохли губы и она внезапно забыла все английские слова. И русские тоже. Но почему-то крутилась в голове особые итальянские фразы, которыми пичкала студентов преподавательница.
Луиза Арнольдовна была дама практичная. Несколько уроков посвятила теме «Романтические отношения и брак» и научила студенток — а их в группе было большинство — фразам, которые наверняка пригодятся юной туристке в стране помидоров, спагетти и темпераментных мужчин.
И вот эти-то фразы и всплыли ни с того ни с сего…
«Sei l’uomo dei miei sogni.
Tu sei quello che stavo aspettando.
Baciami».
«Ты — мужчина моей мечты. Ты тот, кого я ждала. Поцелуй меня…»
Марианна тряхнула головой, собираясь с мыслями.
— Buonasera, signore (Добрый вечер, сеньор. (итал.)), тьфу, good evening, добрый вечер, — пробормотала она скороговоркой.
— Добрый вечер. Приступим?
Они сели. Марианна открыла тетради.
— Нужно оценить ваш уровень. Я дам вам несколько заданий, потом мы побеседуем. Так я пойму ваши потребности и составлю подходящую программу для занятий, — сказала она по-английски. Петр Аркадьевич кивнул, но она все же повторила по-русски, потому что не была уверена, что он все понял.
Он тоже не в своей тарелке. Плечи напряженные, брови сошлись на переносице.
Наверное, ему неловко чувствовать себя учеником! Такое бывает со взрослыми, которые угодили на школьную скамью. Он же большой босс, говорит остальным, что делать… а теперь стесняется показать свою некомпетентность.
Ой, а вдруг он боится, что она будет над ним смеяться? Виола рассказывала, что ее взрослые ученики бывают ужасно закомплексованные, и их головушки полны разных предрассудков.
А может, все не так: Аракчеев считает, что молоденькая учительница не сможет учить его правильно? Сейчас как начнет вмешиваться и перебивать…
Марианна посмотрела на него опасливо. Он ответил ей непроницаемым взглядом и поинтересовался:
— С чего же начнем?
Первое занятие Марианна всегда начинала с игры. Но Петру Аркадьевичу игры не подойдут. Совсем. Он их не любит. А почему? Боится выглядеть глупо? И импровизации тоже не для него… он любит, чтобы все было четко и по плану.
Он умеет читать, но не вслух. Он не знает, как правильно произносить английские слова. И разговорных навыков у него нет.
Ладно, проверим…
Есть приемы, которые сработают всегда и везде, с любым учеником, даже таким непростым, как Петр Аркадьевич! Это — улыбка. И похвала. Да! Он ругал ее за незаслуженную похвалу дочери, но посмотрим, как он запоет, если отмечать любой его успех, даже самый маленький!
Настроив себя таким образом на победу, Марианна с отчаянной решимостью приступила к делу.
Впрочем, стоило произнести первые слова, как все планы и намерения вылетели из головы. Марианна стала неуклюжей и растерянной. Как первокурсница-практикантка, которую впервые поставили вести урок в старшем классе, а она забыла все, что нужно говорить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Пожалуйста, прочитайте этот текст вслух, — собственный голос звучал для нее чужим, как со стороны.
Аракчеев придвинул учебник и приступил к чтению. Марианне тут же захотелось схватиться за голову. Понять его было непросто. Какие-то знакомые слова он читал верно, но глотал звуки, и произношение у него было жестким, «немецким».
