Читаем без скачивания Город костей - Кассандра Клэр

Закончив с перевязкой, Люк опустил рубашку:

– По-твоему, убийство Валентина поможет… стереть эти события?

Клэри хотела ответить, но тут вернулась Гретель с телефоном. Со скорбным выражением лица она вручила Люку полуразвалившийся старомодный мобильник. «Интересно, кто оплачивает счета за переговоры?» – пронеслось у Клэри в голове.

Она протянула руку:

– Можно я позвоню?

Люк заколебался:

– Клэри…

– Это про Ренвика. Я быстро.

Он нехотя вручил Клэри телефон. Она отвернулась, давая понять, что разговор личного характера, и стала наживать на кнопки.

Саймон поднял трубку на третьем гудке:

– Алло?

– Это я.

Он чуть не закричал:

– Ты в порядке?

– Нормально. А почему ты спрашиваешь? Изабель звонила?

– Нет, конечно. А ты почему звонишь? Что-то с Алеком?

– Нет. – Клэри не хотелось врать, что у Алека все хорошо. – Он тут ни при чем. Ты не мог бы порыться в Интернете? Мне очень нужно.

Саймон прыснул:

– Издеваешься? У них нет компьютера? Впрочем, лучше не отвечай. – Из трубки донесся звук распахиваемой двери и мяуканье согнанного кота. Клэри отчетливо представила, как Саймон садится в кресло и его пальцы бегают по клавишам. – Что искать?

И она рассказала.

Клэри чувствовала на себе тревожный взгляд Люка. Точно так же он смотрел на Клэри в детстве, когда у нее от гриппа сильно поднялась температура; Люк приносил кубики льда для рассасывания и читал в лицах ее любимые сказки.

– Ты права, – послышался в трубке голос Саймона. – Это название, и связано оно с прошлым. «Одно из самых известных заведений среди психиатрических лечебниц, долговых тюрем и больниц, построенных на Рузвельт-Айленд в тысяча восьмисотых, – читал Саймон. – Приют Ренвика для больных оспой был спроектирован архитектором Дж. Ренвиком для самых бедных жителей Манхэттена, дабы предотвратить дальнейшее распространение оспы. В течение следующего столетия здание не использовалось и постепенно обветшало. Доступ к развалинам приюта запрещен».

– Ясно, спасибо. – Сердце Клэри выскакивало из груди. – То, что надо! Кажется, на Рузвельт-Айленд тоже живут люди?

– Кому-то надо там жить… Бруклин не резиновый, принцесса, – съязвил Саймон. – Кстати, могу подвезти.

– Нет! Спасибо, ничего не надо! Я только хотела кое-что уточнить.

– Ну как угодно. – В голосе Саймона послышалась обида, но Клэри решила, что не станет сейчас на это отвлекаться. Главное, что он дома, в безопасности.

Клэри нажала на отбой и повернулась к Люку:

– На юге Рузвельт-Айленда есть заброшенное здание, которое называется приют Ренвика. По-моему, Валентин там.

Люк снова поправил очки:

– Блэквелл-Айленд. Точно!

– Блэквелл-Айленд?

Люк махнул рукой:

– Прежнее название острова. Им владел древний род Сумеречных охотников. Как же я не догадался! – Он взглянул на Гретель: – Найди Аларика. Срочно зови всех сюда. Пусть готовятся к бою. – На губах Люка заиграла легкая усмешка, совсем как у Джейса во время сражения.

Люк долго вел Клэри по лабиринту коридоров с камерами, пока они не очутились в пустой приемной. Лучи вечернего солнца косо ложились на столы, шкафы, проеденные термитами, и потрескавшуюся напольную плитку с девизом полиции Нью-Йорка: «Fidelis ad Mortem».

– Верность до самой смерти, – перевел Люк, проследив за взглядом Клэри.

– Внутри это заброшенный полицейский участок, а снаружи примитивные видят лишь выселенный жилой дом или сдающееся в аренду помещение, – предположила она.

– На самом деле снаружи здание замаскировано под китайский ресторан, – признался Люк. – Только служба доставки, без обслуживания.

– Китайский ресторан? – эхом повторила Клэри.

Люк пожал плечами:

– Ну да, мы же в Чайнатауне – китайском квартале. Раньше здесь располагался полицейский участок номер два.

– Наверное, люди удивляются, что у службы доставки не указан телефон.

Люк ухмыльнулся:

– Телефон есть, просто отвечаем редко. Когда заняться совсем нечем, некоторые волчата разносят свинину «му шу».

– Шутишь?

– Почему? Иногда чаевые приходятся очень кстати. – Люк толкнул дверь, и они вышли на залитую солнцем улицу.

