схеме можно добавлять не обязательно схемы деталей, выпадающих из тварей. Можно же добавить и что-то свое. И если получится ерунда — просто демонтировать. — Но одних крыльев, чтобы летать, ему будет мало. Строго говоря, они ему вообще для полета не подойдут. Чисто теоретически, ему можно сделать выдвижной винт.
И я даже стал прикидывать, как это можно реализовать. Двигатель должен потянуть такую нагрузку. Но как сделать сам винт, чтобы он и места немного занимал, и обладал достаточной грузоподъемностью? В зоне у Мити летать может и не получиться, но я же его собираюсь использовать не только в зоне.
— Митя, пойдем домой, — скомандовал я. — Считать будем.
И беседу проводить на тему: «Болтун — находка для шпиона».
Глава 25
С Митей я первым делом провел беседу, пояснил, что о Валероне никто посторонний знать не должен. А Прохоров — посторонний. Он у нас поживет недолго, а потом уедет. И нужно, чтобы наши секреты не уехали с ним, потому что, когда секреты уезжают, они перестают быть секретами.
Не знаю, что уж там у Мити в голове отложилось, но он проскрипел:
— Про Валерона никому не говорить. Он существует только для тебя и меня.
— Я еще для себя существую, — неожиданно возразил Валерон. Он не проявился и давал понять о своем присутствии только голосом. — Но да, я — тайное оружие.
— А я? — спросил Митя.
— А ты — явное. Набирающее мощность.
Митя радостно вытянулся.
— Так что там с приехавшим мужиком? — не выдержал я.
— Точно по твою душу. Имени твоего ни разу не называл, но расспрашивал о глубиннике. О тех, кто его добывал. А потом о механике. Мол, часы у него сломались. Твой адрес ему дали. Так что придет сам. Я так понимаю, ему нужно удостовериться, что ты — именно тот, кого заказали. Смысл ему бесплатно левого парня убивать? Ему же не за количество платят, а за точность.
— Вариант, что у него действительно часы сломались, отвергать не стоит.
— Он к тебе идет, так что посмотришь сам. А я бдю.
— И я бдю, — гордо сказал Митя.
— С вами, бдительные вы мои, я точно в безопасности.
— А то, — гордо сказал Валерон. — В одном можешь быть уверен: ему теперь будет куда сложнее выполнить заказ.
— Что ты опять спер?
— Почему сразу спер? Реквизировал, — возмутился Валерон. — Получилось только набор зелий, остальное все на виду не стояло.
— Вернуть надо, — твердо сказал я. — Пожалуется князю, начнется расследование. А оно нам надо?
— На нас не выйдут, — сдулся Валерон.
— Персонал гостиницы обвинят. Их проверят и начнут поиски того, кто стырил. Так что пока пропажу не заметили — верни. И присмотрись к мужику на предмет татуировки.
Валерон немного поартачился, не желая расставаться с добычей, но делал это без особого азарта, а потом так же незаметно исчез, как и появился.
А я решил прикинуть, как должен выглядеть пропеллер, чтобы в разложенном виде на нем появлялась функционирующая руна «Легкость», а заодно залез в учебник по рунам, чтобы понять, как ее можно экранировать: в нелетающем виде Мите легкость не нужна, даже может влиять на устойчивость и боевые качества. Вычитал пару вариантов, но проверить не успел, потому что от калитки позвонили.
Как я понял, это оказался тот самый скупщик, а уж фальшивый или настоящий — определю позже. Выглядел он этаким плотным жизнелюбивым щеголем, которому не место в приграничной зоне, но чувствовал себя уверенно.
— Вы ко мне?
— Добрый день. Если вы господин Воронов, то к вам, — улыбнулся он мне, при этом с легким недоумением оглядывая мою фигуру.
Наверное, не так представлял себе борца с глубинником, ну или того, кто благополучно избежал двух покушений. А может, я с ныне бритой головой казался ему если не бандитом, то близко к этому. Хотя… бритым налысо можно быть и после тяжелой болезни, к которой можно было отнести мое эксцентричное повышение сродства.
— Я — Воронов, — подтвердил я. — Чем обязан?
— Истомин Виктор Алексеевич, — назвал он себя он. — Представитель компании «Крестов и сыновья».
Последнее он произнес гордо, как будто это должно было для меня что-то значить. Но я раньше об этой компании не слышал, поэтому кивнул, показывая, что принял к сведению, и представился полностью:
— Воронов, Петр Аркадьевич. Итак, чем обязан?
Держать визитера на улице было уже неприлично, и я открыл калитку, приглашая гостя пройти во двор. В дом я его в любом случае приглашать не собирался. Он посмотрел на Митю, настороженно вытянувшегося в его сторону, и спросил:
— Эта железная тварь не нападет?
— Митя не нападет, пока вы не проявите по отношению ко мне агрессию.
— В планах у меня этого нет, — усмехнулся он.
Во двор он зашел, держа массивную трость таким образом, как будто собирался отбиваться. И, как мне показалось, трость была гораздо тяжелее, чем ей положено по внешнему материалу. Клинок внутри или заливка свинцом? И вторая рука лежит на оттопыривающемся кармане, как будто готовясь выхватить оттуда оружие. Интересный какой торговый представитель…
— А что у вас в планах, Виктор Алексеевич?
— Для начала, Петр Аркадьевич, я бы попросил вас починить их. — Он вытащил из кармана часы-луковицу. — Подвели, заразы, в самый ответственный момент. Но меня уверили, что вы сможете их заставить работать, не соврали?
Разговаривая, он осматривался, особое внимание уделяя сараю, из которого доносились звуки работы.
— У меня, конечно, навык часовщика всего лишь первого уровня, но мне ваши часы не кажутся такой уж сложной задачей. Оставляйте, посмотрю.
— Я думал, вы сделаете при мне…
— У меня не оборудован дом для приема гостей.
Прохоров выглянул и уставился мрачным взором на гостя. Тот ощутимо занервничал.
— И как долго вы будете делать?
— Зависит от сложности поломки, — не стал я его обнадеживать. — В любом случае верну ваши часы завтра.
— Это хорошо. Но я еще хотел с вами поговорить о глубиннике. Вы в самом деле его убили?
— Было дело. И не я, а артель, с которой я был, — немного преуменьшил я свои заслуги. — А что вас удивляет?
— Необычно. Слишком близко к границе зоны, Петр Аркадьевич.
