пути бойцы ГБР тащили этих личностей на предельно облегченных раскладных носилках, предназначенных для транспортировки «доноров» Искр. Вот и вымотались до предела.
Ну, а мы устали морально. Я — от передвижения на черепашьей скорости, необходимости скрывать большую часть навыков и «резать» их мощь, а Оля и Света — от всего вышеперечисленного и проблем, вызванных «праздниками». Впрочем, лицо держали. Поэтому, дав подопечным наглядеться на армейскую заимку, я приказал продолжить движение, а эта парочка привычно изобразила тыловой дозор.
Часовой на ближней дозорной вышке оказался не только бдительным, но и глазастым — поднял тревогу буквально через две секунды после того, как я отошел от опушки. Кстати, поднял правильно. В смысле, оставшись стоять в той же позе, влив предельный объем Силы в защитный покров и незаметно прикоснувшись к какой-то артефактной приблуде, закрепленной на уровне пояса. Но я засек изменившуюся яркость «сияния» этой самой «приблуды» и связал ее с начавшейся суетой энергетических структур. Так что мысленно похвалил этого вояку и переключился на наблюдение за одной-единственной. Принадлежащей нашему куратору. И, оценив скорость, с которой этот «силуэт» перетек из горизонтального положения в вертикальное, оделся, обулся и рваными зигзагами вынесся из какого-то здания, еще раз убедился в том, что Цесаревич любит свою дочурку.
А уже через минуту мне стало не до отвлеченных рассуждений — ворота заимки распахнулись, и нам навстречу рванула толпа человек из двадцати, в основном состоящая из Витязей, Рынд и Гридней. Примерно половина владела рывками, поэтому допрыгала до нас за считанные секунды, и четверка самых шустрых типов отжала носилки у носильщиков. Правда, парочка, вцепившаяся в экземпляр с Аполлошкой, заметила блокираторы, и напряглась. Пришлось успокаивать:
— Этого уронить в каком-нибудь закрывающемся помещении и взять под охрану!
— Принято! — молодцевато гаркнули прапора и кабанчиками понеслись к заимке. Что особенно приятно, абсолютно не заботясь о комфорте «груза». А вот второй — Сыч — поехал следом в режиме ВИП-персоны. Что, определенно, порадовало Сечину и помогло на время забыть об этом подчиненном. В итоге по дороге к воротам она технично переместилась поближе ко мне и подошла к Ляпишеву вместе со мной и моими девчатами.
Генерал поздоровался со всеми сразу, жестом попросил штабс-капитана помолчать и обратился ко мне:
— С возвращением. Рад, что у вас получилось почти все…
— Один боец погиб до встречи с нами… — вздохнул я. — А остальных, вон, довели. Хотя и не без проблем. Кстати, о возвращении. В этот раз пилоты вышли?
— Да, вышли. Живыми и здоровыми. А семьи погибших уже получают по-настоящему приличные пенсии… — уверенно ответил Дмитрий Львович, потом мазнул нечитаемым взглядом по дырам, появившимся на месте попаданий ледяных игл, заметил такую же на бедре моей благоверной, поиграл желваками и продолжил расспросы в стиле, шокировавшем Сечину: — Буду признателен, если расскажете о своих приключениях. Но чуть попозже — по дороге к цивилизации. А в данный момент мне бы хотелось узнать, чем провинился боец, закованный в блокираторы, дабы определиться с режимом его перевозки.
Я объяснил. Предельно подробно. И закончил монолог злой шуткой: — В общем, жду не дождусь его выздоровления и вызова на дуэль.
— Выздоровеет штабс-капитан, быть может, и скоро. Но сходу загремит под трибунал. Так что этого вызова на дуэль придется подождать несколько лет. Кстати, об ожидании: вам и вашим напарницам требуется целитель, какая-либо помощь или полноценный отдых, или вы предпочтете отправиться в Большой Мир прямо сейчас?
— Благодарим за предложение, но раны давно затянулись; мы доживем до осмотра Ксенией Станиславовной; помощь не нужна; предпочтем отправиться в Большой Мир прямо сейчас… Причем, по возможности, под охраной — мы добыли по Искре второго и первого рангов, сочли необходимым показать их подчиненным Виктории Михайловны и не удивимся, если кто-нибудь из них расскажет об этой добыче знакомым.
Я был уверен, что дочурка Цесаревича возмутится. Ан нет — поддержала:
— Расскажут. Как минимум двое: как бойцы они хороши и надежны, но обожают привлекать к себе внимание и завираться…
…Бронетранспортер с нужным номером мы нашли с полпинка, влезли в десантный отсек и распихали два рюкзака по углам. Потом раскатали между креслами матрас из обязательного НЗ, надули и застелили куртками. Стоило положить последнюю, как девчата рухнули на получившееся ложе и отключились. А я вытащил из своего рюкзака плащ-палатку, аккуратно накрыл эту парочку, влил самый минимум Силы в очередной бодрячок, сел, устало вытянул ноги и, спохватившись, достал из термоса пакет с ядрами для спецотдела, блокнот и ручку. Потом вздохнул, вывалил содержимое большого пакета себе под ноги, разложил маленькие пакетики по отдельным кучкам и принялся составлять список добытого.
Пока писал, привычно контролировал перемещения энергетических структур в непосредственной близости от себя и своих девчонок. Поэтому засек приближение Ляпишева, не удивился, когда он «внезапно» открыл дверь и влез внутрь, а бронетранспортер, взревев движком, тронулся с места.
— Ого, а кучка-то приличная… — восхитился генерал, падая рядом.
— Не везло всю обратную дорогу… — честно признался я. — Виктория Михайловна и ее подопечные ломились по лесу, как лоси во время гона, вот и привлекали к нам все живое. Ну, а нам приходилось отводить его подальше и валить.
— Мне сказали, что вы встретили эту ГБР в непосредственной близости от «фермы», из-за чего были вынуждены уводить в сторону стаю волков с вожаком нулевого ранга. Скажите, пожалуйста, почему вы решили зайти так глубоко?
Я со вздохом отложил в сторону ручку и блокнот, наклонился к матрасу, не без труда вытащил карту из кармана своей куртки и показал куратору место посадки «Стрекоз», маршрут, по которому собиралась двигаться Сечина, тот, по которому она, вроде как, прошла на самом деле, и еще два более разумных варианта. После чего предложил выбрать оптимальное место встречи. Как и следовало ожидать, этого хватило за глаза — Дмитрий Львович заявил, что все понял, и спросил, не заглядывали ли мы, часом, в пещеру Свободных.
— Теперь это логово росомахи ранга на три выше Князя и ее детенышей.
— На три?!!! — ошалело переспросил генерал. — А как вы это определили?
Я показал ему дырку на правой штанине и криво усмехнулся:
— Вот сюда прилетела ледяная игла волка-«нулевки». Не заметив две воздушные стены и защитный покров. Пробив ногу насквозь, полетела дальше, воткнулась в ствол дерева диаметром с мой торс и тоже
