— Ну, как тебе сказать. Ты был на грани, — хихикаю игриво и чмокаю любимого.
— Я, между прочим, с заседания сессии сбежал, — гордо поднимает подбородок. — Это, по-твоему, ничего не значит?
После того, как удалось избавиться от Емельяненко, Дима сразу же вернулся в совет. Алексеев принял его без лишних вопросов. Глава города, как оказалось, всегда нормально относился к Щукину, хоть и не кричал на каждом шагу о своей готовности оказать помощь. Просто делал, молча и спокойно. Подставлял дружеское плечо в трудную минуту. Алексеев помог Диме восстановить кандидатуру на выборах. И хоть на основные Щукин не успел, зато победил на дополнительных. «Депутата из народа» люди не забыли, поэтому охотно отдали за него свои голоса.
Но главное, Дима добился своего, каким бы тернистым ни был его путь к власти. Да и сейчас ему приходится нелегко, потому что я прочно стою на страже его совести. Ему даже пришлось перепрофилировать свой «бизнес», забыв о рейдерстве и прочих грязных схемах.
— С сессии сбежал, пф… Это значит только то, что хреновый из тебя политик, — доносится насмешливый голос Щукина-старшего.
Николай приехал из-за границы буквально на пару дней, чтобы не пропустить крещение внуков. На последнем настоял Дима, потому что «все должно быть по-человечески».
Сегодня как раз и должно состояться это долгожданное, особенно для Машеньки, событие. Крестить мы решили сразу обоих детей, потому что ничего не знаем о прошлом нашей малышки. Да и не нужно. Ее жизнь началась с нуля. С нами. В любящей семье.
— Да брось. Если очень нужно, там за меня кнопку тыкнут, будто ты сам не знаешь, — смеется муж.
Щукин-старший явно собирается съязвить что-то в ответ, но его прерывает моя мама.
— Так, готовы? Поехали! — командует бодро.
Сегодня она главная, потому что разбирается в религиозных тонкостях лучше всех нас. Именно мама выбирала храм, беседовала с батюшкой, готовила все необходимое к крещению. Мы с Димой лишь покорно соглашались, ведь сами далеки от подобного.
Вот и сейчас мы полностью доверяем ей. Дожидаемся Эльвиру, которая выглядит особенно хорошо сегодня, — и все вместе едем в храм.
Таинство проходит весьма долго, но Машенька и Коля стойко выдерживают все его этапы. На удивление, даже не капризничают. С интересом рассматривают обстановку, улыбаются и даже на окунание реагируют без криков. Более того, к моменту окончания крещения и дочь, и сын выглядят счастливыми.
Утомленные впечатлениями, по дороге домой дети засыпают прямо в автокреслах. Мы с Димой едем молча. Лишь переглядываемся время от времени. Муж кажется мне подозрительно задумчивым и немного взволнованным. При этом не произносит ни слова.
И только когда мы оказываемся во дворе и выходим из машины, Дима вдруг притягивает меня к себе и нежно целует.
— Кать? — неожиданно зовет, всматриваясь в мое лицо. — Давай обвенчаемся?
— Прессу позовем и рейтинг тебе поднимать будем? — не сдерживаюсь от издевки.
— Котенок, я же серьезно, — строго укоряет меня муж. — Нормальной свадьбы у нас не было, так хоть венчание по всем правилам проведем.
— Если ты сейчас собираешься сделать мне запоздалое предложение, то звучит оно странно, — усмехаюсь я.
Дима гипнотизирует меня взглядом, а потом вдруг улыбается загадочно. Словно по волшебству, в его руках появляется бархатная коробочка. Я задерживаю дыхание и закусываю губу, стараясь не слишком демонстрировать свое ликование. Пусть Дима понервничает немного.
— Котенок, я люблю тебя. Будь моей, — заявляет серьезно, надевая на мой пальчик кольцо.
«Моей» — и точка. В этом весь Дима. Мужчина, не терпящий полумер. Все или ничего.
— Я и так твоя, Ди-им, — сдаюсь я, а сама тону в его медовом взгляде. — Люблю.
Обвиваю руками его шею, прижимаюсь к родному мужчине и замираю, потому что не хочу отпускать. Никогда.
