Вернер присвистнул.
Элим всегда приносил из своих рейдов горы высокоуровневых материалов, а когда целью его рейдов становились сами материалы, то его глайдер нес на себе настоящие горы редких ресурсов. Тот факт, что этот человек больше чем за 2 года не нашел подобных вещей, делал их действительно редкими.
— Но суть не в этом, — продолжил Тёмный, — по предположению Элима в этих вещах содержатся, какие-то вещества или особый вид энергии способные усилить тело Перерожденного. В обычных растениях, к примеру, они тоже содержатся, но в ничтожном количестве, поэтому они просто не способны как-то повлиять на организм и усвоится им. В обычных условиях, — Дух хитро улыбнулся, — благо за прошлую жизнь Элим узнал, как с помощью обычных материалов увеличивать характеристики.
— И что это за способ? И если он все знает, то почему так долго готовится?
«Зная Элима, приятного ждать не приходится» — подумал Вернер.
— Ты думаешь у нас сейчас есть хотя бы один из тех компонентов, что использовались при этом способе в воспоминаниях Элима? — Тёмный хихикнул, — да никто и не подумал бы использовать имеющиеся у нас низкоуровневые ресурсы для подобного. Поэтому для начала надо адаптировать схему под имеющиеся ресурсы и, конечно, сделать так чтобы вы пережили эту процедуру в итоге.
— Пережили?
В этот раз на лице Вернера появилось обеспокоенное выражение.
— А ты как думал? — Тёмный злобно оскалился, — Что тебе укольчик сделают и добавится тебе характеристик за пару уровней? Так не бывает парень. За всё нужно платить Вернер. И поверь мне, боль — это далеко не самая страшная цена, которую можно заплатить за силу. Уж поверь мне, я провел с человеком, отдавшим за силу всё, века, и знаю о чем говорю.
Вернер не сомневался, в том, что Тёмный говорит чистую правду, однако его это мало успокаивало.
— Не переживай, Элим слишком вами дорожит, чтобы позволить вам так глупо умереть. Максимум вам будет достаточно больно, не более.
— Это поэтому Элим сказал, что ему нужен целитель да?
Вспомнив о том, что совсем недавно в их маленькую группу посвящённых добавили целителя, бывший наёмник заволновался еще больше.
— Возможно это одна из причин, — заговорщицки захихикала вторая личность Собирателя Душ, — не волнуйся, прежде чем делать что-то с вами, Элим опробует это на себе. Как я уже и говорил, вам никакая смертельная опасность не грозит.
— Меня это не сильно успокоило… — проворчал мечник.
Анзор расхохотался и похлопал того по спине.
— Вы должны учится, терпеть боль в том числе. Чем сильнее становишься, тем больше твой организм может пережить и соответственно больше боли испытать. Сейчас то, что ты бы описал как адские муки, через сотню лет ты сможешь вытерпеть, не произнеся ни звука. Если так сильно хочешь узнать, что вас ждет, то спроси у Ивана. Он имеет отдаленное представление о том, что вас ждет.
— Отдаленное? — с сомнением спросил Вернер.
— Именно.
Обычно Вернер стойко переносил сюрпризы, преподносимые Элимом и Анзором, но в этот раз не удержался от обреченного вздоха. Иван очень не любил вспоминать момент, когда чуть не погиб, а необычная сыворотка Элима, после нескольких адских минут, спасла ему жизнь. Любые разговоры об этом случаи заканчивались почти мгновенно. Одно все знали точно: никакая боль испытанная Иваном ни до, ни после этого случая, не могла даже сравниться с болью от того препарата, что спас ему жизнь в тот день.
Вспомнив все это, бывший наёмник тихо выругался на родном языке.
— А разговор так хорошо начинался да? — подтрунил его Тёмный.
— Это точно, — ответил Вернер.
Его руки поглаживали ножны ноэров — это успокаивало бывшего наёмника, а разговор с Анзором не на шутку его разволновал.
— Да ладно тебе Вернер, не так страшен чёрт как…
Внезапно нормальная речь Анзора прервалась чередой непонятных слов. Бывший наёмник не знал перевода, но знал её примерный смысл: дух выругался на иноземном языке.
