нею, наследницей, владелицей обширного поместья, так обошлись: сбросили в реку, как какую-то бедную фермерскую девушку, которая поссорилась со своим жестоким возлюбленным! Это нелепо!
Однако именно эта версия начинает в сознании многих приобретать черты правдоподобия, по мере того как все новые факты обнаруживаются магистратом, ведущим расследование за пределами дома. Многие собравшиеся передают друг другу странные новости. Их источник – Кларисса, камеристка мисс Линтон. Женщина сообщает, что находилась в парке, когда заканчивался бал, и слышала гневные резкие голоса. Доносились они с направления летнего домика, и она узнала голоса мадмуазель и le Capitaine – они имеет в виду капитана Райкрофта.
Свидетельство поразительное; если сопоставить его с найденным кольцом; это косвенное доказательство уже возникшего подозрения.
Femme de chambre не лжет. Она была в тот час в парке и слышала голоса, о которых рассказывает. Француженка спустилась к причалу, надеясь перекинуться словечком с красивым лодочником; возвращалась она неохотно, видя, что он сидит в лодке.
Однако причину, по которой она там оказалась, она не указывает, а называет совсем другую. Ей просто захотелось взглянуть на иллюминацию, на все еще горящие лампы и транспаранты. Это вполне естественное желание. На вопрос, почему она ничего не сказала об этом накануне, она отвечает уклончиво. Во-первых, она считала, что об этом нельзя говорить; во-вторых, ей не хотелось, чтобы узнали, что ее хозяйка может так себя вести – ссориться с джентльменом.
В свете этих показаний больше уже никто не думает, что мисс Винн ограблена; хотя опасаются, что участь ее еще печальней. Почему прозвучали гневные слова? И чем кончилась ссора?
Теперь у всех на устах имя Райкрофта; его произносят не шепотом, а вслух и громко. Почему его нет здесь?
Отсутствие его кажется странным, необъяснимым в подобных обстоятельствах. Особенно членам совета, которым рассказали и о находке и о том, что кольцо подарил капитан. Он не может не знать о том, что происходит в Ллангоррене. Правда, гостиница, в которой он остановился, расположена в пяти милях; но новость давно уже известна и там, и все только о ней и говорят.
– Я думаю, нам стоит послать за ним, – замечает сэр Джордж Шенстон, обращаясь к остальным членам жюри. – Что скажете, джентльмены?
– Конечно, – был единодушный ответ.
– За лодочником тоже? – спрашивает один из членов жюри. – Похоже, капитан Райкрофт прибыл на бал в лодке. Кто-нибудь знает его лодочника?
– Парень по имени Уингейт, – отвечает молодой Шенстон. – Он живет у дороги, выше по реке, у самой переправы Рага.
– Его нужно позвать, – решает сэр Джордж. – Отправляетесь! – приказывает он одному из полицейских, который торопливо уходит. Почти сразу он возвращается и докладывает, что среди собравшихся Джека Уингейта нет.
– Это очень странно! – замечает один из магистратов. – Оба должны были бы тут оказаться. Придется им прийти недобровольно.
– О! – восклицает сэр Джордж. – Они явятся добровольно, не сомневайтесь. Пусть полицейский отправляется за Уингейтом. А что касается капитана Райкрофта, мне кажется, джентльмены, было бы вежливее пригласить его по-другому. Может, мне написать ему записку, с приглашением и объяснениями?
– Так будет лучше, – соглашаются они.
Записка готова, конюх скачет с ней в город; тем временем полицейский пешком идет в дом вдовы Уингейт.
Ничего нового не происходит. Но когда они возвращаются – оба одновременно, – всех охватывает возбуждение. Ибо оба возвращаются одни: конюх сообщает, что капитан Райкрофт в гостинице больше не проживает, он уехал накануне утренним поездом в Лондон!
Полисмен рассказывает, что Джек Уингейт исчез в тот же день и примерно в тот же час; но не поездом в Лондон, а уплыл на лодке вниз по реке в Бристольский канал!
Менее чем через час офицер полиции отправляется в Чепстоу и еще дальше, если понадобится; а детектив в сопровождении одного из джентльменов поездом уезжает в столицу.
Глава сорок первая
Булонь
Майор Магон – военный бесшабашного ирландского типа, он всегда готов составить общество, выпить вина в офицерской гостиной или виски с водой под пологом палатки. Он храбро проявил себя на войне, о чем свидетельствует множество шрамов от сабель мятежных всадников и пустой рукав, свисающий на боку. По этому же признаку можно понять, что он больше не служит в армии. Действительно, он ушел в отставку по инвалидности сразу после окончания индийского мятежа; как раз при взятии Лукнова он потерял руку.
Он не богат; в этом одна из причин его пребывания в Булони: очень подходящий город для людей с небольшими средствами. Здесь он арендует дом, в котором живет уже почти двенадцать месяцев, – небольшой меблированный коттедж. Но для него все равно дом великоват; ибо майор, которому уже почти сорок лет, никогда не был женат; если он когда-нибудь и задумывался об этом, то не доводил до конца свои намерения. Холостяку во французском приморском городке его годового дохода вполне достаточно; он живет гораздо лучше, чем жил бы на такие же деньги в Англии.
Но экономия не единственная причина его жизни в Булони. Есть еще одна, гораздо более достойная. У майора есть сестра, намного его моложе; здесь она получает образование – это его единственная сестра, к которой он очень привязан. Он хочет жить поближе к ней.
Однако видится он с ней только в назначенное время и не часто. Ее школа находится в монастыре, и она живет там в пансионе.
Все это сообщается капитану Райкрофту в первый же день его приезда в Булонь. Но не утром. Утро прошло в прогулке по улицам городка и вдоль jetee[129], а также в посещении «кружка», членом которого является майор и в котором его старый товарищ представлен, как «добрый малый, какой когда-либо скрещивал ноги под столом красного дерева».
И только гораздо позже, после спокойного обеда в доме майора, во время прогулки по Haute Ville[130], эти сведения становятся известными капитану; майор говорит с откровенностью подлинного ирландца.
Райкрофт, тоже ирландец по рождению, гораздо сдержаннее. Уроженец Дублина, он потомок саксов и унаследовал их скрытность; и майору не удается вытянуть у него причины прерванной поездки в Париж. Однако он продолжает стараться,
