А свой мужской шовинизм он может засунуть куда подальше.
Меня просто окатило волной радости, когда я увидела во дворе замка экипаж. Видимо тетушки только приехали, потому что слуги таскали какой-то багаж, которым была заставлена вся крыша и, похоже, добрая часть салона. А это вселяло надежду, что мероприятие по сбыту камешков закончилось удачно.
Я почти на ходу выскочила на каменную площадку перед ступенями. Забежав в холл, я услышала голоса тетушек, доносившиеся из гостиной, и бросилась туда.
- Белла, детка! – Маири первая увидела меня. – Я так скучала!
- Не одна ты! – Эдана принялась обнимать меня, а я не могла прийти в себя от того, как они изменились.
Обе тетушки были в модных нарядах, с красивыми прическами, благодаря которым скинули десяток лет и теперь выглядели просто сногсшибательно.
- Я так понимаю, все получилось? – с замиранием сердца спросила я. – Мы теперь обеспеченные леди?
- Вполне… - Маири подмигнула мне. – Белла, плохие времена канули в Лету! Мы привезли тебе кучу новых платьев, столько же туфелек, а чулок и нижних сорочек не счесть!
- На этом и закончим, - я радовалась вместе с ними, но не собиралась впадать в эйфорию. – Нужно найти более правильное применение этим деньгам.
- Конечно, дорогая, - вздохнула Эдана. – Мы немного расслабились, ведь так долго в нашей жизни царили лишь нужда и неизвестность будущего.
- Все правильно, - я обняла обеих тетушек. – Мы имеем право на свои женские радости.
Этим же днем, находясь в том настроении, когда хочется свернуть горы, я обошла замок с инспекцией. Бронкс следовал за мной, указывая на те нюансы, которые я либо не замечала, либо не обращала на них внимание по незнанию.
Первое, что я записала в список обязательных дел, была крыша. Она протекала во многих местах, и ее нужно было чинить в срочном порядке. Потом Бронкс напомнил мне об отхожих местах, где прогнили доски, о выпавших камнях возле оконных рам и о плесени, которая жила в каждом углу.
- Крыша выльется вам в копеечку, - слуга чувствовал себя неловко, говоря о проблемах замка. – Ее нужно не латать, а перекрывать по новой.
- Надо, значит надо, - ответила я. – Иначе мы всю осень будем жить как на улице.
Проблем было очень много, но я во что бы то не стало собиралась покончить с ними. Хотелось находиться в комфорте, тем более что жить я здесь собиралась долго и счастливо.
Но вот покоя в ближайшее время мне ожидать не стоило. К вечеру в Гэлбрейт приехал Рэналф Ларнах.
Я с изумлением наблюдала, как за ним заносят какие-то корзины, накрытые тканью.
- Могу ли я узнать, что это? – наконец поинтересовалась я, и он с гордостью сказал:
- Что толку от глупых слов и длинных признаний, которыми грешат безбородые юнцы и слабые мужчины? Настоящий муж славится делами, а не разговорами.
- Ага… Вот значит как… - я подошла к одной из корзин и приподняла ткань. – Оооо…
Она была до верха набита мясом. Вторая оказалась полной сладостей. Третья испускала аромат свежего хлеба. Четвертая была уставлена кувшинами с вином…
- Неожиданно…
- Почему вас так удивляют такие поступки? – Рэналф был явно горд собой и не стремился скрывать это.
- О вас ходят некие слухи… - мне хотелось смеяться. Мужчины, такие мужчины…
- Не стоит верить глупостям, которые выдумывают люди без мозга! – он понял, что я имею в виду. – Ни одна из моих супруг не умерла от моей руки! Хотя некоторые из них этого точно заслуживали…
Последние слова он произнес тихо, с плохо скрытым раздражением.
- Вы останетесь на ужин? – спросила я, сделав вид, что ничего не услышала.
- Нет, - он поклонился мне. – Я лишь хотел выразить вам свое почтение. А теперь мне нужно возвращаться.
Рэналф отбыл, а я расхохоталась. Нет, ну этот кавалер хотя бы заботился о материальном благополучии дамы, а не сыпал пустыми словами.
Тетушки тоже были изумлены столь щедрым жестом. Они заглядывали в корзины, охали, а потом Маири сказала:
- Милая, может, стоит согрешить с ним? По крайней мере, что бы ни случилось, ни ты, ни твое дитя не будете голодать…
Они принялись хихикать, а я скривилась. Шутницы…
Глава 48
Глава 48
Торнтон долго мчался по вересковым пустошам, по речному берегу, по лесу и не заметил, как оказался неподалеку от замка Гэлбрейт. До его ушей донеслись громкие голоса, смех и стук молотков, что заставило его остановить коня. Что происходит?
Он направил коня по тропинке, ведущей к опушке, чтобы понять, что же происходит. Похоже на строительные работы, но что могли строить на его землях?
Граф вышел из-за стены деревьев, поднял голову и его глаза стали увеличиваться в размерах. Какого черта?!
В Гэлбрейте перекрывали крышу. Не латали, не меняли самый ветхий кусок, а меняли всю проклятую крышу! Под шутки рабочих вниз летела старая черепица, гнилые стропила и остальной мусор, а Торнтон сходил с ума от ярости. Как такое возможно?! Нет, это вообще невозможно! Откуда у Арабеллы средства на рыбаков, на крышу? Колье она отдала, сокровища, найденные ею в могиле его предка остались в целости и сохранности… Или не остались? Но как эта девица могла хоть что-то вынести оттуда? Глупости… он был с ней все время, и если бы Арабелла взяла оттуда, хоть что-то, это невозможно было бы спрятать! Если бы даже она умудрилась запихнуть что-то себе в лиф, то это было бы заметно!
Граф погладил морду коня, успокаивая животное, которое непонятно из-за чего начало нервничать.
- Что случилось, Асмус? Что с тобой?
Позади раздался шорох и Торнтон резко обернулся, но ничего не увидел. Наверное, птица вылетела из своего гнезда, покачнув ветку. Но конь не переставал фыркать, перебирать копытами и коситься в сторону кустов, словно чувствовал чье-то присутствие. Граф достал меч, подошел к зарослям, но тут ему под ноги бросилась ярко-рыжая лисица с пушистым хвостом.
- Это всего лишь зверь, Асмус! – рассмеялся Торнтон, возвращая меч на место. –
