леди Элсиноры, Тейдина Отакиджи. На его руках с видом полноправной собственницы восседала Илинга.
— Если будешь баловать мою дочь, разлучу до её совершеннолетия, — это Легран сейчас серьёзно?
Вон как вытянулось лицо у инжела. Или он тоже понял всё по-своему? Потому как широко улыбнулся и невинно спросил:
— То есть против моих ухаживаний вы не возражаете?
— А что это даст? — Легран, исчерпав силы удерживать хмурый вид, отвернулся к жене и озорно ей подмигнул.
— Ничего, — похоже, отныне улыбка не скоро покинет лицо Тейдина. И настойчивые пальчики малышки, с упоением изучающие его нос и глаза, нисколько то настроение не испортят.
Инжел выбрал себе в невесты даону. Пусть и нечистокровную, но всё же. И эта самая даона, совсем ещё недавно агрессивно на него шипевшая, кажется, совсем не против. Чудны дела твои, Господи!
Или… Это что же получается?
— Тейдин? Именно ради этого вы и загадали своё желание? — вспомнилось загаданное инжелом.
— И ради этого тоже. Ам-ам-ам! — это уже относилось к малышке, закончившей исследование носа и перешедшей на его зубы. Илинга со смехом приняла новую игру.
— Господа, — послышался вкрадчивый голос Энгера Меррота, — не могли бы вы и нас ввести в курс того, что же с вами произошло? И вообще?.. — он красноречиво оглядел играющих Тейдина и Илингу.
Ох, как же так, не заметили, как в неуловимо увеличившейся гостиной собрались почти все обитатели этих роскошных пещер.
Говорить о собственном ребёнке можно вечно, особенно, если собеседники жаждут того же, но действительно, пора и другим рассказать об их приключениях, вон какие у всех заинтересованные лица.
Первый рассказ вышел не столь длинным. Это понятно, после ещё не раз к нему вернутся и вспомнят всё до последнего мига, но пока же всех занимали два вопроса: что случилось с древним и откуда у Илинги крылья? И про то, что практически необученная даона теперь ровно относится к инжелам, мало того, благоволит к одному из них, тоже хотелось бы узнать всем побольше.
— Мы туда попали! — обрётший счастье Тейдин желал делиться им со всеми. — Мы все вместе попали в Место исполнения желаний!
— Оно всё же существует, — прошептали сразу несколько даонов и инжелов.
— Да, оно существует и нас туда пустили. Оно волшебно! Господа, чудеса на свете ещё остались! Моё ж ты чудо, — это относилось к одной маленькой даоне, пока ещё неуклюже пытавшейся подняться на ноги.
— И ваше желание было, чтобы моя внучка вас приняла? — скептически уточнил Энгер Меррот.
Машинально Алекса отметила, что бабуля почти не отреагировала на заявление, что Илинга его внучка. Хотя, что тут спорить, если это так и есть.
— И это тоже.
А ведь Тейдин совсем перестал бояться Меррота. Неужели и правда так действует привязка и обретение смысла жизни?
— Нам каждому было позволено загадать по желанию. Самому заветному, — Легран решил не испытывать терпение старшего даона и перехватил разговор. — Дословно просьба Отакиджи звучала как: «Хочу, чтобы исчезла вражда даонов и инжелов!»
— Ты сделал это! — Энгер Меррот даже подскочил со своего места. — Ты это сделал. И тебя услышали. Первотворец, спасибо! — крикнул он куда-то ввысь.
Раскатистое эхо, доселе несвойственное этому уютному залу, можно было расценить, как «Пожалуйста».
— Мы оправдаем, мы обязательно оправдаем! — ну вот, и ещё одного даона сделали счастливым и немного неадекватным. Или не одного? А нет. Пришёл в себя и продолжил расспросы. — Вы сказали, возможность загадать желание была у каждого?
— Я загадал, чтобы у оборотней одежда при обороте не исчезала, — с вызовом в голосе признался Кольдер, хоть его никто и не спрашивал. — И я уже проверил. Да, это так.
— А я загадал, чтобы наш неприятный спутник навсегда остался во всеобъемлющем и всё исключающем Ничто, — принял эстафету Легран. — Проверить по понятным причинам пока не могу, — коротко отчитался он.
— Будем надеяться, — высказал общую мысль Меррот.
С каким интересом посмотрели на Алексу все присутствующие! Как бы ей не досталось за то желание, что высказала. Всё же погоня за Илингой над скалами была очень уж запоминающейся, если не сказать — эпичной. Наверное, её желание сработало как-то не полностью. Или лимит желаний был исчерпан. Во всех сказках их предоставлялось, как правило, не больше трёх. Вот и выполнилось… частично. Отчего же так стыдно признаваться? Ведь в тот момент считала, что так будет правильно. Ну да что теперь тянуть.
— Я пожелала, чтобы инжелам и даонам вернули крылья, — тихо призналась она.
— Ещё одна легенда из легенды превратилась в быль, — выдохнул Энгер Меррот.
— Летающий младенец. Теперь у наших детей будут крылья!
Наверное, тоска в его голосе только показалась Алексе. А может, и нет. Всё же, мечта о крыльях — это давняя мечта всех даонов и инжелов.
Проговорили ещё долго. Илинга успела поесть и спокойно заснуть на руках у Тейдина, всё так же крепко прижимая к себе медвежонка.
Первый вспомнил о законах гостеприимства хозяин.
— Вы уж простите нас, что не дали толком отдохнуть с дороги, но новости, принесённые вами, поистине невероятные. Не смеем вас задерживать.
Тем более завтра будет новый день, и можно продолжить беседу. Это оказалось невысказанным, но все поняли правильно.
Легран осторожно забрал Илингу у Тейдина, и они вместе с Алексой ушли к
себе.
— Этот день был бесконечен, — призналась Алекса после того, как они, уложив дочь, остались вдвоём. — Но как же не хочется, чтобы он заканчивался! Я не смогу заснуть.
— Тогда потанцуем?
Достойно завершение великого дня. Тихо заиграла музыка. Опять та самая, с бала, где они познакомились.
«Вы как будто одни», вспомнились слова, сказанные Кейси. Они и были одни на этой горной террасе и во всём мире. Ведь у них был свой собственный мир. Мир, который создали для себя сами. Ушла усталость, показались несложными оставшиеся проблемы.
Этот танец только их. Как верно выражение «Земля уходит из-под ног». Или они и правда летят? Даже глаза открывать не нужно, чтобы понять, что это так. А ещё — увидеть, что за спиной мужа распахнулись самые настоящие крылья. Такие же чёрные, как у Илинги, только много-много мощнее. Такие, что могут выдержать двоих.
Что там говорил Энгер Меррот? Крылья будут только у детей? Но вот же они! Хотя чему тут удивляться? Люди давно это знали: крылья растут от любви. Вон и поодаль можно рассмотреть на фоне ярких в горах звёзд, как ещё кто-то величественно парит на огромных белых крыльях. Один. Потому что его любовь сейчас спокойно посапывает в кроватке, всё так же прижимая к себе мягкого медвежонка. Ничего пусть инжел потренируется. Если
