class="p1">Жейс вдруг поняла, что чашки кофе больше нет в ее руках. Он надвинулся на нее, буравя иссини-темным взглядом. А когда она попыталась отступить, схватил за локоть и бесцеремонно притянул к себе. Столько злости в его глаза она еще не видела.
– Еще раз напомнишь мне про нее… – шипя процедил он. – …отправишься обратно на Землю.
Его хватка была такой же болезненной, как и у Сарка. Жейс испуганно пискнула.
– Зачем ты согласилась на их уговоры?! – не спросил – прокричал Коготь.
Ее губы дрогнули:
– А что тут такого? Почему ты против? Вы же раньше летали…
– А чего тут не ясного?! Все внимание будет на нас. – поморщился он. – История с картузианским лайнером еще не утихла и у всех на слуху. Что там действительно произошло – знают единицы. Будут смотреть на меня, а соответственно и на тебя. Волн все сказал правильно – консервативная утрианка и малосимпатичный бравкаец явно будет неинтересны собранному там обществу. А вот ты… Тебя заметят многие. И ты сможешь выбрать любого, кто тебе понравится. А я не могу тебе запретить! Я не ревную, черт побери – это хуже!! Меня сводит с ума и убивает лишь одна мысль, о том, что ты найдешь там себе ухажера!
Она широко распахнула глаза:
– Коготь….
Он провел пальцем по ее губам:
– Я ведь ничем особо от Сарка не отличаюсь – мысли и желания у нас одинаковые. И в такие вот моменты я иногда думаю, что я зря сдерживаю себя. Что все решается довольно быстро – одним влиянием. Мне просто стоит сделать тебя своей. Послушной, ласковой, исполнительной. А потом я понимаю, что это ужасно. Даже мысли об этом противны мне и страшны. И единственный выход спасти тебя, в том числе и от меня тоже, это чтобы ты возненавидела меня.
Он дернул поясок ее халата, одновременно толкнул к колесу истребителя, перекрывая девушке путь к отступлению. Она не сразу поняла, что он собирается сделать. Полукровка грубо прервал ее попытки вырваться и выкрутил ей руки, так что Жейс вскрикнула. А он ждал этого – впился губами в ее губы, поглощая все возмущенные вскрики и возгласы, которые она хотела выдать.
– Этот чертов халат! – прорычал он и стащив его с ее плеч, отбросил в сторону.
Колени подкашивались, девушку всю трясло. Короткий топ с тонкими бретельками был легко задран к верху. А потом она почувствовала его руки. Жадные, наглые, жаркие прикосновения. На талии. На бедрах. На груди… Жейс крикнула, дернулась, но без особого успеха. Через ткань формы она почувствовала его возбуждение.
Намотав ее волосы на кулак, он заставил ее откинуть голову. Вновь накрыв ее губы жадным поцелуем, принялся возиться с ремнем на брюках.
Жейс похолодела.
– Нет… – простонала она, уворачиваясь от его губ. – Не надо, Коготь.... Стой!
– Надо. – хрипло отозвался он. – А потом сотру тебе память, так что весь процесс забудешь, но воротить тебя от меня будет еще долго. Ну давай, скажи, как ты ненавидишь меня и какой я ублюдок!
Его рука скользнула по ее спине вниз. Сначала он крепко ухватил ее за зад, а затем приподнял бедро девушки. Она уперлась ему в грудь, выгнулась, пытаясь оттолкнуть, безрезультатно била по плечам:
– Нет! Не надо!! Пожалуйста, Коготь!!!
Он свирепо взглянул ей в лицо:
– Ты была права. Ты всего лишь ее навязчивое напоминание, от которого я никак не избавлюсь!
Она почувствовала, как слезы, сорвались с ресниц и щекоча кожу, скатились к уху, а потом по шее.
– Я знаю… – прошептала она. – И потому ради тебя я бы завтра ни с кем даже не заговорила бы. Я не собиралась ни с кем ни знакомиться, ни танцевать и уж тем более спать!!..
Коготь замер, опустил голову, тяжело дыша ей куда-то в шею. Медленно разжал руку, освобождая ее, отстранился, опустив глаза, сделал шаг назад.
– Уходи!.. Живо!!
Быстро сев, она подняла с земли халат, выпрямилась, и боком прошмыгнув мимо полукровки, бегом бросилась к станции. На трясущихся ногах добравшись до комнаты, она дошла до кровати и упала, громко рыдая.
Через два часа они улетели.
За своей воодушевленной болтовней, так непохожей на нее, утрианка не замечала грустных и тревожных глаз подруги. Жейс ее почти не слушала – была подавлена и не хотела ни с кем разговаривать. Сейчас она уже более-менее успокоилась, однако тело еще хранило воспоминания от его прикосновений, так отчетливо, словно его ладони все еще касаются ее кожи.
Они с утрианкой сидели во втором ряду кресел, откуда Жейс прекрасно видела капитана. Его руки… уверенно и спокойно лежащие на штурвале. Его голос… Они с бравкайцем перебрасывались короткими фразами, и в общем Коготь вел себя как обычно. Словно два часа назад не пытался овладеть ею прямо у этого истребителя.
Жейс мысленно чертыхалась и жалела, что не осталась на базе. Ничего хорошего в этой поездке уже не предвидится. Однако она не хотела огорчать утрианку, которая все так воодушевленно планировала и в последний момент взяла себя в руки. К тому же девушка понимала, что частично и сама виновата в случившемся – ей действительно не стоило ходить за тларийцем в таком виде.
«Я доверяла тебе, кретин! …»
Она злобно воззрилась в затылок капитану:
«Вот возьму и замучу там с каким-нибудь отрядчиком тебе на зло…»
Он вдруг обернулся, и их глаза встретились. Жейс фыркнула и резко отвернулась, кипя от злости.
«Чертов эмпат…»
Весь оставшийся путь она усиленно делала вид, что спит.
Из Космофлота они ехали на взятой на прокат машине – большом черном и невероятно крутом джипе. Нацепив черные очки, снова вел Коготь. В город заезжать надобности не было – отель находился в пригороде, и потому особых пробок не было.
Тут уж позабыв про все, Жейс радостно вертела головой и не могла усидеть на месте. Они ехали по грандиозному шоссе, объезжая огромный город Рофета слева. Вид был неописуемо красивый. Небоскребы, уходящие в облака, на фоне утреннего еще очень светлого неба. Жейс уже знала, что чуть попозже, когда солнце встанет в зените, лучи окрасят небосвод в лазурь.
Она откинулась на спинку заднего сидения и закрыла глаза. Чему ты радуешься? Ты могла бы тут жить, договорись с Каролом, а не дышать песком М-3805 и терпеть выходки клона Сарка. Что будет вечером? Как мне себя с ним вести? Сидеть за одним столом и молчать?
Решить она не успела, так как уснула. Ее разбудил звук хлопающей двери. Вышел Волнатарий. Они