Все еще размышляя, не розыгрыш ли это, Клэри перешла вслед за Люком на другую сторону Бэкстер-стрит, где была припаркована его машина. По счастью, внутри пикапа ничего не изменилось: по-прежнему пахло опилками, старой бумагой и мылом. Под зеркалом заднего вида висели игральные кубики из золотистого плюша, теперь уже выцветшие от времени. Десятилетняя Клэри подарила их Люку, потому что такие же были в «Тысячелетнем соколе» – космическом корабле из «Звездных войн». На полу валялись смятые фантики от жвачек и пустые стаканчики из-под кофе. Клэри со вздохом откинулась на спинку переднего пассажирского сиденья. Все-таки усталость брала свое.

Люк захлопнул за Клэри дверцу:

– Сиди тут.

Он пошел к Гретель и Аларику, появившимся на ступеньках заброшенного полицейского участка; пока они разговаривали, Клэри развлекалась тем, что по-разному фокусировала зрение, от чего защитные чары то появлялись, то исчезали. Сначала она видела заброшенный полицейский участок, а потом – обветшалое заведение с желтой вывеской «Джейд Вульф. Китайская кухня».

За пикапом Люка выстроились фургоны, мотоциклы, внедорожники и даже один разваливающийся школьный автобус. Вереница припаркованных машин растянулась вдоль целого квартала и исчезала за углом. Эскорт оборотней. Интересно, как им удалось так быстро собрать целую армию машин? Выпросили? Одолжили? Украли? Отобрали силой? С другой стороны, не давиться же всем вместе в общественном транспорте!

Люк взял у Гретель белый бумажный пакет и направился обратно к пикапу. Садясь за руль, он вручил пакет Клэри:

– Назначаю тебя ответственной.

Клэри подозрительно уставилась на пакет:

– А что там? Оружие?

Плечи Люка затряслись от беззвучного смеха.

– Вообще-то паровые булочки Бао с мясом и кофе.

Клэри быстренько открыла пакет; желудок нетерпеливо заурчал. Она впилась зубами в булочку, смакуя солоноватый вкус свинины и мягкое тесто.

– Тебе дать булочку?

– Да.

Пикап влился в поток на Кэнел-стрит. Клэри вспомнились старые времена, когда они покупали в булочной горячие пирожки, которые доезжали только до Манхэттенского моста.

– Расскажи мне про Джейса, – попросил Люк.

Клэри чуть не подавилась булочкой и глотнула кофе, чтобы унять кашель.

– А почему ты им вдруг заинтересовался?

– Пытаюсь понять, что от него хочет Валентин.

– Не знаю.

Люк хмуро посмотрел на заходящее солнце:

– Разве Джейс не один из лайтвудовских детишек?

– Не-а. – Клэри приступила к третьей булочке. – Его фамилия Вэйланд. Его папа…

– Майкл Вэйланд?

– Угу. А когда Джейсу было десять лет, Валентин убил его. В смысле, Майкла.

– Очень похоже на Валентина.

Что-то в голосе Люка заставило Клэри покоситься. Неужели Люк ей не поверил?

– Майкла Вэйланда убили на глазах у Джейса, – добавила она, словно желая подкрепить свои слова.

– Ужасно, – произнес Люк. – Бедный парень.

Они двигались по Пятьдесят девятой улице. Закатное солнце окрасило реку в золотисто-кровавый цвет. Вдали виднелась южная оконечность Рузвельт-Айленда.

– В принципе, Джейс хороший. Для Лайтвудов он как родной.

– Могу представить: они всегда дружили с Майклом. – Люк перестроился в левую полосу. В боковом зеркале отражался караван следующих за ними машин: вся вереница точно повторила маневр пикапа.

– Кстати, скоро взойдет луна, – промолвила Клэри. – И что, вы все сразу обернетесь волками?

У Люка дернулся уголок рта.

– Не совсем. Только новообращенные не в силах себя контролировать. Остальные с годами научились. Сейчас луна на меня может повлиять только в своей самой полной фазе.

– А когда луна почти полная, то ты чувствуешь меньше позывов стать волком?

– Пожалуй, так.

– Ну тогда не стесняйся, высунь голову из окна, если хочется.

Люк засмеялся:

– Я же оборотень, а не золотистый ретривер!

– Ты давно стал вожаком стаи? – вырвалось у Клэри.

Он подумал:

– Наверное, около недели.

Клэри резко повернулась к Люку:

– Около недели?

– Я узнал, что Валентин похитил Джослин. Шансов против него у меня немного, помощи от Конклава ждать не приходится. Тогда я за день нашел местную стаю оборотней.

– И убил вожака, чтобы занять его место?

– Только так я смог быстро обзавестись большим количеством бойцов. – В голосе Люка не слышалось и намека на сожаление. Впрочем, на хвастовство тоже. Клэри вспомнила, как она следила за Люком, спрятавшись в его доме. Тогда ей бросились в глаза глубокие порезы на лице и руках Люка и то, как он периодически морщился от боли. – Я уже делал так раньше и не сомневался, что смогу вновь. – Люк пожал плечами. – Джослин исчезла. Ты меня возненавидела: я приложил к этому все усилия. Мне было нечего терять.