зачем мать так с ней?! Аля бы наверняка сказала по-другому. Аля бы нашла слова. Правильные. А главное – добрые. При мысли о няне Агату передёрнуло, и она закрыла лицо руками. Как она там, интересно? Не болеет ли? Работает? И если да, то где? По старой привычке Агата тряхнула остатками былых волос. Нет! Об этом сейчас думать некогда! Надо доказать матери, что ей плевать на Данила с высокой колокольни. И надо найти парня. Срочно!!! Или хотя бы создать видимость того, что у неё есть парень.
Первые дни сентября Агата провела в поисках, пристально наблюдая за одногруппниками и разрабатывая в голове план действий. Правда, что делать и как именно это делать, понимала она плохо. Кто из однокурсников был без девушки? И кому из них эта самая девушка требовалась? Раздумывая над этими вопросами, она кусала губы, перебирала листы тетради и даже прочитала несколько статей в интернете, но дельного ничего не нашла. К самой Агате внимание давно никто не проявлял. Все слишком привыкли к забору, который она выстроила ещё в начале прошлого года. Подойти к парню первой Наумова младшая, откровенно говоря, стеснялась. Куда там, если даже Данила она осмелилась пригласить в кино только после того, как они начали встречаться? Как тогда позвать на свидание человека, который ей абсолютно до лампочки?
Но жизнь её смущение не интересовало, а проблему нужно было как-то решать, поэтому в один прекрасный день, выпавший на середину сентября, Агата сказала себе: «Была не была» и бухнулась за парту к Мише. К тому самому Мише, который увивался за ней прошлой зимой. Он весьма удивился её внезапному приходу и настороженно приподнял брови. Агата улыбнулась бывшему поклоннику приторной улыбкой и замолкла на полуслове. Из ступора её вывел его вибрирующий телефон. На экране отобразилась фотография темноволосой девушки с надписью «Зайка». Миша звонок принял, а Агата несолоно хлебавши поплелась к себе в начало ряда. Да... Время явно играло не на её стороне.
– Что хотела-то? – спросил Миша пятью минутами позже.
Агата скорчила рожу.
– Ты не помнишь, как звучит слово «лодыжка» на латинском?
Миша опять приподнял брови. Всему потоку было известно, что лучше Агаты латынь знает только преподаватель латыни.
– Ладно, поищу в интернете.
Агата махнула рукой. Миша пожал плечами. И тут её осенило. Да, она просто не там ищет. Это же элементарно! Свободного парня нужно искать в баре или в клубе. А лучше в клубе, где есть бар!
К выходу «в свет» Агата готовилась неделю. Выбрала самый большой клуб в центре города и отправилась туда с субботы на воскресенье. Даже новое платье прикупила. Ярко-красное. Без рукавов и бретелек. Обтягивающее и едва прикрывающее причинное место, но с ума сойти какое модное. «Если нету жизни личной – значит хватит быть приличной», – произнесла она, любуясь отражением в зеркале, а затем вызвала такси, чтобы доехать до парикмахерской.
Причёску и макияж она решила доверить мастеру и на все вопросы визажиста отвечала: «Ярче. Как можно ярче». Больше румян, больше вишнёво-малиновой помады. Накладные ресницы? Разумеется! И, конечно же, насыщенные, блестящие тени. Волосы, насколько позволяла длина, ей подняли и подзавили. Агата хотела выглядеть откровенно, дерзко, сексуально и вульгарно. Чем вульгарнее, тем лучше. На вульгарных женщин мужчины клюют, как рыба на червяка. Эта она отлично уяснила, наблюдая когда-то за Лерой.
Вопрос с секьюрити у клуба решился моментально. Агата положила в паспорт синюю бумажку с тремя нулями и задорно улыбнулась громиле. Тот забрал бумажку и, отдав воинское приветствие, спокойно пропустил девушку внутрь. Темнота ослепила её тут же, громкая музыка оглушила через мгновение. В зале было жарко и неуютно. Мокрые тела жались друг к другу близко-близко. От многих несло алкоголем и сигаретами.
В красном платье Агата чувствовала себя мулетой. Она ещё помнила, каково это. И отчаянно искала тореадора. Но кругом дёргались одни быки. Грубые, нахальные и тупые, как швабры.
Недолго думая, Агата залезла на барный стул. В шпильках карабкаться на такую высоту было неудобно, поэтому она едва не порвала колготки, но здешний Эверест всё же покорила. Заказала апельсиновый сок и принялась ждать. Первый бык подошёл минут через семь. Агата скептически окинула его внимательным взглядом. Самое главное – не дрыщ, а в остальном сойдёт. На мордашку вполне симпатичный. Русый и с глазами, будто сделанными из шоколада. А ещё бугай*. В смысле сразу видно: бык-производитель.
– Привет.
– Привет.
– Скучаешь?
– Не то, чтобы очень. – Агата деланно взмахнула ресницами. – Просто жду одного друга. Но он, видимо, сегодня не придёт.
– Нехорошо такую красавицу одну оставлять. Преступление…
Агата захихикала. Бугай назвался Стасом и предложил заказать ей коктейль. Из коктейлей наизусть она знала только два: «Молотова» и «Кровавую Мэри». Но чувствовала, что первый пить нельзя, а прайс смотреть не хотела, отчего и остановила свой выбор на втором.
– Не любишь водку?
– Отчего же? Очень люблю! – Агата пила маленькими глотками и изо всех сил старалась не морщиться, но рефлексы в ней были сильнее желания казаться взрослой и опытной. – Просто это какая-то странная. Разбавили её чем-то, что ли?
На самом деле водка была не странная. Водка была противная, и Агата пила её впервые. Агата вообще пила впервые.
Бугай заржал и дунул на бармена.
– Ну-ка, признавайся! Чем водку разбавил? А, хрен моржовый? – Агата снова захихикала. Бармен поспешно отвернулся к стеллажу с напитками. – Моей девушке твоя бурдомага** не нравится.
«О, девушке!» – Агата обрадовалась и расправила плечи. Такой расклад нравился ей всё больше и больше.
Потом бугай заказал ей ещё один коктейль уже на свой вкус и заговорил о себе. О, себя он любил страшно. Ему недавно исполнилось двадцать три, а он уже заместитель директора какой-то супер-пуперской компании. Агата кивала. Ей даже не пришлось врать про свой возраст. Он почему-то решил, что ей девятнадцать. Видимо, применил знания арифметики, услышав про второй курс университета, либо поддался чарам косметики. Агате редко удавалось вставить слово. Она спокойно пила и наслаждалась почти приятной беседой. Алкоголь в бокале уже не казался таким противным. В голове появился приятный туман. Она смеялась всё громче и чувствовала себя всё лучше.
А потом в её сумке запиликал телефон. Звонила мать.
– Уже почти полночь. Где
