по этому вопросу мне пока не доступна.
— Ясно, — сказал я. — Но хоть радует, что это в принципе возможно. Если мы будем грабить корованы, надо же куда-то кидать добро!
— Что грабить? — удивилась Лира.
— А! — махнул я рукой. — Не обращайте внимание. Идем дальше.
Далее были бытовые помещения, где тоже не было ни хрена полезного от слова вообще совсем. Ну а потом мы дошли до энергоузла.
Я остановился задумчиво, почёсывая голову. Посередине не очень большой пещеры из пола вырастал каменный столб, который соединялся с потолком. Вот только выглядел этот «столб» как какой-то Франкенштейн, как будто какой-то безумный изобретатель надёргал детали то ли из паропанка, то ли из средневековья и смешал это с компьютерами 80-х. Большие кнопки, выпуклые экраны — выглядело всё это уродски, но когда я подошёл и положил руку на ближайшую клавиатуру, клавиши которой были явно рассчитаны под толстые пальчики гнома, то у меня перед глазами возникло системное сообщение:
Энергетический реактор.
Статус: обесточен.
Для начала функционирования требуется загрузка силириума.
Желаете загрузить топливо?
Я, не убирая руку, повернулся к Ворчунье:
— Что он запитывает?
— Мало информации, — сказала Ворчунья. — Но из того, что я понимаю, это освещение, возможно какие-то механизмы, лифты.
— Ясно, — кивнул головой я, снова поняв, что ничего не ясно.
Громко ответил:
— Да, желаю.
Для вывода реактора на минимальную мощность загрузите 10 тысяч единиц силириума.
— Сколько, блин? — охренел я.
Система восприняла это как вопрос и снова добавила:
Для вывода реактора на минимальную мощность необходимо 10 тысяч единиц силириума
— Да, — я убрал руку. — Облом.
Хотя на что я рассчитывал? Надо будет поспрашивать у Карла, для чего этот реактор на самом деле.
— Что у нас там осталось дальше по коридору? — спросил я у Ворчуньи.
— Алхимическая лаборатория, — сказала она.
— Интересно будет посмотреть. Хотя подозреваю, что там тоже ничего не осталось.
Первым моим удивлением было то, что алхимическая лаборатория оказалась первым помещением, у которого сохранилась дверь в запертом состоянии. У всех остальных она либо была раскрыта настежь, либо вообще выбита.
Я подошёл, потихоньку дотронулся до ручки, нажал её и приоткрыл.
— Твою мать! — отпрыгнул я, закрывая дверь.
В нос ударила дикая вонь и какой–то пар. Глаза заслезились, и, кажется, моя морда покрылась сыпью.
— Лира, лечение! — рявкнул я, отпрыгнув назад.
Эльфийка не сплоховала, в результате чего я снова начал видеть и соображать.
— Что там, командир? — спросил Гор.
— Там какой-то трындец. Пар или туман. Как видите, ядовитый, — начал я раздражённо, но на секундочку подвис. — А если так, значит, сколопендры там не были. И значит, там что-то осталось.
— Какой ты умный, командир, — произнес Гор.
Я с интересом на него посмотрел. Он что, прикалываться научился? Но нет, здоровяк сказал это абсолютно искренне. Лира молчала. Она в последние часы постоянно ворчала, чем-то всё время была недовольна. Вон, даже в мысли свои Ворчунью пускать не хотела. Это тоже настораживало. Судя по всему, истерика, которая случилась с ней в начале нашего путешествия, плавно перерастает в депрессию. Не хватало мне ещё эльфийки с психологическими проблемами. А с другой стороны, имеем то, что имеем. Если надо будет поработать психотерапевтом, то я этим тоже займусь, но чуть-чуть попозже и в другом месте. Надеюсь, и то, и другое у меня будет.
— Гор, — сказал я здоровяку, — мы сейчас отойдём вон туда, а ты открой дверь, лучше сделать это ногой, и беги тоже к нам.
Я здраво рассудил, что толстая кожа Гора должна выдержать такое испытание. Здоровяк безропотно кивнул головой, мы отошли на исходную позицию.
Бам, бам, бам, бам! Гор колотил ногой дверь, но она и не думала открываться. Хорошие замки делают гномы. Да и двери крепкие. Либо это Гор у нас таким слабым стал.
— Эй! — крикнул я.
Гор повернул ко мне рассерженное лицо.
— Забей! Просто открой ручку, толкни дверь и беги к нам!
— Хорошо, — кивнул Гор.
Сделал то, что я сказал, и тут же рванул к нам.
— Как глаза? — спросил я заботливо.
— Всё хорошо, — сказал он.
— Фууу… — до нас дошёл запах из помещения, и Лира скривила носик.
— Так, валим отсюда, пускай проветривается, — сказал я, и мы двинулись в сторону кладбища. — Надеюсь, что этой гадости там немного и она рассеется рано или поздно.
— А если нет? — посмотрела на меня Лира.
— Значит, мы все сдохнем, — пожал плечами я.
— Макс! — возмущённо посмотрела на меня Лира.
Ну, по крайней мере она немножко ожила.
— Да шучу я, шучу, — сказал я. — Не можем мы сдохнуть, мы же избранные.
— Вот именно — избранные! Почаще такое говори, — кивнула Лира, отвернулась и пошла дальше.
Я же посмотрел на неё с удивлением. Эльфийка шутила? Вроде нет. И, вроде, моих слов оказалось достаточно, чтобы она успокоилась. Удивительная у меня команда. Интересно, в этом мире интеллект прокачивать можно? Собственно, за размышлением над этим важным вопросом мы и дошли до нужного нам места. А я так и не успел для себя решить, какую лучше иметь эльфийку: красивую, но тупенькую, или красивую и умненькую. Было слишком много вариантов развития, и главный из них — для чего я собираюсь эту эльфийку использовать. Ну, не использовать в смысле «использовать», а… в общем… я хотел сказать… Так, короче, Макс, мысли не туда попёрли! Что у нас здесь?
А здесь у нас обнаружилась первая нормально освещённая пещера пятого этажа. Светящиеся камешки из этой пещеры не вытащили и их голубой цвет освещал всю довольно просторную территорию. И вот тут был, конечно, полный трындец. Но не такой, как в алхимической лаборатории.
Саркофаги, которые стояли здесь ровными рядами, были безжалостно выпотрошены. Каменные крышки валялись в большинстве своём разбитые. Тут и там лежали кости гномов. Валялось кое-что из оружия и снаряжения, но всё оно было мусорного ранга. И если с мёртвыми гномами и хоронили что-то ценное, то прямо сейчас все это было у них отнято.
Нормально так свиноматка порезвилась. Даже я почувствовал одновременно раздражение и удовлетворение. Раздражение от того, что она тут устроила. А удовлетворение от того, что мы её грохнули. Хоть что-то
