Послушно подошла и уселась, подобрав юбку и скрестив ноги, на указанное почетное место. Ах, как хорошо… нет, было бы хорошо, если бы рядом сидела сестра. Расселись и десять старейшин, странно переглядываясь. Хватило места также и еще нескольким более молодым, но достаточно влиятельным оркам.
Первая трапеза очень важна… только главам кланов и воинам, доказавшим свое право на власть дозволено в ней участвовать. Тот старик, что сейчас уселся от меня по правую руку, назвал меня дочерью, значит… а что это значит? Меня принимают в род, а сейчас предстоит выбрать семью. Но как? Как? А я сижу и не знаю, что делать, да вдобавок, потная, грязная и усталая, как дровосек после суточной рубки.
Одна из женщин обнесла присутствующих водой для омовения в начищенном до блеска медном тазу. Ополоснув руки, покосилась на сидящих в полной тишине орков. Они невозмутимо чего-то ждали. Полог откинулся, и юная девушка в золотистой тунике вынесла на подносе лепешку. В ставшем вдруг торжественном молчании она с поклоном протянула ее мне.
Что делать?
Поняв, кажется, мои затруднения, старик мягко улыбнулся, и сказал:
- Раздели с нами хлеб, гостья, - и одобрительно кивнул, когда я отломила скромный кусок и, поделив его надвое, предложила половину ему.
Солоноватая, жесткая, она встала комом в горле и не желала проваливаться в пустой желудок. О, как я голодна… Пока я боролась за законное право сглотнуть, лепешку пустили по кругу и обстановка разительно изменилась.
Я недоуменно наблюдала, как спадают с окружающих маски спокойствия. Да, оказывается, все они, даже встречавшие нас на поляне, носили маски. На самом деле… да какие же они на самом деле? Ах, у меня, похоже, будет целая жизнь, чтоб разобраться с этим вопросом.
Живые, подвижные лица, эмоции с которых прочитываются безо всяких усилия. Но почему? Похоже, потому, что я разделила с ними хлеб, меня приняли в семью, и отныне не враг, не инородец, а родич. А перед родичами грех притворяться…
А в чью семью я попала? Наверное, этого старейшины… так опозориться, даже не спросив имя приемного родителя… ладно, потом.
В животе неожиданно заурчало, и я украдкой огляделась. Принявший меня старик разговаривал с соседом, но второй, чуть более молодой, судя по виду, орк в одеянии с серебряной вышивкой по краю ворота, приветливо улыбнулся, продемонстрировав безупречные клыки и подложил на стоящую передо мной тарелку кусок мяса.
- Отведай, дочь моего друга.
- Спасибо…
А ели здесь все руками, да. Я невесело усмехнулась. Как нас в детстве отучали от этой дурной привычки, кто бы знал… жаль, я не могу рассказать об этом нянюшке. Она бы возмутилась, узнав о сих варварских обычаях. Прикрыв глаза, я потянулась к сестре, чтоб поделиться славным наблюдением. Ощутив ее рассеянное недоумение и печаль, ободряюще прильнула к ее сознанию.
Мы вместе…
Береза
Подавив тоскливый вздох, спешилась, едва мы въехали под сень многовековых великанов. Меня буквально ошарашила концентрация магии, а сопровождающие прямо таки расцвели, когда эта сила начала ластиться к ним, как игривый котенок. Животные, на которых они ехали тут же рассыпались комками травы, влившейся в общий темно-зеленый покров. Мое перепуганное животное рванулось прочь, но судорожно стиснутые на поводе пальцы не дали ей уйти. Хотя если бы эта… лошадь, так ее, приложила некоторые усилия, то я, неспособная даже шевельнуть ногами, отправилась бы вслед за ней. И с радостью… Но одна из дриад властно перехватила у меня управление…
Поежившись, признала, что для меня здесь сумрачно и зябко. Листва шелестела, приветствуя возвратившихся домой. Кусты и ветви расступались, пропуская нас к самому сердцу Рощи. За внешней стеной было много берез и осин, молодых и старых. Они цеплялись ветвями за подол и волосы, норовили выколоть глаза. А спутницы мои скользили сквозь строй, не задевая ни одного листика. Одна ветка с силой хлестнула по лицу. Я едва успела подставить руку. Ой, больно то как. Остановившись, потрясла ладонью. Ноги отказывались ходить, хотелось сесть прямо тут и расплакаться. Когда же это кончится?
Да еще где-то в глубине души поселилось отчаяние и непривычная пустота. Сестрица, как ты там?
Пригладив волосы, вздохнула и двинулась дальше. Одна из дриад обернулась:
- Побыстрее, королева не будет долго ждать!
- Рада бы, да не могу, - буркнула я, дергая юбку, намертво защемленную ветвями какого-то куста.
Лесная дева фыркнула, что-то сказала своим подругам и подошла ко мне. Прикрыв глаза, ласково погладила ветви и что-то прошептала, сопроводив приказ волной странного волшебства. Лес успокоился, отозвав своих воинов, и принялся настороженно наблюдать. Дальше я дошла без проблем, если не считать того, что ноги болели безумно.
Внутренний круг из кряжистых сосен расступился, и мы оказались на большой поляне. Даже залитая солнечным светом, она выглядела мрачной. Посреди нее возвышался гигантский дуб - прародитель. На его корнях, горбами выступающих из земли и образующих некое подобие трона восседала она - Королева Рощи. В длинном темно-зеленом переливающемся наряде вроде платья, изящная и даже хрупкая. На голове сложная корона из волос, перевитых тонкими серебряными нитями, в темных глазах печаль. А колышущаяся вокруг нее сила… ошеломляла. Это старое, даже древнее существо… могучее и мудрое. По обе стороны от трона стоят несколько Советниц. Они тоже сильны, и способны смять любого мага из тех, которых я встречала.
- Мы приветствуем тебя в нашем доме, гостья леса, - разнесся по поляне мелодичный голос. А Мы - подлинно королевское…
- Я, Береза Дривленская, склоняюсь перед вами, владыки земли, - это единственная каноническая фраза, которую я помню. И опускаюсь на колени в почтительном, искреннем поклоне. Как волшебник перед непостижимой силой…
- Встань, дитя. Не следует принятой во Внешний круг унижаться. Мы принимаем тебя как равную. Сая[10] Риэ-нэ, - чуть повернув голову, обратилась она к одной из стоящих справа женщин, - я поручаю вам опеку над ниэ-сай[11] Березой.
Та покорно склонила голову, широкоскулое лицо скрыли распущенные волосы. У всех остальных они заплетены. Это что-то значит? Я с трудом встала, рассматривая хмурую красавицу, неохотно делающую шаг вперед.
- Ниэ-сай Береза, - обратилась ко мне королева, - тебя проводят в покои, где ты сможешь отдохнуть и привести себя в порядок.
- Моя благодарность… - и совершенно искренняя. Я еще раз поклонилась, понимая, что аудиенция окончена. Уже разворачиваясь, чтобы проследовать за угрюмой провожатой, услышала усталое, но обращенное уже не ко мне:
- Вскоре наступит время выбора…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
