Читаем без скачивания Спящая кукла - Джеффри Дивер

– Все почему-то считают его таким страшным преступником, – вклинилась со своей репликой Линда. – Но для него это была просто игра. Ну как, например, карнавал. Не более чем совершенно безвредным развлечением.

Дэнс была склонна поверить теории Саманты, что Пелл посылал членов «семьи» на задание не столько ради денег, сколько стремясь добиться полного подчинения.

– А как насчет увлечения Чарльзом Мэнсоном?

– Не было никакого увлечения Чарльзом Мэнсоном, – возразила Саманта.

Дэнс была искренне удивлена.

– Во всех газетах об этом говорилось.

– Ну, вы ведь знаете, что такое газеты. – Саманте было нелегко возражать собеседнику, но в данном случае она была абсолютно уверена в своих словах. – Он всегда считал, что Мэнсон – прекрасный пример того, как не следует поступать.

Тут вмешалась Линда:

– Нет-нет, у него действительно были книги и статьи о Мэнсоне.

Дэнс вспомнила, что Линда получила более длительный срок за то, что уничтожила материалы о Мэнсоне в ту ночь, когда произошло убийство Кройтонов. И теперь Линду беспокоило, что ее героический поступок мог оказаться бессмысленным.

– Единственным сходством с Мэнсоном было то, что Пелл тоже жил с несколькими женщинами и заставлял нас совершать для него преступления. Дэниэл часто говорил, что Мэнсон не мог себя контролировать. Мэнсон называл себя Иисусом, вытатуировал свастику у себя на лбу, полагал, что обладает парапсихическими способностями, разглагольствовал о политике и расовых отношениях. Для Пелла Мэнсон был еще одним примером того, как эмоции способны подчинить себе человека. Как увлечение татуировками, боди-пирсингом или диковинными прическами. Окружающие сразу начинают обращать на вас внимание. Получают о вас информацию. А информация – это уже власть. Нет, по его мнению, Мэнсон все делал неправильно. Героями Дэниэла были Гитлер…

– Гитлер? – переспросила Дэнс.

– Да. Его в Гитлере не устраивало только то, что Гитлер «свихнулся на евреях». Он считал уничтожение евреев проявлением слабости. Пелл говорил, что если бы Гитлер смог справиться со своей неприязнью и жить в мире с евреями и даже включить их в состав правительства, он стал бы самым могущественным человеком в истории. Он не сумел справиться с собственными эмоциями и потому заслужил поражение в войне. Кроме того, Дэниэл восхищался Распутиным.

– Русским монахом?[16]

– Да, именно. Тем, который проник в семью Николая и Александры. Пелл восхищался умением Распутина использовать секс в качестве метода управления людьми. – Ребекка рассмеялась, Линда покраснела. – Ну и Свенгали, конечно.

– Из «Трилби»? – спросила Дэнс.

– О! – воскликнула Саманта. – Вы знаете эту книгу? Он очень ее любил. Линда читала ее вслух раз десять.

– Откровенно говоря, – прервала ее Ребекка, – отвратительная книжонка. Написана устаревшим стилем. Да и к тому же чистейшей воды мелодрама.

Открыв блокнот, Кэтрин спросила Саманту о словах, которые Пелл искал в Интернете.

– «Нимью»? – переспросила Саманта. – Нет, не знаю. Но что касается Элисон, то у него когда-то была подружка, которую так звали.

– Кто такая? – спросила Линда.

– Он познакомился с ней, когда еще жил в Сан-Франциско. До нас. Она была в тогдашней группе, напоминавшей «семью».

– О чем таком ты говоришь? – удивленно переспросила Линда.

Саманта кивнула и смущенно взглянула на Линду.

– Но это была не его группа. Он просто там шатался и встретил Элисон, а через нее познакомился с другими людьми из той секты… или называйте ее как хотите. Дэниэл не был ее членом – он не подчинялся ничьим приказам, – но восхищался ею и некоторое время провел с ними. Там он научился многим методам управления людьми. Однако постепенно они стали относиться к нему с подозрением, так как он не соглашался по-настоящему вступить в их группу. Поэтому он ушел оттуда вместе с Элисон, и они некоторое время путешествовали по штату автостопом. Потом его за что-то арестовали, а она вернулась в Сан-Франциско. Даже создав нашу «семью», он все равно пытался ее отыскать. Поэтому он время от времени отправлялся в район залива. Не знаю, зачем ему это нужно сейчас.

– А вам, случайно, не известна ее фамилия?

– Нет.

Дэнс высказала вслух предположение, что Пелл разыскивает Элисон – или кого-то с прозвищем Нимью – ради мести.

