Она шла в толпе людей, выходящих из метро и спешащих домой; минут десять глазела на витрины, посидела у кафе «Жареная курочка по-кентуккийски», дрожа в слишком легком пальто. В половине седьмого она устало двинулась обратно домой, репетируя предстоящее представление. Когда она вошла, Мэтью слонялся в коридоре, словно нервничающая хозяйка вечера, и вид у него был такой ждущий и такой восторженный, что поощрить его оказалось нетрудно.
– Что такое? – спросила она с наигранным удивлением. – Что происходит?
Мэтью широким жестом указал на гостиную:
– Та-та-та-там!
Хелен вошла. Свечи уже догорели; один шарф лежал на стуле; посередине его было прожжено большое черное пятно. Еще сильнее пахло паленым, смешиваясь с восхитительным ароматом карри.
– Мэтью, что это?
– Торжественный ужин, – гордо сказал он. – В честь твоей новой работы.
– Ты сам готовил?
– Нет, заказал в ресторане.
– Как все красиво! Спасибо тебе большое. Какой он все-таки милый – столько всего для нее сделал. Три или четыре месяца назад она была бы безумно счастлива, она бы замучила Рейчел до смерти, в сотый раз пересказывая одно и то же во всех подробностях. А сейчас ей с трудом удавалось изображать благодарность.
– Выпей шампанского.
Мэтью вынул из ведерка бутылку – лед уже растаял, и шампанское стояло в воде – и налил ей бокал. Она выпила его в два глотка и протянула бокал за второй порцией.
Через два часа они, наконец, поужинали, и Хелен стала соображать, какое зло будет меньшим из двух – сказать, что она устала и хочет спать, несмотря на то, что Мэтью ждет награды за свои труды, или пересиливать себя и бодрствовать до тех пор, пока он сам не заснет, – и выдержать еще часа три высокопарных разговоров. Сказать честно, они умудрились провести время достаточно приятно, сплетничая о работе и размышляя о будущей карьере Хелен, но она с трудом придумывала следующую тему для беседы. Может быть, она снова должна завести разговор о Софи и воплотить в жизнь еще немного своих планов?
– Кстати, – вдруг услышала она, – у меня новости от Лео.
Сердце у Хелен ушло в пятки; ее замутило.
– В пятницу он хочет познакомиться с тобой.
– Он… что? – Она не была уверена, что расслышала верно.
– Он пригласил нас на открытие своего ресторана. Я сказал ему, что хотел бы привести тебя, и он сказал, что с радостью познакомится с тобой. Наверное, Софи тоже придет, но это нормально, разве не так? Я хочу сказать… по-моему, все успокоились, ведут себя как взрослые люди, так что, наверное, ничего страшного, если она тебя увидит.
Хелен овладела паника.
– Нет.
– Что – нет?
– Прошло еще так мало времени… Я не могу. Я еще не могу с ними знакомиться.
– Не глупи. Конечно, можешь.
– Нет, Мэтью, не могу. – Она чувствовала, что вот-вот расплачется.
– Вот что я тебе скажу. Я выясню, в какое время появится Софи. Мы придем позже. Не знаю, что ты вообразила, но она не станет выдирать тебе волосы – она не такая.
– Нет, я вообще не могу пойти. Я не могу встретиться с Лео. Не сейчас. – Слезы ручьем лились по щекам Хелен. Настоящая пытка! – И вообще я не смогу, – заявила она. – В пятницу я занята.
– Чем же?
– Я обещала Рейчел.
– Ты ведь увидишься с ней завтра. – Мэтью, конечно, не имел представления о том, что Хелен на самом деле планировала провести вечер вторника с его бывшей женой.
– Она выходит замуж, Мэтью, – сказала Хелен так, как будто бы это все объясняло. Увидев его непонимающий взгляд, она продолжила: – Я помогаю ей все устроить. Я – подружка невесты… не знаю, как это называется. В общем, я обещала.
– Так откажись! Лео мой сын, Хелен. Ты знаешь, у нас с ним все складывалось непросто. Это чудо, что он вообще пригласил меня! И что мне теперь прикажешь делать? Объявить, что у нас другие планы?
– Нет, ты иди. Только без меня. Мне очень жаль.
– Хелен, я не могу сказать Лео, что ты отказываешься с ним познакомиться.
– Не будь таким напыщенным, мать твою! Лео нисколько не хочется со мной познакомиться. Он проявил элементарную вежливость, что делает ему честь, но я еще не готова. Понятно? Все, точка. Скажи, что у меня другие планы.
– Ты ведешь себя просто смешно. Ты идешь со мной, и точка.
– Нет, не иду.
– Хелен, не глупи. Твои сотрудницы рассказали мне, что ты специально уходишь, когда приходит Лео. Я все понимаю – ты боялась, что выйдет скандал. Но теперь, поверь мне, он сам хочет с тобой познакомиться, он действительно ищет способ встретиться с тобой. Так почему ты отказываешься? Признавайся, в чем дело?
– Ни в чем. Я просто не готова. Я никуда не пойду, а заставить меня ты не можешь. Ты мне не отец, Мэтью. Ты не можешь заставить меня поступить по-своему. Я не иду, с этим кончено.
– Ты ведешь себя как девчонка.
– Нет, я веду себя как тридцатидевятилетняя женщина, которая может сама принимать решения, а вот ты ведешь себя как старик, который думает, что все должны делать то, что он скажет. А знаешь, почему? Потому что я и есть тридцатидевятилетняя женщина, а ты – старик.
Мэтью встал из-за стола:
– Я иду спать.
– Сейчас всего без десяти девять.
– Я все равно отправляюсь в постель.
– Отлично, я буду спать здесь.
– Ради бога.
Дверь спальни с шумом захлопнулась за ним.
– Ничтожество, – прокричала Хелен ему в спину, желая оставить за собой последнее слово.
Через пять минут голова Мэтью высунулась из-за двери.
– Тебе наплевать на наши с тобой отношения! – рявкнул он на нее.
– Давай, давай, скажи, что ты бросил все ради меня. Разве я тебя об этом просила?
– Да, просила! – Он повысил голос до крика. – Да, черт побери, ты просила!!!
Он снова скрылся в спальне.
– Да пошел ты! – прокричала ему вслед Хелен. Пять минут спустя он вернулся.
– Один вечер. Только один чертов вечер, чтобы помочь мне поддержать своего сына. Неужели я прошу слишком много?
– Да. Мне очень жаль, но это так, – сказала Хелен, укладываясь на диван и натягивая одеяло на голову.
Глава 26
Хелен сидела в «Музейной таверне» напротив Британского музея, как робот, помешивая соломинкой «Кровавую Мэри». Софи опаздывала. Не на десять минут, как обычно. Прошло уже полчаса. Хелен пыталась позвонить ей, но на ее мобильнике был включен автоответчик. Мэтью сейчас сидит с девочками, она не решалась позвонить прямо туда. Она вертела в руках бокал с коктейлем и поглядывала на мужчину за соседним столиком, который с любопытством косился на нее. Вот он сказал что-то своим спутникам, и все они обернулись и уставились на нее. Хелен хотелось закричать: «Я не проститутка, я просто жду подругу», но она покраснела под их пристальными взглядами и посмотрела на барную стойку, словно там что-то неожиданно привлекло ее внимание. Жаль, что у нее нет с собой журнала или книги – чтение означало, что она нормальная женщина и имеет право сидеть одна в пабе.