Эпилог
Год спустя
Дмитрий
— Смотри, Дима, мои подчиненные подобрали для тебя несколько вариантов. С учетом всех «вводных», которые ты дал…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Загорский, мой хороший друг и по совместительству владелец сети туристический компаний, укладывает передо мной целую гору папок. Покосившись на них, я свожу брови, а сам импульсивно отодвигаюсь от стола. Я будто не отдых за границей планирую, а в армию собираюсь.
Я ведь всего лишь хотел сделать моим котятам сюрприз — и организовать поездку в Таиланд на Новый год. Коля подрос, так что пора бы нам с семьей выбраться куда-нибудь, провести время вместе. Не хочу, чтобы Катя постоянно сидела в четырех стенах. Она заслуживает большего. Да и детишкам смена обстановки не помешает.
— Стас, давай лучший, я все равно в этом не понимаю, — отодвигаю от себя возведенную им «гору». — Главное, чтобы малышам было чем заняться и жена не скучала.
Загорский кивает, сам перебирает папки и, наконец, протягивает мне одну из них.
— Тогда больше подойдет этот вариант, — чеканит без сомнений.
Листаю ее поспешно, для видимости, потому что доверяю Стасу. Мы знакомы с ним с детства. И всегда он был дотошным, грамотным и внимательным. Поэтому я к нему и обратился.
— Спасибо, Стас, — пожимаю другу руку. — Слушай, сам ты как? Весь в работе? О детях не задумываешься?
Взгляд друга темнеет, а лицо становится мрачнее. Не понимаю, в чем причина такой резкой смены настроения.
— Кхм, нет, — откашливается Стас. — Нас с женой все и так устраивает.
— Под «женой» ты подразумеваешь Милану или карьеру свою? — усмехаюсь с сарказмом. — Ну, дело ваше, семейное, — пожимаю плечами. — Благодарю еще раз.
— Обращайся, Дима, — одаривает меня скупой улыбкой.
Стас жадный на эмоции. Человек-машина, у которого все всегда просчитано наперед. В противном случае он бы и не добился таких высот.
Покидаю кабинет Загорского и быстро шагаю к выходу. Почти преодолеваю коридор, как слышу детский смех и испуганное шиканье. Дети кого-то из сотрудников? Здесь, в компании? Прямо на рабочем месте? Насколько я знаю, Стас не одобряет подобное.
Не в силах побороть любопытство, иду на звук. Распахиваю дверь — и на меня буквально налетают радостные мальчик и девочка. Обоим года два на вид. Столкнувшись со мной, шустро отскакивают, будто мячики.
Следом ко мне подбегает рыжеволосая девушка, по всей видимости, их мать.
— Хм? — вопросительно сканирую ее взглядом.
Она вытягивается по струнке и задвигает детей за себя, будто спрятать их пытается, но они выглядывают с интересом.
— Оставить детей не с кем было, — спешит оправдаться «нарушительница порядка». — С минуты на минуту подруга подъедет и заберет их. Не говорите Станиславу Сергеевичу, пожалуйста. Он меня уволит сразу, — хныкает рыжая.
Окидываю ее долгим взглядом. Дрожит вся, зеленые глаза округляет и сжимает губы. Вот же Стас! Тиранище, всех сотрудников запугал!
— У меня нет привычки лезть в чужие дела, — подмигиваю малым, а их мама заметно расслабляется. — Но вам осторожнее следует быть, если дорожите должностью, — обращаюсь к ней.
Она лихорадочно кивает и улыбается мне, благодарная за то, что я согласился сохранить ее двойную тайну. В последний раз окидываю взглядом ее детей. Малышка рыжая и зеленоглазая, похожая на мать. Мальчик совсем другой: черноволосый, с карими глазами, чуть прищуренными, и не по возрасту серьезным личиком. Ловлю себя на мысли, что он очень напоминает мне Стаса. Да и рыжая девчушка, когда наклоняет голову набор и изучает меня внимательно, чем-то смахивает на него.
Отмахиваюсь от идиотских подозрений. Стас верный до одури, всегда таким был, не чета мне. Меня остепенить только Катя смогла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Быстро покидаю кабинет, плотно закрывая за собой дверь, чтобы не подставлять непутевую сотрудницу. Загорский точно выбросит ее из компании, если узнает, чайлдфри долбаный.
*История Стаса Загорского уже на сайте: «Двойня для босса» (ссылка в аннотации).
***
Спешу домой. Стоит мне переступить порог, как слышу детский смех и топот маленьких ножек. Катя с малышами внизу, в гостиной, которая за это время превратилась в игровую комнату. Впрочем, как и весь дом.
