спасла только хорошая реакция. Он едва успел отдернуть руку, которая раньше держала ухо. На том месте, где она только что была, щелкнули зубы. Анджей совсем по-волчьи смотрел исподлобья, верхняя губа приподнялась, приоткрывая ровные зубы, придавая тем самым еще большее сходство с волком.
- Ой, простите его, – Мадлен встал между Домиником и Анджеем, - наш Ангел со своей беременностью стал таким нервным и импульсивным.- Мадлен довольно улыбаясь, покивал головой.
Теодор спрятался за спину Доминика, и оттуда показал язык брату.
Анджея со спины обняли руки Роберта. Омега повернул голову и увидел спокойные глаза своего альфы. Тот успокаивающе поцеловал его в висок.
- Ну, чего ты завелся? – Роберт с улыбкой смотрел на Анджея, – ты ему не папочка, а брат. Они сами взрослые люди и разберутся без тебя. - Роберт поцеловал его еще раз.
- Поздравляю, – Доминик протянул руку для пожатия вначале Роберту, а потом Анджею.
Анджей подумал немного и протянул свою в ответ. Доминик мягко пожал ее и, накрыв сверху второй рукой, спросил:
– Мир? – и улыбнулся, увидев смущенный кивок.
– Ну, как седло? Шею еще не натирает? – с ехидцей спросил Анджей.
Доминик понимающе улыбнулся:
– Нет, а после того, как стремена подтянул, чтоб во время бега по ушам не хлопали, так вообще красота, – Доминик широко улыбнулся с видом победителя.
Роберт с Мадленом непонимающе уставились на них. Мадлену было так любопытно, о каком седле идет речь…
Роберт больше не отпускал руку своего Ангела. Они вдвоем обходили гостей с приветствиями. Новость о беременности Анджея облетела всех гостей, и каждый считал своим долгом сказать паре добрые пожелания.
Сделав круг, они опять столкнулись с Теодором. В этот раз он был возле Эмиля. Увидев старшего брата, младший спрятался за спину Эмиля и оттуда спросил:
- Больше не будешь за уши таскать? – и, увидев отрицательное покачивание головой, успокоившись, вышел. – Я, между прочим, только вчера проколол ушки и они все еще болят, а ты их так жестоко дергаешь. Варвар! Вот рассказываю Эмику, как здорово иметь своего ручного альфу.
- Роберт, - Анджей поцеловал жениха и мягко отодвинул от себя, – иди к гостям, а я здесь послушаю, как младшенький хвастаться будет. Иди, это альфам лучше не слышать.
- Энжи, не гони своего жениха, я все равно ничего слушать не хочу, – Эмиль мягко улыбался, – мне папочки с его нотациями хватило. Ты помнишь, Тео, как он меня каждый день пилил, за то, что до сих пор один?
- Я не собирался хвастаться, я хотел поделиться, - смутился Теодор.
- Ну, и как там у вас? – Анджей зло прищурился, - все согласно договору - он тебе свободу, а взамен вы спите вместе?
- Мы спим не вместе, - Тео выглядел несчастным, - мы спим на одной постели. А она у него размером со школьный стадион и чтобы пожелать спокойной ночи, надо кричать друг другу. А свобода… - глаза у младшенького зло заблестели, – свобода это здорово, это классно, когда все можно. Не хочу в школу – не иду. Что хочу, то и делаю. Могу гостей в дом приглашать, есть пиццу и конфеты, сколько влезет. Я теперь на завтрак не кашу ем, а тортики, вот.
- Я тоже хочу на завтрак вместо каши тортик, – заявил Робби, вылезший из-за спины Анджея.
- Эх, вы, тортики, – Ангел прижал к груди Тео и к боку Робби. - Разве ж в этом дело? Это не свобода, а… Робби, иди, скажи милому Мадлену, что время приближается к восьми, он поймет, - после того, как Робби убежал, Анджей серьезно посмотрел в глаза младшему брату. - Как тебе живется в его доме, Тео? Все в порядке? Он чего-нибудь хочет от тебя?
- Ничего особенного, просто, чтобы я был рядом и был всем доволен. Стоит только сказать, что хочется, и все сразу появляется, прямо, как в сказке. Знаешь, я как-то сказал, что не понимаю в учебнике по тригонометрии никаких объяснений, и хотел бы посмотреть на этих остолопов, которые написали такую муру. И знаешь, кто на следующий день пришел к нам в класс на урок тригонометрии? – Тео проказливо улыбнулся, – да, именно те самые авторы учебника. Они весь урок переругивались друг с другом, так ничего путного и не вышло. А еще у меня теперь есть своя музыкальная студия, и мы с друзьями там играем сколько влезет. И больше никто не ругается, что громко кричим. И от меня он ничего не требует, наоборот, слушается меня во всем. Я скажу, сделай так, и он делает. Хочешь, докажу?
Тео взял стакан сока и подошел к Доминику. Что-то тихо сказал ему на ухо, забрал из его руки бокал с шампанским, дав ему в руку стакан сока. Доминик перехватил свободную руку омеги и благодарно поцеловал его пальцы, а потом как ни в чем не бывало, вернулся к прерванному разговору.
- Вот, видели? – глаза Тео возбужденно блестели, – вы смогли бы, например, у отца на вечеринке забрать спиртное из рук? А еще он ест из моих рук, а если погладить его по волосам, то он засыпает. Правда, классно? Прямо, как тигра дрессировать – здорово! Он такой большой и взрослый, а меня слушается, и что бы я ни сделал, не ругается, только улыбается и все. Знаете, что он сказал, когда я домой в дредах пришел? НИЧЕГО! Он посоветовал только носить зеленые линзы, мол, зеленые глаза с рыжими волосами отпаднее смотрятся. Клас-с! Папочка убил бы на пороге, а этот только похвалил за храбрость! И я теперь не только на классические танцы хожу, но и на современные, а еще на стрип-денс, – Тео довольно зажмурился.
- Стрит? – не понял Анджей, – уличные танцы, что ли?
- Нет, не стрит а стрип, ну, стриптиз танцевать… - Тео так улыбался, видно рассчитывал, что его старший брат похвалит за дерзость.
Анджей только вздохнул. Ну, что за ребенок! Он увидел боковым зрением, что в их сторону смотрит Доминик. Тот хитро улыбнулся и салютовал братьям бокалом с соком. М-да, это, конечно, спорный вопрос, кто кого дрессирует, и кто получает от этого большее удовольствие. Анджею политика Доминика в отношении младшенького была ясна, как божий день. Ну, действительно, он ему не папочка, пускай сами разбираются. Дай боги Доминику терпения и дальше
