Читаем без скачивания Неизвестный Лангемак. Конструктор «катюш» - Александр Глушко

В то же время, и из-за меня в том числе, вокруг академика стали собираться различные экстрасенсы, большинство из которых были обыкновенными шарлатанами. Дольше всех из них продержался Ю.В. Носков, который сам ретировался, поняв, что я его сильнее и достать меня он не может. Однако он остался вхож в дом дочери В.П. Глушко, Елены, и чуть было не женился на ней.

Вторым по времени был В.К. Канюка, с ним мы дружили семьями. Человек, который в благодарность за все, что ученый для него сделал, в трудную минуту бросил его семью, а потом, после смерти В.П. Глушко, разыграл благодетеля и чуть было не погубил Л.Д. Пёрышкову. Получилось, он вообще забыл, что на него обратили внимание только из-за меня. Будь я более спокойным, никто бы в ракетно-космической отрасли не знал бы такого человека – Валерия Константиновича Канюку. Да, он был, безусловно, талантливым человеком, но законченным авантюристом с невыносимым и сверх меры скандальным характером. Но его высокомерие не знало пределов. Иногда доходило до того, что он считал себя умнее и выше академика В.П. Глушко, давая понять, что делает великое одолжение ученому, что с ним работает.

Помимо В.К. Канюки на голову В.П. Глушко посыпались и различные неприятности, связанные с неудачами по работе. Долго не шел РД-170 для ракеты «Энергия», проваливались экспедиции в космос. То авария на старте, космонавтов спасла САС, а сказать об этом нельзя ни слова. Провал программы полета и старта женского экипажа по вине одно из космонавтов, который скрыл свою болезнь и сорвал серьезное задание, данное одному из членов его экипажа, который должен был установить новый рекорд по продолжительности полета в космос. Все это не оставалось бесследным. Начавшаяся «перестройка» внесла еще больше сумятицы. Секретность полностью отменили, и все стали болтать обо всем подряд на каждом повороте. Кроме того, разрешили говорить все что хочешь и не нести за это никакой ответственности. В результате несколькими историками от космонавтики, среди которых были Ю.В. Бирюков, которому В.П. Глушко запретил заниматься историей, и Ю.Г. Демянко, опять стало говориться о том, что А.Г. Костиков ни в чем не виноват и что все репрессии в Реактивном институте были исключительно по вине М.Н. Тухачевского, не утруждая себя даже тем, чтобы убедиться в наличии в делах хоть какого-то упоминания имени маршала. Которое, надо признать, там полностью отсутствует, что говорит о его полной непричастности к этим арестам. Это окончательно подточило здоровье академика. А тут еще выступление в Колонном зале Дома союзов, где В.П. Глушко назвал всех своими именами, и последующее объяснение в ЦК КПСС.

А 8 апреля 1988 г. он свалился с инсультом. Вопреки воле ученого, помощник академика М.И. Яремич отвез его в больницу, из которой он уже не вышел живым. Единственный медик, который хотел ему помочь и сделал все от него зависящее, – это нейрохирург А.Н. Коновалов, за что семья ему очень благодарна. В результате последующего ухода у него случается четыре приступа инсульта после первых двух, из которых он встает и начинает ходить, но врачи и добровольные помощники со стороны помогают добить ученого окончательно. За полтора месяца до смерти стартовала «Энергия» с «Бураном». В репортаже об успешном старте и посадке назвали имена всех, кроме Генерального конструктора В.П. Глушко. Это стало самой последней каплей. В результате 10 января 1989 г. в 23 часа 35 минут его сердце останавливается после двух суток комы.

В ночь на 17 января 1989 г. его кремировали в специально восстановленном для этого крематории Донского кладбища. Там же, где в январе 1938 г. были кремированы тела И.Т. Клеймёнова и Г.Э. Лангемака. А на следующий день, 17 января, состоялись похороны на Новодевичьем кладбище.

Урна с его прахом расположена таким образом, что в любой момент возможно выполнение одного из пунктов его завещания: развеять прах на Луне, Марсе или Венере.

После его смерти все его враги подняли головы и стали обвинять его во всем, в чем только можно, утверждая, что все провалы и неудачи отечественной космонавтики и ракетной техники связаны с именем академика В.П. Глушко и его личной виной в этих неудачах. Таким образом, у него отобрали все, что было им реально создано, а тот, кто посадил в 1937–1938 гг. их всех в тюрьму, А.Г. Костиков, снова объявлен народным героем. Виновником же ареста С.П. Королёва теперь считается невиновный в этом В.П. Глушко, а остальных, опять же – М.Н. Тухачевский. Хотя все документы говорят об ином развитий событий…

Достойная замена И.Т. Клеймёнову – Сергей Королёв

Главный конструктор космических кораблей, академик, дважды Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии, один из немногих, кого по праву можно назвать «человеком-легендой» XX века. Каким он был на самом деле? В России его превратили в «икону» и сдувают с этого идола любую пылинку, случайно присевшую на него «от усталости». Но ведь, как и любой другой, Сергей Павлович был прежде всего человеком со всеми достоинствами и недостатками, ему присущими… И забывать об этом – оказывать ему «медвежью услугу».

Но плевать я хотел на обузу примет,У него есть предел, у меня его нет…Поглядим, кто из нас запоет, кто заплачет…

Что его сформировало? Море, небо… Они похожи, но море исплавано вдоль и поперек, а небо?.. Или, может, гениальный и лишенный каких бы то ни было комплексов Максимилиан Волошин?

Нет, рекорды, устанавливаемые им на планёре, были не главным. Главным было стремление к непознанному… Туда, где до него еще никто не был… Любой ценой! Не считаясь ни с кем и ни с чем… Поэтому еще в самом начале

своего пути, когда впервые увидел летящий самолет, он сделал все, чтобы его взяли с собой в полет летчики из отряда гидроавиации… Достал, вынудил… «Взял на измор» (сейчас это называется упорство, тогда считалось дурным тоном). Потом он будет поступать так: «не мытьем, так катаньем», но своего он будет добиваться всегда… Всегда, кроме одного раза, но об этом позже…

Да, планеризм тогда был «в моде». Но он был новым делом… К.К. Арцеулов, С.Н. Анохин, М.К. Раценская, В.А. Степанчёнок…

Заместитель директора РНИИ по АХО С.П. Королёв. Москва, октябрь 1933 г. Фото из Архива РАН

Из Коктебеля конца 1920-х гг. вышла целая плеяда авиаконструкторов, летчиков-испытателей… Тех, на чьи плечи легло первое и самое трудное время. Время становления советской авиации, а затем ракетной техники и космонавтики… Часть тех, на ком держались авиационная и ракетно-космическая отрасли все последующие 30–40 лет…