куда? — Харальд приподнял одну бровь, что в сочетании с лохматой со сна шевелюрой выглядело безумно сексуально. — Сопровожу тебя, присмотрю, чтобы не украли.
— Да кому я тут нужна — одноликая человечка, — хмыкнула попаданка, сама при этом довольная, как слон.
А уж когда её подхватили на руки и отнесли до нужника, то и вовсе расхохоталась.
— Мне нужна, — горячо прошептали ей на ушко, — и этого вполне достаточно.
— Ты что, теперь везде меня таскать на себе будешь? — она соскользнула вдоль его тела, закипая от проснувшегося желания, не выдержала и скользнула рукой чуть южнее его волевого подбородка. — О, я смотрю, ты тоже проголодался.
— Если ты сейчас же не сделаешь свои дела, я тебя сразу в сауну уволоку, — пригрозил ей северянин.
Большой, лохматый, ужасно привлекательный.
— Чур, не подглядывать, — хихикнула Рената и таки нашла в себе силы отлипнуть от мужа.
Ненадолго, ибо насчёт сауны Харальд не шутил. И пусть та успела поостыть со вчерашнего дня (в отличие от сладкой парочки, Кьярваль сотоварищи сумели накануне полноценно помыться), но хранила остатки тепла. Впрочем, много жара им и не требовалось — у них своего с избытком имелось!
Кто сказал, что сауны топят только дровами? О, эта парочка зажгла без помощи посторонних предметов: их кровь кипела, плавила тела, заставляла гореть от желания. Дерево трещало вовсе не в печке — они испытывали его на крепость своими страстными движениями. Хвала небесам, доски полки оказались крепкими и всё выдержали, иначе столь приятный процесс мог кончиться вовсе не тем блаженством, что растекалось сейчас по их жилам. Вызывало дрожь, заставляло ещё сильнее влюбляться в свою пару, ибо именно в такие моменты и формируется доверие. Не умственное, но физическое. На клеточном уровне. Когда ты, не видя, кто подошёл к тебе со спины и лишь едва коснулся плеча, уже чувствуешь, что это оно — твоё родное. Твоя вторая половинка. Истинная пара!
— Интересно, я когда-нибудь привыкну к этому процессу, или каждый раз буду сгорать, как распоследняя газетка? — Рената лежала на полке и пыталась отдышаться. — Укатал волчок мартышку.
Ей казалось, что он вообще никогда не уставал. Если бы она была в силах, то возможно, их соитие могло длиться бесконечно долго. Его горящий, буквально пожирающий взгляд говорил о многом: как ему нравится её грудь, талия, живот, бёдра, средоточие женственности и прочее, и прочее. А ещё его руки умудрялись быть одновременно ласковыми и сильными, нежными и очень настырными. Властными, охватывающими всё и вся, оберегающими, очищающими…
— Ой! — пока одна лежала и размышляла о многофункциональности мужских конечностей (о той самой конечности она тоже немного подумала, но несколько в ином ракурсе), Харальд налил из котла тёплой воды и принялся поливать Ренату из ковша.
— Задумалась? — он игриво ей подмигнул и потянулся за мылом.
Да, так приятно она ещё никогда не мылась! Впрочем, Харальд тоже получил свою порцию ласк и чистоты, а потом…
Потом в дверь настойчиво постучали.
— Эй, вы там ещё долго? — похоже, Кьярву надоело ждать, когда они сами натешатся и вернутся в социум.
Кто ж знал, что этот социум уже проснулся!
— Что-то случилось? — тут же насторожился альфа.
— Да, Небесный Волк показал Свейну путь, по которому тебе надо пройти. Причём как можно быстрее!
— Сейчас выйдем, — Харальд потянулся было за полотенцем, но вспомнил, что не взял его — их поход в сауну вышел спонтанным.
— Высунь руку, я вам принёс запасную одежду и чем вытереться, — в отличие от друга, у Кьярва с памятью было всё в порядке.
Ему митингующие гормоны мозг не отключали.
Быстро собравшись, молодожёны таки вышли на улицу, чтобы вновь нырнуть в дом, где уже вовсю горел очаг, согревая жилище. За столом сидели оборотни в полном составе, внимательно слушая Свейна, сегодня выглядевшего особенно потрёпанно и в то же время очень воодушевлённо.
— Вам надо идти к Повелителю Моря! — радостно провозгласил божий глас местной экосистемы.
— Да, я тоже об этом подумал, хотел с вами посоветоваться, — кивнул Харальд.
— Только сначала, чур, завтрак! — категорично выдала Рената, чувствовавшая себя сейчас донельзя бодрой и зверски голодной.
И готовой пойти за Харальдом хоть на край света. Это он её куснул перед выходом из сауны на свою голову.
— Ты останешься в Архельдоре, — несмотря на то, что Свейн сказал об обоих, рисковать любимой он не собирался. — Под защитой ребят.
— Ты слышал, что сказал ваш Овсюг? — она ехидно выгнула бровь и потянулась к куску мяса на столе.
Спор спором, а есть охота.
— Кто? — не понял смысла шутки муж.
— В смысле Свейн, — поправилась Рената. — И вообще, как это я да не посмотрю на эту вашу знаменитость. Я же от любопытства помру!
— Ты серьёзно? — Харальд не мог поверить своим ушам. — А если он захочет тобой закусить?
— Подавится, — Рената легкомысленно пожала плечами. Она была абсолютно уверена, что всё закончится хорошо — прямо предчувствовала! — Я жёсткая и костлявая.
Насчёт последнего Харальд мог бы поспорить, но не при свидетелях же. И да, зря он её сейчас укусил — какая-то она стала чересчур бесстрашная от этого стала.
— Да и ты ведь меня защитишь, — она мило улыбнулась и похлопала ресничками. — Мой большой сильный волк. Кто у нас альфа-самец в семье?
Да, подлизываться Рената с детства умела, из отца и вовсе верёвки вила.
К такому Харальд не привык. У них, суровых северян, было принято подчёркивать собственную силу, даже женщины стремились быть наравне с мужчинами, как в правах, так и в обязанностях. Недаром у них знак рода был именно мужского характера. Впрочем, насчёт обязанностей Ренаты был особый разговор — она даст общине куда больше, чем любая двуликая, но при этом останется настоящей… фиалкой. Точнее
