ему почему-то не хотелось.
И Агнесса рассказала. Про то, как познакомилась с Орани, как он рассказал ей о своих экспериментах и показал лабораторию. Как они спасали Эйнара, и в каком он был тогда состоянии. Как её похитил сигил, и как она от него сбежала, похитив записи. И про то, как выйдя из Источника, она наконец поняла, что такое истинное изменение. К концу истории её слушали уже все. Даже степняки, ничего не понимающие в магических делах чужестранцев, зачарованно молчали, пытаясь представить, каково это быть — зверем с разумом человека.
— Ты сможешь научить этому других? — спросила шаноэ, разбив тишину. — Вам бы, арэнаи, эта способность не помешала. Я тоже слышала о легендарных сражениях между некромагами и метаморфами в прошлом. И те метаморфы, если верить этим историям, почти всегда побеждали.
— Да, я думаю, смогу. Я поняла принцип, — задумчиво ответила Агнесса. — Не обещаю, что это будет безопасно…
— Но весело будет точно, — с кривоватой улыбкой сказал Эрик. — Я пас — уже насмотрелся на волчью рожу Эйнара.
— А я бы попробовал. Если ты научишь, конечно же.
Агнесса с удивлением взглянула на Бергеля. Ей было сложно понять этого тихого, молчаливого человека. Почему-то девушке казалось, что он будет ярым противником подобных новшеств, слишком уж часто о нём говорили как о стороннике традиций, но он раз за разом доказывал, что его взгляды весьма широки. Да и такого доверия к себе Агнесса не ожидала — ей всегда казалось, что маг смотрит на неё сверху вниз, и не учит её жизни лишь из вежливости и уважения к деду. Дескать, буду я ещё чужих детей воспитывать.
— Конечно, — несколько смущённо ответила девушка. — Это не сложно, нужно только знать, какие энергетические линии в теле сдвигать, и ещё знать особенности той формы, которую ты хочешь принять. Ну и конечно, контролировать ментальные процессы, сообразуя их с новой оболочкой.
— Действительно, какая малость, — с улыбкой, затаившейся в уголках губ, ответил Грим. — Жалко, что я не целитель, и не менталист, и плохо обучен таким фокусам.
Агнесса спохватилась.
— В первый раз мне кое в чём придётся вмешаться, но судя по тем записям, что мне пришлось почитать, вторая и последующая информация уже не требует стольких усилий, и происходит совершенно естественно, хотя, конечно, чуть тяжелее, чем мы привыкли. Расход энергии гораздо больше. Я могу всё показать, когда будет удобно.
— Я полагаю, уже в Тайрани. Мы совсем рядом с границей между Тайрани и Степями.
Глав 29. Дом
Ещё через двое суток мы достигли небольшого городка с железнодорожной станцией, а через пять дней — столицы.
Я приехала домой, но вот только радости в моем сердце не осталось. Город был со мной солидарен, встретив хмурым серым небом и пронзительным северным ветром.
— Иди за ветром, — прошептала я в небо, вспомнив о словах гадалки. Встретить бы её снова, да выспросить, как уйти от своей судьбы — от постылого брака, от семейных обязательств, от жестокости войны… Да только возможно ли это даже для меня, Повелительницы Перекрёстков, умеющей лишь разрушать чужие жизни, но не спасать от рока?
Небо не знало ответа, но ветер, ветер зашептал мне:
— Я ждал тебя. Я так ждал тебя…
Стик! Мой старый добрый друг. Я улыбнулась, посылая лишь одними губами поцелуй, а ветер в ответ игриво взметнул мои волосы, заставляя меня и вовсе расхохотаться.
— Я рад, что твоя хандра наконец прошла, — заметил Эрик, рассеяно следя за тем, как носильщик пакует мой багаж в повозку. — Но нужно не забывать об обязательствах. Рорик сейчас в Истике, ждёт нас с новостями.
Я запрыгнула в коляску, и подмигнула Эрику:
— Подождёт ещё немного. Мне нужно заехать домой, повидаться со старым другом. Завтра… или послезавтра, я так и быть, увижусь с Рориком.
Приказав кучеру ехать по нужному мне адресу, я расслабленно откинулась на сиденье, оставив изумлённого Эрика, хмурого Изенгрима, и прочую недовольную братию стоять рядом с вокзалом в окружении кучи вещей и галдящих людей.
Стик ждал меня, и это сейчас было самым важным. Почему-то именно теперь эта нелюдь стала для меня самым близким существом на свете, принимающим меня без упрёков и ограничений, такой, какая я есть.
Лишь оказавшись у самых дверей своего дома, я поняла, что ключей то у меня нет — потерялись вместе со всеми моими вещами на дорогах Алискана, а запасные я хранила у Мэйлин, которая давным-давно сбежала из Тайрани и уже мертва. М-да, оставалось только вежливо постучать в собственную дверь, надеясь, что Стик не будет играть в безмолвного и безучастного призрака, не вмешивающегося в дела живых.
Через несколько томительных секунд ожидания под дверью я услышала щёлканье замка, и повернув ручку, оказалась в тёмном, пустом холле, пахнущем затхлостью и пылью. Ещё некоторое время ушло на то, чтобы распахнуть тяжёлые шторы на окнах и впустить внутрь свет.
— Стик? — позвала я, чувствуя присутствие духа где-то рядом, но не видя его. На кухне загремело и загрохотало посудой. Готовит он, что ли? Верилось в это с трудом.
Я осторожно, почти крадучись, пробралась на кухню, готовая в любой момент использовать боевую трансформацию, чтобы защитится от незваного гостя. Но этого не понадобилось. Дверца кухонного буфета, в котором я хранила кастрюли, сковороды, а также особо стратегические запасы еды, была приоткрыта, и оттуда торчал пушистый хвост моего кота. Я привалилась к косяку дверного проёма и счастливо улыбнулась:
— Ты как сюда попал, хулиган?! Я же тебя вроде у Рорика оставляла.
Шебуршание смолкло, а через мгновение показалась и усатая морда кота, смотрящего на меня круглыми жёлтыми глазами. Уши с кисточками взволнованно дрожали, а когти то появлялись, то снова прятались в мягкие подушечки лапок. Как будто не знал — то ли ластиться, то ли сбежать, а то и вовсе попытаться напасть на меня. Я присела на корточки, стараясь не пугать его — видимо, изменение моей сущности, а точнее, появление второй звериной формы, не осталось для кота незамеченным.
— Ты чего? — ласково спросила я. — Не узнаёшь что ли? Это я, Агнесса.
Кот басовито, и кажется, чуть задумчиво мяукнул, и всё же снизошёл до меня, вперевалку подойдя и боднув тяжёлой головой в колени. Я не удержалась, и плюхнулась на пятую точку, увлекая мохнатого тяжеловеса за собой. Прижимая упирающееся животное к груди, и зарывшись носом в мягкую шерсть, я наконец почувствовала — да, я дома.
— Как же ты всё-таки здесь оказался? — пробормотала я, продолжая тискать кота,