– В конце концов, чтобы так рисковать, выходя в Интернет с тюремного компьютера ради поисков кого-то, надо было иметь по-настоящему серьезные причины.

– О нет, – мгновенно возразила Саманта, – Дэниэл не из тех, кто мстит.

– Не уверена в этом, Сэм, – заметила Ребекка. – А как же тот байкер? Тот панк? Дэниэл ведь чуть не убил его.

Дэнс вспомнила, что Нэгл рассказывал ей о нападении Пелла на соседа в Сисайде.

– Во-первых, – вмешалась Линда, – Дэниэл здесь ни при чем. Его избил кто-то другой.

– Ну что ты такое говоришь?! Он душу из него выколотил. Еще немного, и отправил бы парня на тот свет.

– Но ведь из полиции его отпустили.

«Странный аргумент в пользу невиновности», – подумала Кэтрин.

– Только потому, что у парня не хватило мужества настоять на обвинении.

Ребекка взглянула на Саманту.

Саманта пожала плечами, стараясь не встречаться взглядом с собеседницами.

– Думаю, что да. Вероятно, Дэниэл избил его.

Тем не менее слова подруг не убедили Линду.

– Даже если и так, Дэниэл сделал это не из мести… Видите ли, байкер считал себя чем-то вроде местного «крестного отца». Он пытался шантажировать Дэниэла, пригрозил, что пойдет в полицию с доносом на что-то, чего на самом деле и не было. Дэниэл пошел к нему и стал играть с ним в свои обычные умственные игры. Байкер только посмеялся над ним и дал Дэниэлу один день на то, чтобы найти деньги, которые с него требовал. Ну и в результате байкеру пришлось вызывать «скорую помощь». У него были сломаны запястья и лодыжки. Вовсе не из мести. Дэниэл поступил с ним так, потому что почувствовал, что парень невосприимчив к его воздействию. А если вы невосприимчивы, значит, Дэниэл не сможет вас контролировать, управлять вами, и вы будете представлять для него реальную опасность. А он ведь постоянно повторял: «Все опасности надо убирать с дороги».

– Управлять! – заключила Дэнс. – Вот ключевое слово для характеристики Дэниэла Пелла.

Создавалось впечатление, что это единственный вывод, с которым согласились все три женщины из «семьи» Дэниэла Пелла.

Глава 34

Из патрульной машины сотрудник управления шерифа внимательно наблюдал за территорией: садами, дорогой, деревьями.

Охрана объектов – самая утомительная часть службы полицейского. Ведь тот, кого вы ждете, может появиться и накинуться на вас в течение одной секунды, так что нельзя ни на мгновение отвлечься или задремать – мгновение может стоить вам жизни.

И потому необходимо быть предельно внимательным.

К тому же охрана свидетелей и хороших парней – особенно когда плохие парни даже не знают, где находятся хорошие парни – наискучнейшая работа.

И заканчивается все обычно затекшей спиной и затекшими ногами и необходимостью как-то соизмерять количество выпитого кофе с выходами в туалет, каковые не должны быть слишком частыми, и…

«О черт!» – пробормотал полицейский про себя. Зачем он только про это подумал. Он внезапно почувствовал, что страшно хочет помочиться.

Может быть, рискнуть и отойти в кусты? Идея не очень хорошая. Нет, лучше он попросит разрешения воспользоваться тем туалетом, который у них внутри. Вначале сделает кружок, чтобы убедиться, что все в порядке, а затем постучит в дверь.

Полицейский вылез из машины и прошелся по главной дороге, заглядывая за деревья и кусты. Ничего необычного. Все очень типично для этой местности: медленно едущий лимузин, водитель в одной из тех бейсболок, что носят герои кинофильмов. Домохозяйка на противоположной стороне дороги командует садовником, сажающим цветы у нее под почтовым ящиком. Даже отсюда видно, как переживает бедняга из-за ее капризов. Женщина подняла голову, увидела полицейского, кивнула ему.

Он кивнул в ответ, и в голове у него пронеслась странная фантазия, что она сейчас перейдет дорогу и скажет ему, как ей нравятся мужчины в форме. Он слышал множество историй о копах, которые заставляют автомобиль остановиться, и женщины-водители «платят штраф» за ближайшим деревом рядом с шоссе или на заднем сиденье патрульной машины (в некоторых версиях фигурировало даже сиденье «харлея-дэвидсона»). Но это всегда были истории, переданные кому-то через кого-то. С друзьями и знакомыми полицейского ничего подобного никогда не случалось. И он почему-то подумал, что если бы произошло невероятное и кто-нибудь… ну хоть та несчастная домохозяйка предложила бы ему заняться любовью, у него бы все равно ничего не вышло.