Анзор сделал взмах рукой вскакивая со своего места. В этот раз волна воздуха впечатала парнишку в землю. Секундой позже рядом с ним появился Тёмный со своей глефой в руках.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Поднимайся! — проревел дух.
«Не повезло парню» — про себя посочувствовал не везунчику Вернер.
Им оказался тот самый молодой мечник, который ранее уже привлекал пристальное внимание Анзора. Как правило, дух проводил большую часть времени на своем камне, наблюдая за всеми тренирующимися, время от времени подзывая кого-нибудь. Тогда он показывал этому бойцу какие-то приемы, называл его ошибки и, возможно, проводил короткий спарринг длинной буквально не больше пары минут.
Такому поведению была весомая причина: очень ограниченный запас маны. Анзор научился частично её восстанавливать, но этого по-прежнему было недостаточно для самостоятельного существования. Если бы он постоянно участвовал в спаррингах, без остановки, то мана в его теле заканчивалась бы в считанные часы. Элим самый сильный Перерожденный на планете, но даже ему будет сложно отдавать такое количество маны, особенно учитывая количество «работников» его лаборатории.
Поэтому Анзор крайне редко, вот так резко приходит в движение. Такое случается, если кто-то упорно не хочет усваивать его уроки и повторяет все те же ошибки. Таких людей ждут весьма неприятные несколько минут, где за малейшую ошибку, Учитель будет максимально болезненно их наказывать.
Вернер закурил трубку глядя на то, как Анзор наказывает провинившегося мечника. После такого спарринга парень надолго запомнит урок.
Главы 189-191
— Выглядит в крайней степени стремно, — произнес Лев поежившись.
Сейчас весь доверенный круг лиц Элима вместе с ним самим собрались в странном помещении в мастерской Элима. Очень странном. Внутри помещения находился открытый резервуар, к которому было подведено несколько труб, рядом с которым стояла куча медицинского оборудования. Больше всего, конечно, настораживала звукоизоляция на стенах этого помещения.
— Поддерживаю, — произнес Артем.
— Не нойте детишки, — усмехнулся Тёмный, глядя на то, как заволновались друзья Элима, придя в эту комнату.
— Все приготовил? — обратился он к основной личности.
— Ага, — коротко ответил Элим, рассматривая кучу пробирок, на столе рядом с резервуаром, — все готово.
— Готово для чего? — сказал с опаской Полковник, глядя на пустой резервуар.
— Вы правда такие тупые или притворяетесь? — проворчал Тёмный, — тот самый способ для увеличения характеристик. Посмотрите, что он из себя представляет.
— Пока ничего хорошего он из себя не представляет, — пробормотал Арн.
— Не нойте, — выдохнул Элим, разминая шею, — не вам сегодня туда лезть.
— А нам надо будет туда лезть!? — воскликнул Артем.
Элим от него лишь отмахнулся, снимая с себя верхнюю одежду, обнажая исчерченную шрамами и рубцами кожу.
Каждый боец, проведший в Бессмертном Оплоте больше года, успел получить по нескольку крупных ран. Большинство предпочитали использовать специальную мазь, чтобы удалять шрамы со своей кожи, возвращая себе презентабельный вид. Однако Элим был не из таких. Каждая царапина или порез, каждый ожог или любая другая рана оставались на его теле до тех пор, пока его собственная регенерация не уберет их. А пока его собственная регенерация смогла убрать лишь самые мелкие и старые шрамы.
Сейчас на его теле были тысячи мелких царапин, отметины от сотен тяжелых ранений и следы десятков ран, способных убить сильных Перерожденных. На теле Элима практически не было не изрешеченных участков кожи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Его подчиненные с шоком глядели на огромное количество шрамов на теле их командира. Элим всегда скрывал большую часть тела под своей формой, поэтому ребята никогда не видели всех этих отметин, которых становилось больше день ото дня. Все они понимали, что Элим получает травмы в подземелье, но ведь не в таком количестве. Причем они ни разу не видели, чтобы основатель Бессмертного Оплота, даже просто находился в их госпитале или больнице, не говоря уже о лечении там.
