— Ты… ты Зейн Кросс! — Кричит Стивен, его голос дрожит от шока.
Зейн тащит меня за собой и встаёт передо мной. Он смотрит Стивену прямо в лицо.
— Да? А ты кто?
— Я Стивен Уинстон. Я большой поклонник.
Зейн хмыкает в ответ. Не теряя ни секунды, хватает мою сумочку, протягивает её мне и снова берёт меня за руку.
— Грейс, пойдём.
— Подождите.
Мы с Зейном приостанавливаемся.
Глаза Стивена сверкают, как звёзды.
— Можно мне автограф?
— Мы торопимся.
— Пожалуйста? Это не займёт ни секунды.
Зейн смотрит на меня.
Я пожимаю плечами.
Он вздыхает и поворачивается, протягивая руку к Стивену.
— Не могу поверить, что это происходит. — Стивен листает свой блокнот. Кажется, его больше не беспокоит тот факт, что я его бросаю. — Я давно слежу за вашей группой, ещё до того, как начал работать на твоего отца. Я надеялся, что ты заглянешь в предвыборный офис, но ты никогда этого не делаешь.
Зейн размашисто расписывается и протягивает ему бумагу.
— Вот.
Он хватает меня за руку и снова пытается увести.
Я отдергиваю его руку и смотрю на Стивена.
— Ты…ты только что сказал «предвыборный офис»?
Зейн тоже медленно поворачивается.
— Я не должен был говорить. — Стивен бросает косой взгляд на меня, а затем на Зейна. — Но, думаю, все в порядке, раз ты сын Джарода Кросса.
Я наклоняюсь вперёд, что-то внутри меня предупреждает, что этот момент очень важен.
— Джарод Кросс баллотируется в губернаторы. — Шепчет Стивен.
У меня мурашки по коже. Зачем кому-то вроде Джарода Кросса пытаться захватить такую власть? Чего он ещё хочет?
Зейн засовывает пальцы в карман и обдумывает слова Стивена. Я замечаю, как он все ещё ухмыляется, словно это все шутка, и понимаю, насколько это хорошая стратегия.
Стивен не подозревает, что выкачивает конфиденциальную информацию, и, похоже, не испытывает дискомфорта от того, что делится ею.
Если бы это был Датч, Стивен бы замялся и отказался что-либо говорить. Но Зейн заставляет каждого чувствовать себя другом.
Он открывает. Приглашает. Как волк, переодевающийся в овечку, чтобы его обед чувствовал себя спокойно.
По моему позвоночнику пробегает дрожь.
В каком-то смысле это страшнее, чем кто-то, кто носит свою угрозу на лице. Потому что никогда не знаешь, когда эта тьма выйдет, чтобы укусить тебя.
— Правда? — Я задыхаюсь, беря пример с Зейна и устраиваю шоу. — Ты знал об этом?
Зейн качает головой.
— Ты серьёзно не знал?
Стивен выглядит шокированным.
— Наверное, папа хотел, чтобы это был сюрприз.
— О нет. Неужели я выпустил кота из мешка?
— Давай присядем. — Говорит Зейн.
Чувствуя его намерения, я скольжу в кабинку, а он садится рядом со мной. Его рука, вплоть до бедра, прижимается ко мне.
Когда он так близко, мне трудно продолжать разговор.
— Когда ты начал работать на моего отца?
— Мы можем поесть, пока разговариваем? Я умираю с голоду. — Стивен подталкивает ко мне бургер. — Кетчуп?
— Она не любит кетчуп. — Говорит Зейн, нетерпеливо постукивая пальцами по меню. — Грейс, хочешь, я закажу для тебя что-нибудь другое?
— Я не против.
Стивен наблюдает за взаимодействием. На его губах появляется неловкая улыбка.
— Вы двое кажетесь очень близкими.
— Мы сводные брат и сестра.
Зейн недовольно смотрит на меня, весь свет в его голубых глазах засасывается в чёрную дыру неодобрения. Ему не нравится, что я говорю это другим, но что с того? Это правда, и так Стивен будет чувствовать себя достаточно комфортно, чтобы говорить.
Стивен делает глубокий вдох.
— Точно. Я так и знал. Наверное… хорошо, что вы так хорошо ладите.
— Да. — Зейн наклоняется ко мне. Расцветает лукавая улыбка. — Можно сказать, мы знаем друг друга вдоль и поперек.
