случайно стали тем, что обеспечивает выживание.
Уильям Оккам (ок. 1320)[353]
18 июня 1858 года в поместье Даунхаус, находившееся в полумиле от деревни Даун в графстве Кент, пришло письмо. Оно было адресовано выдающемуся натуралисту Чарлзу Дарвину (1809–1882), которому в то время было 49 лет. Имя Дарвина стало известно благодаря огромной популярности, которую завоевала его книга «Путешествие натуралиста вокруг света на корабле “Бигль”», опубликованная 19 годами ранее. Книга содержала не только рассказ о путешествии на знаменитом корабле, но и описания удивительного разнообразия растений и животных, которое обнаружил автор за время пятилетней экспедиции в южной части Атлантического, Тихого и Индийского океанов. Больше всего молодого натуралиста поразило и озадачило то, что каждый остров, на который он высаживался, составлял ареал обитания определенных видов животных и птиц. Он пишет:
Впервые внимание мое было полностью привлечено тогда, когда я сравнил многочисленные экземпляры дроздов-пересмешников… и, к своему изумлению, обнаружил, что все птицы с острова Чарлз принадлежат к одному виду (Mimus trifasciatus), все птицы с острова Альбемарль – к виду M. parvulus, а с острова Джемс и Чатам[354] (между которыми расположены два других острова, играющие роль связующих звеньев) относятся к виду M. melanotis[355].
Почему птицы, обитающие на близлежащих островах, относятся к разным видам?
У последователей креационизма[356] был готовый ответ на этот вопрос: так решил Всевышний. Однако к началу XIX века многих ученых-биологов уже не устраивали отсылки к Богу. Почти двумя столетиями ранее Ньютон сравнивал труд Творца «с работой опытного часовщика, которому приходится время от времени заглядывать вглубь Вселенной, чтобы проверить исправность работы механизма». Однако подобная кропотливая работа над каждым дроздом или зябликом на крошечных островах архипелага больше походит на навязчивую идею.
Чарлз Дарвин размышлял над загадкой происхождения видов с момента возвращения из экспедиции на «Бигле». Несмотря на то что черновик, в котором он попытался изложить свою теорию, был написан 16 лет назад, он не спешил его печатать, поскольку считал, что нужно собрать побольше фактов. По этой причине следующие 20 лет он занимался изучением червяков и разнообразной береговой живности, в частности усоногих раков, а также работал с образцами, собранными многочисленными натуралистами-любителями, к услугам которых он нередко прибегал. Эти «охотники за насекомыми» прочесывали леса, джунгли, болота, саванны и пустыни по всему миру в поисках редких экзотических экземпляров флоры и фауны, чтобы потом продавать их музеям и в частные коллекции натуралистов.
Автор письма, доставленного в поместье Даунхаус в июне 1858 года – Альфред Рассел Уоллес, – принадлежал к таким натуралистам-охотникам. Его имя было знакомо Дарвину, поскольку несколькими годами ранее Уоллес сообщал через Сэмюэля Стивенса, агента Дарвина в Лондоне, о том, что в последней партии образцов обнаружился «любопытный экземпляр подвида домашней утки, предназначавшийся специально для мистера Дарвина»[357]. Кроме того, Дарвин знал, что в 1855 году Уоллес написал научную статью (что довольно необычно для натуралиста-охотника), которая называлась «О законе, который регулировал появление новых видов»[358]. Известно, что Уоллес даже писал Дарвину, спрашивая его мнение по поводу теории, изложенной в этой статье, однако так и не получил ответа. Тем не менее статья и последующее письмо заставили Дарвина задуматься над тем, что происхождение видов интересует не только его, но и безвестного натуралиста-охотника.
Письмо, полученное Дарвином в 1858 году, отличалось от предыдущих корреспонденций тем, что в него была вложена черновая рукопись. Начав читать, Дарвин был потрясен. Текст начинался цитатой из сочинения английского экономиста Томаса Мальтуса «Опыт о законе народонаселения» 1798 года, в которой приводилась мысль о том, что темпы роста населения, как правило, превосходят темпы увеличения имеющихся ресурсов[359]. Эта идея получила продолжение у Уоллеса: «Жизнь диких животных – это борьба за существование»[360], в результате которой выживает лишь небольшое количество особей, способных воспроизводить себе подобных. В этой борьбе «те, которые умирают, очевидно, очень слабы, между тем как те, которые протягивают дольше свое существование, несомненно, самые совершенные по своему здоровью и крепости». Уоллес рассматривает примеры искусственного отбора, когда люди одомашнивали волков и кабанов, культивируя определенные качества, например способность поддаваться дрессировке или нагуливать жир. Он приходит к выводу, что «борьба за существование» также влияет на естественные внутривидовые изменения, поскольку «в ней всегда должны погибать существа самые слабые и наименее совершенные по своей организации». Этот процесс, продолжающийся уже несколько тысячелетий, привел к эволюционным изменениям и появлению новых видов, каждый из которых адаптирован к тем условиям, в которых он существует.
Итак, Уоллес решил загадку происхождения видов. Его письмо заканчивалось просьбой передать статью на суд самого выдающегося эксперта в области геологии и близкого друга Дарвина, Чарлза Лайеля, если, конечно, сам Дарвин сочтет этот текст достойным его внимания.
Легко представить себе выражение крайнего изумления, появившееся на мрачном лице Дарвина, в то время еще не обрамленном бородой, пока он листал присланную рукопись. Придя в себя, он немедленно отправил рукопись Лайелю, сопроводив ее письмом, в котором признавался:
Ваши слова о том, что меня опередят, полностью оправдались. Никогда не видел я более поразительного совпадения; если бы Уоллес имел мой рукописный очерк, законченный в 1842 г., он не мог бы составить лучшего извлечения! Даже его термины повторяются в названиях глав моей книги… Итак, вся моя оригинальность, какова бы она ни была, разлетится в прах…[361]
Далее он пишет: «Надеюсь, Вы одобрите очерк Уоллеса, так что я смогу передать ему сказанное Вами». Он также пообещал написать Уоллесу и передать его рукопись в научный журнал.
БАБОЧКИ И ЖУКИ
Альфред Рассел Уоллес родился в 1823 году в семье, где кроме него было еще восемь детей. Его мать Мэри Энн была из состоятельной семьи родом из Хартфорда. Однако отец, «живший довольно беспечно», по словам Альфреда, потерял большую часть состояния жены в неудачных коммерческих предприятиях. Лишившись достатка, семейство было вынуждено покинуть большой дом в Лондоне и переехать в более дешевое жилье в графстве Монмутшир в Уэльсе, где появился на свет Альфред.
Когда Альфреду было пять лет, материальное положение семьи улучшилось благодаря наследству, оставленному одним из родственников. Это позволило Уоллесам переехать в Хартфорд, родной город матери. Однако очередная неудачная коммерческая авантюра отца лишила семью последних средств к существованию. Единственное богатство, которое у них осталось, – подрастающие сыновья. Как только старшие братья Альфреда достигали определенного возраста, их тут же отдавали в подмастерья: одного – землемеру, другого – плотнику, а третьего – мастеру по изготовлению сундуков и чемоданов. Семья постоянно переезжала и наконец поселилась в доме, где места хватало не всем. Альфреда отправили в частную школу-пансион, где он давал уроки младшим ученикам,
