Читаем без скачивания Бремя императора: Тропой мастеров - Иар Эльтеррус

Лек до обеда ходил с открытым ртом, пытаясь как‑то привыкнуть к увиденному, но никак не получалось, слишком все вокруг было необычным. В самом замке тоже встречалось немало странного. В нем вообще не было дверей, каждая дверь являлась телепортом, переносящим человека, куда ему заблагорассудится в пределах ближайших двадцати верст. Благо, хоть окна остались обычными. Людей здесь юноша почти не видел, только редких слуг. Да еще периодически появлялись незнакомые мастера‑наставники со своими учениками, проводя короткие тренировки. С Леком ни один из них общаться не пожелал. Он, впрочем, и не настаивал, понимая, что попал в место, где сокрыты основные тайны элианской империи. Горца поселили в одной из башен – внутрь шара, а тем более призмы, доступа ему не было.

Однако вечером он забыл обо всем. В комнату внезапно вошла она. Единственная и неповторимая, без которой и жить‑то незачем. Лек рванулся навстречу, подхватил Элиа на руки и принялся покрывать любимое лицо поцелуями. Девушка со смехом сопротивлялась, колотя кулачками по мускулистой груди молодого воина, да только бесполезно. Он не обращал внимания, продолжая целовать ее. Она отвечала. А потом пришла ночь, волшебная ночь, когда сбываются мечты. И именно этой ночью они окончательно поняли, что вместе навсегда.

Утром девушка ушла, сказав, что должна помочь императору разобраться со святошами. Лек страшно жалел, что она не может остаться с ним в замке, но понимал, что иначе нельзя.

Долго пребывать в восторженном состоянии горцу не дали. Вскоре появились два эльдара, взяли его за шкирку и утащили на тренировочную площадку неподалеку, принявшись, как они сказали, выбивать дурь из дурака. Бр‑р‑р. Так Лека не гоняли еще никогда, к полудню он свалился в полубессознательном состоянии, не будучи в силах пошевелить ни ногой, ни рукой. Увы, отдохнуть ему не дали, пришел маг‑целитель, немного поколдовал над стонущим горцем, и тренировка продолжилась. День шел за днем, сливаясь в какую‑то черную полосу. Если бы не специальные виды медитации, снимающие усталость, он бы давно умер от перенапряжения. Помимо того, были еще и уроки по магии, политике, экономике, сыскному делу и всему прочему. Юноша не раз думал, что сходит с ума, и проклинал день своего появления на свет. На чудеса Замка Воинов он давно не обращал внимания.

Понемногу Лек втянулся в режим безумных тренировок, ощущая, что прогрессирует, как никогда раньше. Так все и шло, пока не случилось нечто невероятное. Однажды днем тренирующие горца эльдары внезапно переглянулись и исчезли, не сказав ни слова. Юноша растерянно посмотрел на туманное облачко, в котором они скрылись, и пожал плечами. Странные люди. Он хотел было продолжить тренировку самостоятельно, но в этот момент с чистого неба сорвалась черная молния и ударила Лека прямо в лицо. Тело пронзило ледяным холодом, глаза, казалось, широко распахнулись и увидели весь мир. Наверное, похожие ощущения мог бы испытать внезапно прозревший слепец.

Мечи в ножнах за спиной забились и закричали, требуя, чтобы носитель обнажил их. Горец послушался и изумленно замер, увидев абсолютно черные лезвия, от которых несло мертвенной, пугающей силой. Только в этот момент он понял, почему император с кузнецом назвали его картаги черными. Молнии продолжали срываться с неба и лупить то в мечи, то в Лека. Он пытался прятаться, убегать, звать на помощь. Никто не пришел. Казалось, весь мир сошел с ума, казалось, он трясется, казалось, в него нисходит древняя и могучая сила. Когда все закончилось, юноша рухнул, где стоял, и долго лежал неподвижно, пытаясь осознать, что с ним произошло. Откуда‑то возникла уверенность, что только что он заглянул за край Бездны. И эта Бездна открыла свои слепые глаза и внимательно всмотрелась в смельчака, изменив тем самым его судьбу.

Лек так и просидел в парке до самого вечера, продолжая тупо смотреть на черные лезвия своих картагов, от которых, к тому же, тянуло ледяным холодом. Там его и нашел император, объяснивший, что случилось. Когда юноша услышал, что творилось в Тарсидаре, то поначалу просто не поверил. Однако император был убедителен, и в конце концов горец все‑таки осознал, что он – избранник Тьмы, живое воплощение которой с этого дня находится в его ножнах. Так же как Санти стал избранником Света, Храт – Ярости, Энет – Мудрости, а Тинувиэль – Жизни. Что все вместе они составляют легендарную Пятерку высших магов мира. Трудно было поверить в это, да почти невозможно, но, видимо, его величество знал, о чем говорил. Лек так и не смог смириться со своим новым положением до конца, продолжал сомневаться. Однако ощущал в самом себе кого‑то чужого, отстраненно и холодно взирающего из глубины его сознания на мир вокруг. Откровенно говоря, это пугало, хоть он и старался не показывать своего страха.

