– Я думала она четвертует кого-то взглядом. Видела, как смотрела на Алиску? – подхватив под руку, начала щебетать подруга.
– Видела, и знаешь, что? – загадочно улыбнулась, что не осталось без внимания.
– Мне ее не жаль. Хоть кто-то в этом семестре заставит ее попотеть. Не все же мне отдуваться, – говорю то, что думаю.
Паншина заслужила встряски. А если она и смогла подкупить бабулю, то явно потратила неприлично большую сумму. Так ей и надо. Но лучше бы, чтобы она вообще не вышла в следующем году на учебу. Ну какой из нее специалист? Только домохозяйка хорошая. Загорская только хотела мне что-то сказать, как на нас налетела вся баскетбольная команда.
– Майская, ты освободилась? – нагло и резко спрашивает один.
– Кир, полегче, – осадив ладонью, сказал другой.
– Если вы о консультации, то да, она закончена, – старалась говорить максимально мягко, но кажется приветливая улыбка и тихий голос не всегда способствуют разрешению напряженной ситуации.
– Отлично, тогда поехали. Надоело уже все, – выдал тот, что Кир.
– Да полегче ты. Андрюха прав, спугнешь еще своим рычанием, – вмешался третий. – Арин, пожалуйста, если тебе Марк хоть сколечко дорог, поехали с нами. Ты ему нужна.
От таких простых слов, сердце забилось с утроенной силой, так и норовя пробить грудную клетку. От моментально вспыхнувшего волнения, вспотели ладошки, а спина напряглась, от пробежавшего по ней холодка. Неужели с ним что-то случилось, и тишина с его стороны вынужденная?
– Что с ним? – прохрипела бесцветным голосом, и ужаснулась его звучанию. Спешно прочистив горло, поспешила продолжить. – Не пугайте меня, скажите уже, что произошло. Вы же не просто так пришли всей командой, да и всю неделю косые взгляды. Я не слепая, прекрасно видела. Говорите же!
– Арин, да они смеются над тобой, не слушай. Что, – погладив меня по спине, Ксюша перевела взгляд на них, – решили поглумиться? Ничего не выйдет, ясно? Идите к своему капитану и доложите, фокус не удался.
– Ксюш, ты тоже поедешь, не переживай. Вы обе уже в печенках у всей команды. И угораздило же ребят, – вмешался Андрей. – Это не шутка. Просто Арина нужна сейчас более остро, чем ты, и если откажитесь, то силком потащим. Все понятно?
– Рискни. У меня сумочка тяжелая. Хочешь проверить ее в деле? – с выпадом начала Ксю, но я поспешила успокоить ее легким поглаживанием по плечу. Сейчас не время и не место для разбирательств.
Вот это парень. У такого не забалуешь. Это же он вроде тяжелый форвард? Пытаюсь вспомнить всех ребят в лицо и поименно. Стоп, Майская, о чем ты думаешь!
– Не надорвитесь, мы тяжелые. Поехали, нужна. А причину сказать не судьба? – нет, Загорская в последнее время явно стала более истеричной, чем всегда, надо будет с ней поговорить на данную тему.
– Он в больнице, – со злостью выдал еще один парнишка, явно нашего возраста. – Уже неделю.
От новости простреливает насквозь. Мышцы цепенеют. Я не могу пошевелиться.
– Что с ним? Он ведь был там, на мосту? – ужасная догадка крепко цепляется в голове и не желает уходить, а получив согласный кивок, и вовсе начинает грызть с укором.
–Поехали, – говорю ребятам, и они облегченно выдыхают.
Они хорошая команда, раз так заботятся о капитане.
– – – – – – – – – – -
По дороге в больницу корила себя. Это ведь я виновата, что парень пострадал. Не прояви в очередной раз ужасный характер, мы бы поговорили в стенах института, и он бы не оказался там, на мосту. Я ведь видела, как он бежал вслед за такси, явно запомнил номера и поехал следом.
Как мне посмотреть ему в глаза после произошедшего? И как он может желать увидеть меня? Неужели я настолько дорога ему, что не винит, или наоборот, хочет сказать, как сильно ненавидит. Ребята отказались говорить о диагнозе, отмахивались, говоря, что быстро идет на поправку.
Врачи смотрели на нашу делегацию очень недовольно, кто-то из медсестер даже пытался остановить, но ребята умело обошли женщин, говоря, что решается вопрос жизни и смерти. Пока дошли до нужной двери, потеряли трех человек, отвлекающих медицинских работников от нашей шайки.
Стоя под палатой, стушевалась. Вдруг прогонит? Ребята увидели мои сомнения, недолго думая, первыми вломились к другу с радостными приветствиями. Они стояли нерушимой стеной. За их широкими спинами меня и не было видно. Андрей стоял позади меня, видимо боясь, что могу сбежать.
– Кэп, когда на выписку?
– Надеюсь, что со дня на день. Я уже бодряк, а вы расслабились, как посмотрю. Что, Михалыч тренировки урезал, так вы решили и оставшиеся прогулять? Ладно этот, – и махнул в сторону, – тут ничего не попишешь, но вы то чего?
– А мы что? Вообще-то за подарком ездили, – задорно начал Кир. – Игорь, твой в коридоре ожидает, взглянул бы, а мы пока Марку его вручим.
– Ребят, вы явно на что-то нарываетесь, – Солнцев как всегда в своем репертуаре.
Вроде и шуткой сказал, и в тоже время нет. Но команда права, Ксюша стоит там, за дверью, ожидая меня, и им не помешал бы разговор.
– Игорь, не грузи. Просто выйди, – с тяжелым вздохом, он все же пошел на выход, и на мгновение застыл, увидев меня за широкими спинами.
«Спасибо»
Просто слово легко прочитала по губам, и кивнула.
– Ладно, и мы пойдем, – хлопнув в ладоши, продолжил все тот же весельчак.
– Не понял, а мой подарок где?
Голос Марка не спутаю ни с чьим. Такой оттенок услышала впервые, озорной мальчишка вкупе с уставшим от жизни мужчиной. Не хотелось бы услышать его еще хоть раз в жизни. Парень заслуживает счастья и легкости.
– Твой, ах, да. Вот он, – ребята протолкнули меня вперед. – Владей. Замучились доставлять. Даже чуть не пострадали.
– Арина?
Градов не верил собственным глазам. В них заискрилась радость, уверена. Даже улыбка появилась. Не дежурная, как с ребятами, а открытая, настоящая. Неужели ждал? Будет больно, если через минуту, когда за посетителями закроется дверь, скажет уходить. Глядя в светлые глаза, поняла насколько сильно скучала и тосковала. Работа и экзамены закружили,
