Затем я отбежал немного в сторону, прицелился и вновь открыл огонь. Вот только выплюнувшее несколько пуль оружие вдруг замолчало, и отстреливавший вырвавшихся вперед тварей Кузнецов заорал:
—Патроны!
Обливаясь холодным потом, я рванул к оставленному у люка рюкзаку, судорожно расстегнул молнию и нашарил запасной магазин. Трясущимися руками перезарядил оружие и обернулся к метнувшемуся за «Калашниковым» федералу.
—Прикрывай! — рявкнул тот и, отбросив «Винторез», подхватил АК-9. — Быстрее!
Я вскочил на ноги, и тут над краем крыши показались сразу две головы с одинаковыми, будто отлитыми из плохого пластика, сморщенными мордами и мутными глазами.
Вскинув автомат, я прижал приклад к плечу и утопил спусковой крючок. Первому псевдоорангутангу тяжелые пули просто снесли половину черепа, и во все стороны брызнуло серое желе искусственных мозгов и обломки микросхем; второй успел приподняться, и потому короткая очередь, пробив грудь, скинула его вниз.
—Прикрываю! — крикнул я.
Кузнецов с АК-9 на изготовку подбежал к краю крыши и принялся отстреливать уже добравшихся до четвертого этажа обезьян. Неожиданно в нескольких метрах от него, одним махом перемахнув через край, возник лысый биоробот, и я вновь открыл огонь.
Попал в плечо; сила удара развернула тварь на месте, а в следующий миг угодившие в спину пули буквально смели ее вниз. Не теряя времени, я подскочил к оперу и принялся помогать ему уничтожать изрядно поредевшую стаю. Вдвоем дело пошло быстрее и вскоре о контратаке напоминала лишь груда распластавшихся на газоне тел, заляпавшие асфальт бурые брызги крови вперемешку с кусочками мозгов да дрожь в усталых руках.
—Тебе что было сказано?! Прикрывать?! — неожиданно заорал федерал, убедившись, что опасность миновала и все твари мертвы. — Так какого хрена ты ко мне полез?!
—Так я и прикрывал вроде.
—А если бы сзади зашли? Нас бы обоих вниз скинули!
—Ну, не подумал…
—Не подумал он! — возмутился Кузнецов. — Не делай так больше!
—Хорошо, — кивнул я и начал расстреливать остававшихся во дворе пауков.
—Хватит, уходим! — прикрикнул на меня опер и присел рядом с ранцем. — Не нравится мне все это.
—Да уж, хорошего мало. — Я подхватил заметно полегчавший рюкзак и остановился у люка. — Какой план действий?
—Спускаемся на первый этаж, из окон расстреливаем тех, кого не заметили с крыши, и бежим к кораблю, — на миг задумавшись, выдал Кузнецов и неожиданно добавил: — И никакой самодеятельности! Ясно?
—Ясно.
—Вот и замечательно. — Федерал вытащил из рюкзака инъектор, сморщился, вкалывая себе какую-то гадость, и подозвал меня: — Иди сюда!
—Чего опять? — насторожился я. — Антибиотики рано пока.
—Это универсальная вакцина, мало ли какая инопланетная зараза на корабле встретится.
—И откуда взялась такая замечательная вещь? — Лишний раз колоть себе какие-то непонятные химикаты не хотелось, но, как ни крути, на ноги меня опер весьма оперативно поставил. — Только не говори, что наши светлые умы разработали.
—Лингеры поделились, — сознался Кузнецов, прикладывая резиновый кругляш инъектора к моему запястью. — Да не дергайся ты!
—Ух, блин! — зашипел я от крайне болезненного укола. В голове зашумело, будто после залпом выпитого натощак стакана водки, на глазах выступили слезы. Но вскоре меня перестало штормить, и лишь покрасневшая в месте укола кожа так и продолжала саднить. — Больно!
—Сейчас пройдет. — Федерал смахнул с лица слезинки и, закидывая за спину ранец, уточнил: — Ну как?