Моё лицо пылает жаром. Ноздри вспыхивают, и я сжимаю бёдро Зейна. Сильно.
Он вздрагивает.
Прежде чем я успеваю перевести разговор на кампанию Джарода Кросса, мне звонят.
Это Каденс.
— Извините. — Говорю я, проскальзывая мимо Зейна, чтобы ответить на звонок возле ванной. Оказавшись в уединении пустого коридора, отвечаю. — Вы что-то нашли?
— Мы нашли больше, чем «что-то». — Её голос дрожит. — Мисс Джеймисон, вы захотите это увидеть.
ГЛАВА 50
ЗЕЙН
![]()
Папа баллотируется в губернаторы.
Это так чертовски нелепо, что даже имеет смысл.
Его игра за наше наследство.
Председатель совета директоров.
Преподавание в Redwood Prep.
Ругает нас за то, что мы «испортили его имидж».
Как будто кто-то включил лампу в тёмной комнате, осветив все тени.
Разбросанные кусочки головоломки.
Магниты защелкиваются.
Перемещаются плитки.
Мастер-кукловод.
Отец рисовал картину другого рода. Я бы никогда не догадался, даже если бы кто-то сказал мне правду в лицо.
Джарод Кросс хочет править не только музыкальной индустрией.
— Как ты думаешь, что они нашли? — Спрашивает Грейс, вырывая меня из размышлений.
Я смотрю на неё и стараюсь не выдать беспокойства. Её глаза горят ярким светом, и она нервно улыбается. Это важный момент для неё, и я не хочу испортить его, взбесившись из-за папиного плана по захвату мира.
Или, по крайней мере, эту часть мира.
— Зейн, ты в порядке?
Она вскидывает бровь, её голос становится мягким от беспокойства.
Это безумие, что она так хорошо меня знает.
То, как она видит мой фасад.
Чуть не подползаю к ней и не целую её снова. Я знаю, что единственное, что может отвлечь меня от этой нервной энергии, — это расстегнуть её джинсы и заставить застонать от удовольствия, но я сдерживаю себя.
Грейс все ещё пытается держать меня на расстоянии, и если я буду слишком настойчив, слишком быстр, то стану похож на того жуткого Стивена, который не смог понять намёка.
Я её ублажу.
Это лишь вопрос времени, пока она не станет полностью моей.
Качаю головой.
— Я в порядке. Как думаешь, что ребята нашли?
— Кейди сказала, что это что-то важное. — Добавляет она. — Это хорошо, да?
— Все, что нам нужно, — это нить, связывающая Харриса с «Благодарным проектом». — Я поворачиваюсь так, чтобы моё колено слегка касалось её. Она не отстраняется. — Тот факт, что эти коробки были спрятаны, означает, что у них есть боеприпасы, которые мы можем использовать.
— Надеюсь, что так. — Вздохнула она. — Харрис знает, что мы участвовали в том пожаре. Я весь день принимала звонки из администрации. Полиция тоже замешана. После этого у нас не будет больше шансов.
Колено подпрыгивает вверх-вниз, и я кладу на него руку, чтобы успокоить её.
— Несмотря ни на что, мы отомстим.
Затравленные карие глаза встречаются с моими, и мне с трудом удаётся удержаться в своем углу машины. Знает ли она, как сильно я хочу обнять её? От одного взгляда на эти сочные губы у меня начинает гореть в штанах. От одного взгляда этих глубоких карих глаз я готов сжечь себя и весь мир дотла.
Грейс делает вдох, заметно успокаиваясь.
— Что ты почувствовал, узнав, что твой отец баллотируется в губернаторы?
Я переминаюсь с ноги на ногу.
— Мне жаль…всех людей, которые окажутся настолько глупыми, чтобы проголосовать за него.
— Ты думаешь, он сможет победить?
— Он определенно делает все возможное. — Я глажу свой подбородок. — Это удивительно. Папа не из тех, кто носит костюмы и галстуки. Я не понимаю, почему он вдруг стал баллотироваться.
— Думаешь, это все связано? Его женитьба на моей маме. Твое наследство.
— Возможно.
Я уговариваю себя ухмыльнуться, но мои губы остаются в ровной линии. Не могу найти в себе силы улыбнуться и притвориться, что это не десять видов лажи.
— Ты волнуешься. — Замечает она.
Кожа под моим гипсом зудит.
— Мне все время кажется, что мы всегда на шаг позади.
