Документ А/1549
11 ноября 1950 года, Калимпонг
Внимание всего мира сейчас приковано к Корее, где международные силы сопротивляются агрессии. Сходная ситуация в далеком Тибете остается незамеченной. Исходя из уверенности в том, что агрессия не будет безнаказанной, а свобода беззащитной в любой из частей мира, мы приняли на себя ответственность сообщить через Вас Организации Объединенных Наций о недавних событиях на приграничных территориях Тибета.
Как Вам известно, проблема Тибета в последнее время приняла тревожащие масштабы. И это не собственно тибетская проблема, она шире в том смысле, что речь идет о ничем не сдерживаемом стремлении Китая навязать более слабым нациям, близким к Китаю территориально, свое активное владычество. Тибетцы долгое время вели уединенную жизнь в своих горных твердынях, будучи удалены и отстранены от остального мира, за исключением разве что Его Святейшества Далай-ламы, который, будучи признанным главой Буддийской Церкви, дарует благословение и принимает почтение последователей из многих стран.
В годы, предшествовавшие 1912, между императором Китая и Его Святейшеством Далай-ламой завязались по-настоящему близкие, дружеские отношения. Эта связь возникла, по сути, на основе общей религии, и может быть точно определена в терминах отношений между духовным наставником и его последователями; тут не была замешана политика. Будучи людьми, преданными буддийским принципам, тибетцы долгое время избегали изучения военного искусства, практикуя мир и терпимость и полагаясь на то, что для обороны страны было достаточно ее географического положения и невмешательства самих тибетцев в дела других народов. Бывали периоды, когда Тибет искал, но редко получал защиту китайского императора. Тем не менее, китайцы, испытывая естественную потребность в экспансии, полностью переиначили смысл отношений дружбы и взаимозависимости, существовавших между Китаем и Тибетом как соседями. В их глазах Китай был сюзереном, а Тибет занимал положение вассала. И именно это впервые породило в Тибете оправданные опасения относительно возможности покушения Китая на независимость Тибета.
Поведение китайцев во время их [военной] экспедиции в 1910 году довершило разрыв между двумя странами. В 1911-1912 годах Тибет, руководимый Тринадцатым Далай-ламой, заявил о своей полной независимости, и тогда же Непал сходным образом отказался пребывать в китайском подданстве; и при этом Китайская революция 1911 года, сбросившая с престола последнего императора Маньчжурской династии, оборвала последние связи между Тибетом и Китаем, основанные на личной дружбе и общей вере. И теперь в вопросах собственной безопасности Тибет стал полностью зависеть от собственной изолированности, полагаясь на веру в мудрость великого Будды и, эпизодически, на поддержку британцев, находившихся в Индии. Без сомнения, при подобных обстоятельствах и британцы также могли предъявить права на сюзеренитет над Тибетом. Тибет, не препятствуя периодическому англо-китайскому влиянию, тем не менее, сохранил свое независимое существование, в подтверждение чего можно напомнить, что Тибет всегда был способен поддерживать мир и порядок как внутри страны, так и в отношениях с остальным миром. Тибет по-прежнему видит добрых соседей и друзей в народе Китая, но никогда не согласится с требованиями сюзеренитета, выдвинутыми Китаем в 1914 году.
Именно британцы убедили Тибет подписать договор, который налагал на Тибет номинальный (невмешательский) сюзеренитет Китая и по которому Китай получил разрешение держать постоянное представительство в Лхасе, хотя и со строжайшим запретом вмешательства во внутренние дела Тибета. Даже если пока оставить в стороне этот факт, то даже тот номинальный сюзеренитет Китая, который допустил Тибет, не имеет юридической силы, поскольку договор 1914 года Китаем не был подписан. Тибет поддерживал самостоятельные отношения с другими соседствующими странами, такими как Индия и Непал. Более того, несмотря на дружеские уговоры британцев во время второй мировой войны, он не пошёл на компромисс и не выставил свои войска на стороне Китая. Таким образом он утвердил и сохранял свою полную независимость. Договор 1914 года по-прежнему регулирует взаимоотношения Тибета и Индии, и Китай, не будучи его участником, может рассматриваться как отказавшийся от преимуществ, которые в ином случае он мог приобрести от этого договора. Следовательно, независимость Тибета возвратила юридический статус.
И без того слабые узы, связывавшие Тибет и Китай после революции 1911 года, стали еще менее оправданными, когда в Китае произошла следующая революция и установился полноправный коммунистический режим. При столь различных убеждениях, как те, что укрепились в Китае, в отличие от сохранявшихся в Тибете, между Китаем и Тибетом уже не могло быть ни близости, ни симпатии. Предвидя будущие сложности, тибетское правительство прервало дипломатические отношения с Китаем и в июле 1949 года выслало китайского представителя в Лхасе. С тех пор Тибет не имел даже официальных отношений с китайским правительством и народом. Тибет желал существовать в стороне от всего этого, не заражаясь микробом крайнего материализма, - но Китай был не склонен к тому, чтобы оставить Тибет в мире. С момента возникновения Китайской Народной Республики Китай постоянно изрыгал угрозы «освободить» Тибет и использовал самые хитроумные методы, чтобы подорвать авторитет тибетского правительства. Тибет понимал, что в его положении он не сможет сопротивляться Китаю. Именно поэтому Тибет согласился на переговоры с китайским правительством.
К несчастью, тибетская делегация, направлявшаяся в Китай, не смогла выехать из Индии - не по своей вине, а из-за того, что не оказалось британской визы, требовавшейся для проезда через Гонконг. После благожелательного вмешательства правительства Индии Китайская Народная Республика снизошла до позволения тибетской делегации предварительно провести переговоры с китайским послом в Индии, который прибыл в Нью-Дели только в сентябре. В то время как в Дели проходили эти переговоры, китайские войска, без предупреждения или какого-либо повода, 7 октября 1950 года перешли реку Дри-чу, всегда бывшую границей тибетской территории. Они быстро захватили одно за другим стратегически важные пункты, такие как Демар, Камто, Тунга, Цхаме, Римочеготью, Якало и Маркхам. Тибетский пограничный гарнизон в Кхаме, стоявший там отнюдь не ради агрессии, а лишь формально ради защиты, был полностью уничтожен. Войска коммунистов большими силами с пяти сторон подошли к Чамдо, столице Кхама, вскоре павшей. Осталась неизвестной судьба находившегося там министра тибетского правительства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
