— Хорошо, что нас только трое, четвертому пришлось бы стоять на пороге.
В. И. Векслер к этой встрече уже подготовил некоторые расчеты и оперировал цифрами. А. Л. Минц интересовался прежде всего возможностью защиты от проникающего излучения.
— В конце концов это в известной степени определит и выбор места для ускорителя, — сказал он и обратился к Векслеру: — А где вы предполагаете его разместить? Вы, вероятно, думали об этом и, может быть, уже присмотрели что-то?
— Да, конечно, — кивнул Векслер. — На этом ускорителе будут работать люди высокой квалификации. Его нельзя отрывать от Москвы. Большинство ученых, занимающихся атомными делами, связаны с Москвой. Нам предложили посмотреть площадку недалеко от университета. Там расположен совхоз с большой фермой индюшек, но его предполагалось переместить в другой район. Когда мы проходили мимо сетчатых заграждений, индюки подняли невероятный гвалт.
Минц засмеялся и сказал:
— Видимо, протестуют. Да и я считаю, что эта площадка не подходит. Мне кажется, что место для строительства должно отвечать следующим двум основным условиям. Оно должно быть изолированным, а здесь проходят две дороги и одна из них чрезвычайно загружена. Опасность облучения хотя и невелика, но все же существует.
Векслер покачал отрицательно головой и, перебивая Минца, стал доказывать, что никакой опасности облучения нет.
— Можно создать такую защиту, что за кольцо ускорителя не выскочит ни одна частица, — убеждал он Александра Львовича. А тот настаивал на своем:
— Помимо надежной защиты и исключения всяких случайностей, вторым определяющим условием при выборе места строительства должно быть наличие надежного источника энергии. Необходимо иметь бесперебойно действующую электростанцию, вырабатывающую энергию с постоянными параметрами. В окрестностях Москвы мы такого источника энергии не найдем. Его надо искать дальше.
Векслер тоже упорствовал:
— На канале Москва — Волга есть электростанция достаточной для нас мощности, мы могли бы к ней подключиться.
Вскоре мы поехали осматривать названную Векслером электростанцию.
— Вот рядом с ней можно было бы соорудить и ускоритель, — сказал Владимир Иосифович. — Площадка вполне достаточная по размерам, район тихий, ни дорог, ни больших населенных пунктов поблизости нет. Все ваши условия соблюдены, — и Векслер с улыбкой посмотрел на Минца.
Александр Львович, видимо, не разделял мнения Векслера. Это явствовало из его вопроса:
— А какой мощности электростанция нужна будет для вашего ускорителя, Владимир Иосифович?
Векслер назвал величину.
— А мощность этой электростанции какова?
— Ее вполне хватит. Она почти на тысячу киловатт больше.
— Тысяча киловатт это не такой уже большой резерв, и если согласиться с таким предложением, тогда мы полностью ограничим возможности дальнейшего развития института, который вырастет на базе этого ускорителя. Одним словом, я считаю необходимым посмотреть другие площадки.
Векслер, видимо, внутренне согласился с Минцем и не стал возражать.
На этом закончился наш первый день поисков. Уже несколько позже они были продолжены Д. И. Блохинцевым, и место сооружения ускорителя было определено примерно в ста тридцати километрах от Москвы при впадении реки Дубны в Волгу.
На выбранной площадке находилась небольшая деревенька. Место удовлетворяло всем требованиям. Но две реки создавали большие трудности для строителей, потому что грунтовые воды были близко и возникала необходимость проведения больших дренажных работ.
Следует напомнить, что проектирование и строительство самого мощного в мире ускорителя происходило в стране, только что закончившей кровопролитную войну, в стране, которая должна была возрождать районы, опустошенные во время военных действий, восстанавливать промышленность, научные учреждения.
И вот в это тяжелое время Советский Союз приступал к строительству самого мощного в мире ускорителя. Курчатов прекрасно понимал, что для дальнейшего развития ядерной физики необходимо создать солидную экспериментальную базу — без нее прогресс физической науки остановился бы. И, несмотря на то что для решения конкретной задачи по созданию ядерного оружия ускоритель не требовался, Курчатов все же настоял, чтобы создание ускорителя было включено в план первоочередных работ. Будущее показало, что он был прав.
Возведение этого сооружения вооружило советских физиков могучим средством экспериментирования и сразу же вывело их исследовательские работы на передний край науки. Энергия разгоняемых в нем ядерных частиц достигала 700 миллионов электрон-вольт.
Вскоре после введения в действие этого ускорителя началось проектирование, а затем и сооружение еще более мощного — на энергию разгоняемых частиц в 10 миллиардов электрон-вольт. При этом возникало много сложнейших вопросов, решение которых очень часто трудно было найти. Курчатов лично вмешивался, когда создавались такие ситуации. Длительное время не находилось разумного решения одной из проблем, связанных с будущей работой на ускорителе. Все, что предлагалось, было очень сложным и затрудняло бы проведение экспериментальных работ. На одном из совещаний, когда обсуждался этот вопрос, один из участников предложил привлечь к работам двух крупных специалистов. Один из них великолепно знал одну часть проблемы, второй — другую. Но было хорошо известно также, что они настолько враждуют друг с другом, что их совместная работа невозможна. Раздавались голоса:
— Да они совершенно некоммуникабельны! Это же абсолютно несовместимые люди!
— И думать нечего. Это же все равно, что пытаться протон и антипротон удержать вместе. Кроме вспышки с выделением огромного количества брани, ничего не получится, — сказал один из присутствовавших.
— А может быть, все-таки попытаться? — предложил Курчатов. — Аналогии с протоном и антипротоном здесь не подходят — ведь они все-таки советские люди.
После совещания Игорь Васильевич подошел ко мне и сказал:
— Давайте поступим так: одного пригласите вы, а другого — я. Я с ним приду к вам, когда у вас уже будет находиться первый.
Игорь Васильевич озорно улыбнулся.
«Что он задумал?» — начал было я ломать голову.
Но он раскрыл свой замысел сам.
— Я сведу их вместе у вас, будто бы они встретились невзначай, и поговорю с ними обоими сразу. Если бы я или вы пригласили их вместе, они могли бы и не прийти. А тут деваться им некуда будет. Нужна небольшая хитрость, — как бы оправдываясь в чем-то, с грустью проговорил Игорь Васильевич, и огоньки в его глазах потухли. — Давайте пригласим их на завтра в одиннадцать ноль-ноль. Если это время для них будет неприемлемым, тогда созвонимся и договоримся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