Со следующего дня начался ад. Под вечер прибыли шесть мастеров двумечного боя из разных школ и принялись за горца всерьез. О страхах, размышлениях и тому подобной чуши Лек забыл надолго, счастье было, если выпадало в день поспать пару часов, все остальное время его дрессировали, да так, что все прежнее показалось отдыхом…

Оборвав воспоминания, юноша лениво потянулся. Интересно все‑таки, что за особый день сегодня? Пока ничего необычного не произошло. Разве что еще не погнали пинками на тренировочную площадку, как обычно. Очень хотелось хоть немного отдохнуть, поспать вдоволь, Лек давно забыл, когда спал больше трех часов подряд. Он подошел к окну и не заметил появившегося позади императора.

– Что смотришь? – едва не заставил подпрыгнуть знакомый сочный баритон.

– Твое величество! – резко обернулся Лек. – Напугал…

– Тебя напугаешь. Ладно, идем. Сюда уже не вернешься, собери вещи.

– А куда мы? – не сдержал любопытства горец.

– Да так, в одно место, – хмыкнул Маран. – На черный полигон, ты там уже бывал однажды. Твои четыре обалдуя сегодня испытание на младшего мастера проходят, наставнику надо присутствовать обязательно.

– Что?! Испытание?! Они?! Но…

– Не нервничай, – отмахнулся император. – Их все это время дрессировали не хуже тебя, давно готовы. А потом отправитесь с посольством в Оркограр. Храт послом назначен.

– Храт? – Растерянный нежданным известием Лек потряс головой.

– Он самый. Беда у нас, парень. Война. Большая война предстоит. С Карвеном, Нартагалем и Даркасадаром. Необходимо точно знать, чего ожидать от орков. Может, помогут. Твой ученик, по крайней мере, утверждает, что да.

– Война, значит… – задумчиво повторил горец. – Вот гадство‑то! Понял, твое величество. Сделаем все, что прикажешь.

Затем принялся быстро закидывать в котомку свои скудные пожитки. Пока он собирался, император кратко посвятил юношу в суть дела. Тот внимательно слушал, пытаясь понять. Почему Маран решил действовать именно таким образом? Странно, если разобраться. Сам Лек поступил бы на его месте по‑другому. Впрочем, у его величества есть опыт, которого явно не хватает молодому горцу. Еще приятно было, что вскоре он увидит своих учеников, по которым страшно соскучился. Закончив собираться, Лек вздохнул и шагнул следом за императором в туманное облачко.

Санти, Энет, Храт и Тинувиэль нетерпеливо переминались с ноги на ногу у входа на знаменитый черный полигон неподалеку от Элиандара. Утром за ними зашел Кертал в компании с кем‑то из эльдаров, приказал ничего не есть, только выпить ларта, и забрал с собой. До того телепортироваться никому из четверых приятелей не приходилось, поэтому они входили в туманное облачко с некоторой опаской. Однако ничего страшного не случилось, друзья оказались у входа в гигантское, похожее на пирамиду здание из отполированного до блеска черного камня. О нем хоть раз, да слышал любой ученик горных мастеров. Именно отсюда вошедший выходит младшим мастером или не выходит вовсе. Смерти ни один из побратимов не боялся, просто не верил, что с ним может случиться что‑то плохое. Не зря ведь их так дрессировали?

Внезапно неподалеку сгустилось еще одно туманное облачко, из которого вышел император. За ним следовал кто‑то высокий, худой, носатый и очень знакомый. До боли знакомый. Санти протер глаза, приоткрыл рот и замер, уставившись на покойного Лека, который, по‑птичьи склонив голову набок, с любопытством смотрел на своих учеников. Губы горца кривились в ироничной усмешке, глаза горели озорством. Но он же умер! Это что? Привидение? Морок? Рыжий неуверенно покосился на друзей, но они точно так же замерли с вытянувшимися лицами и вытаращенными глазами.

– Лек! – первым не выдержал эльф и полез обниматься. – Ты живой!!!

– А то, – проворчал горец, похлопав всхлипывающего принца по спине. – Конечно, живой.

– И я подтверждаю, – со смешком заверил его величество. – Накормили мы вашего наставника противоядием и спрятали после похорон, а то бы и в самом деле убили. Извините уж, ребята, что вам не сказали, но нельзя было, чтобы хоть одна церковная собака правду узнала.