Наша реакция на переход была одинакова: кружилась голова, и подташнивало. Но атмосфера праздника компенсировала все неудобства.
Оставив нас блуждать по ярмарочным рядам, Лэрзен отправился в гостиницу, где договорился о встрече с Артеном. Наверное, сложно будет снять ещё один номер — в такое-то время! Но не бросать же Кларетту на улице!
Пока мы толкались у прилавков, меня обокрали. Я даже не заметила. А ведь мне казалось, что я кошелёк хорошо спрятала. Обидно! Хотя бы не золото. Но Лэрзен точно отругает. И найдёт вора.
Нагрузившись безделушками, мы, голодные и уставшие, наконец добрели до гостиницы. Лэрзен поджидал нас у входа, держа под уздцы лошадь. Он и её сюда перетащил?
— Белый магистр, что б его! — скривившись, ответил на невысказанный вопрос муж. — Так что никаких больше пространственных арок, девочки. Почти все силы по его милости угрохал! Ладно, теперь о приятном: нашей свидетельнице не придётся спать под навесом. Я тут кое-кого выселил, местечко будет. Так что, Дана, лови ключи от обеих комнат. И кошелёк заодно. Не зевай больше! До утра не жди — сама разрешила.
— Привет Артену! — улыбнувшись, я вместе с Клареттой прошла в холл. Как всегда, не постоялый двор, а гостиница классом выше, хотя и без ковров и хрусталя. Может, даже та, в которой мы жили в Эдине двенадцать лет назад.
Два дня мы развлекались по отдельности. Не знаю уж, где пропадали мальчики, но мужа я видела только под утро, когда он заваливался спать мне под бок. Судя по запаху, они с Артеном обошли все питейные заведения.
На третий день Лэрзен уделил время мне, вывел вечерком погулять.
Мы чинно прогуливались по центральной улице, когда муж внезапно напрягся, ухватил за руку и потащил прочь, в толпу. Я недоумённо замотала головой, пытаясь понять, какая опасность нам угрожает, и заметила всадника, одетого во всё белое. Люди перед ним почтительно расступались. Рассмотреть его Лэрзен не дал, рывком толкнул за угол.
— Вот ведь гадина, что ему дома не сидится-то! — в сердцах пробормотал он.
И тут непостижимым образом этот солидный мужчина оказался перед нами, возник, будто из воздуха, с лёгким золотистым свечением.
Лэрзен заслонил меня собой. Поклонился — а руки сжимаются, будто готовится к нападению.
— Как я посмотрю, тёмные потеряли страх, — усмехнулся незнакомец.
Раз — и над ладонью правой руки возник посох с кристаллом. Я смотрела на него, как завороженная.
— Это не запрещено законом, — сдерживаясь, ответил муж.
Я ощущала, как клубится магия в его руках. Значит, тот человек опасен.
Нас окружила плотная, непроницаемая воздушная пелена. Стало трудно дышать.
Молчание затягивалось.
Лэрзен мотнул головой и стиснул зубы. Невидимое мне движение — и пелена рухнула.
— Не смей залезать в мою голову, — по слогам произнёс он.
Незнакомец с посохом перевёл взгляд на меня. Боль пронзила виски.
Я против воли сделала пару шагов к нему, оказалась в его руках. От них исходило приятное тепло, а вот посоха я боялась. Предчувствие подсказывало, что в нём заключена страшная сила.
— Жена. Двенадцать лет замужем. Добровольно. Очень интересно. И не тёмная. Трое детей. Они остались…
— Не трогай мою жену! Решил развлечься — к твоим услугам!
Воздушная волна освободила меня, отбросила в сторону.
А вот Лэрзен упал на колени, хрипя, схватившись руками за горло.
Посох незнакомца был направлен на него и излучал мягкое свечение. И с каждой минутой оно становилось всё ярче. Я ничего не смыслю в магии, но в состоянии понять, что именно свечение посоха причиняет боль мужу.
Светоносный, этот человек убьёт его! Лэрзен ведь столько сил на порталы потратил… Но он сильный, почему же не сопротивляется? Или тот маг настолько силён?
Эти бессвязные мысли пронеслись в голове за миг, который потребовался для того, чтобы подскочить к волшебнику и ухватить его за руку.
Я не думала о том, что могу пострадать, я хотела спасти мужа. Вцепилась в руку зубами и сумела заставить мага выпустить из рук посох.
— Смелая у вас жена. И любит вас, так самоотверженно защищает.
Я окаменела. Стояла и не могла пошевелиться.
— Светлым разрешили издеваться над простыми людьми? Я сказал: оставь мою жену в покое.
— Вы ведь знаете, что я сильнее вас…
— Плевать! Убьёшь — так убьёшь, всё равно на роду написано сдохнуть.
Лэрзен медленно выпрямился, повёл рукой в воздухе — и удерживавшего меня незнакомца отбросило в сторону, неестественно вывернув конечности, будто у куклы.
Огненный вихрь закружился по улице. Меня он аккуратно обошёл, лишь слегка обдав жаром щёки. Представляю, каково было незнакомцу, на которого обрушилась вся мощь этого потока.
Заклинание, сдерживавшее меня, растворилось, оставив после себя лёгкое покалывание.
Не теряя времени, я рванула к мужу, спряталась за его спиной.
— Данка, беги! Что есть мочи беги!
— А ты?
Нет, я его не брошу! Я же обещала, что и в горе, и в радости…
— Не дури! О детях позаботься. Ты же знала, — послав в сторону противника голубоватый шар, который разрывал тела, Лэрзен усмехнулся, — что тёмные долго не живут. Всё, без сантиментов, брысь отсюда! Я его задержу.
Он оттолкнул меня, на мгновенье коснувшись губами моих губ. Миг — и меня отрезало от него и таинственного недоброжелателя, судя по словам мужа, кого-то из светлых, непроницаемой воздушной стеной. Я отчаянно скреблась об неё ногтями, пинала ногами, звала — бесполезно.
А за стеной убивали моего мужа….
Только сейчас я поняла, кто тот маг. Лэрзен стал бы кланяться только одному светлому — Белому магистру.
Размазывая слёзы по щекам, я побежала к гостинице, к Артену, впрочем, не особо надеясь, что он поможет. Но не могла же я бездействовать, просто сидеть там и рыдать!
Светоносный, почему я не маг, а обычное бесполезное существо?
Робкая надежда нашёптывала, что Лэрзен сильный, сможет скрыться, защитить себя.
— Тьхери, — я нервно глотнула: впервые обращаюсь к тёмной богине. Захочет ли она меня выслушать? — Я знаю, что поклоняюсь твоим врагам, но, умоляю, спаси одного из твоих сыновей!
Видимо, богиня осталась глуха к моим мольбам, потому что никак себя не проявила.
Когда я с испуганным Артеном (сказала ему, что у Лэрзена проблемы с властями, не вдаваясь в подробности) вернулись на место поединка, там никого не было. Только обожжённые магией стены.
Я заметалась, в отчаянье пытаясь найти хоть какие-то следы Лэрзена. Нет, не обезображенный труп — не знаю, что со мной стало бы, сошла бы с ума, наверное, — но обрывок одежды или что-то в этом роде. Увы! Белый магистр либо испепелил его без остатка, либо забрал с собой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