—Вроде нормально. Только непонятно, почему ты эту штуку напоследок оставил. Не лучше ее заранее вколоть было?
—Ты понимаешь, — отвел взгляд Кузнецов, — у прививки возможны побочные эффекты…
—Какие еще побочные эффекты?
—Нехорошие. А без немедленной госпитализации — летальные.
—Ну ты гад! — выругался я.
—Лучше было тебе ее не колоть? — хмыкнул опер. — Чтобы сдох от какой-нибудь инопланетной заразы?
—А по-твоему, лучше из-за побочных эффектов загнуться?
—Да не переживай ты так! Самый ранний срок их проявления — третьи сутки после инъекции. Успеем до больницы добраться при необходимости.
—Это ты успеешь. А у нас тут с медицинским обслуживанием дела как-то не очень обстоят!
—Придумаем что-нибудь. В крайнем случае, Агентство тебе как добровольному помощнику стоимость лечения оплатит.
—Ага, а с больничной койки прямиком на курсы психической реабилитации отправит. Тоже за государственный счет!
—Слушай, Владимир, — мрачно уставился на меня Кузнецов. — Кто горел желанием спасти девушку?
—Скажи ты о прививке заранее…
—Останься мои парни живы, тебя бы к кораблю и на пушечный выстрел не подпустили, — глухо произнес федерал. — Форс-мажор, мать его.
—Закрыли тему, — отвернулся я и присел рядом с люком. — Кто первый спускается?
—Давай ты, я прикрою. И не переживай так, осложнения только в двадцати процентов случаев отмечены.
—Мне везет, как покойнику, если ты еще не заметил…
—Именно, что везет, — кивнул опер.
Я откинул люк и глянул вниз. Вроде порядок. Ни пауки, ни прочие твари под лестницей нас не караулили. И это было просто здорово. Глядишь, и в самом деле без проблем до транспортника доберемся.
Нисколько не опасаясь повредить содержимое, я скинул рюкзак вниз и вновь прислушался. Тишина. Никто не выскочил на шум, никто не предложил бросать оружие и выходить с поднятыми руками. Порядок, в общем.
Одной рукой придерживая висевший на ремне автомат, я скользнул в люк, спустился до середины лестницы и спрыгнул на пол. Окинул взглядом коридор и хотел уже позвать федерала, но тут меня со всего маху приложили чем-то прямо промеж лопаток. Сильнейший удар сбил с ног, и в тот же миг громыхнул пистолетный выстрел. Добегались!
Глава 9
Поваливший на пол и выбивший из легких весь воздух удар и острая, пронзительная боль меж лопаток слились в единое целое и заставили на мгновенье потерять контроль над собственным телом. А по сути — едва не прикончили.
Поваляйся чуть дольше, корчась от боли на грязном полу, — и выбившая бетонное крошево автоматная очередь прошлась бы по ногам и уничтожила всякую надежду выйти из этой передряги живым.
Спасли натянутые как струны нервы. Еще ничего толком не соображая, я откатился к стене и ужом юркнул в ближайшую дверь. Только схоронился за простенком — и косяк тут же расщепили выпущенные вдогонку пули.
Безмолвно разевая рот, подобно выброшенной на берег рыбине, я наконец сумел глотнуть воздуха, а миг спустя беспорядочная стрельба смолкла и послышался металлический цокот заскакавшей по бетону гранаты. За остававшиеся до взрыва мгновенья мне удалось за ремень подтянуть к себе автомат и вжаться в угол, а потом раздался оглушительный хлопок и вздрогнули принявшие на себя град осколков и ударную волну стены. Помещение затянуло поднявшейся в воздух пылью; я высунул из-за косяка ствол автомата и вслепую выпустил несколько длинных очередей в дальний конец коридора.
Только убрал палец со спускового крючка, и на пол, мягко спружинив ногами, приземлился выпрыгнувший из люка Кузнецов. Не теряя времени, он перекатом ушел в сторону и заскочил в дверь кабинета напротив.
