у которого мы нашли нашу Косеану.
Саав опешил, — А зачем тебе этот язык?
— Прости меня, но больше скрывать я это не могу. Я долгое время считала, что этот народец так же, как и Косеану, похитил и нашего сына. Поэтому втайне от тебя я выучила этот язык. — Губы Тааны задрожали, и она была готова расплакаться.
— Милая, но это же нелогично искать его там. Мы же не раз обсуждали это. — Саав крепко прижал её к себе.
— Не смей меня упрекать в нелогичности. Я мать, и мне плевать на твою логичность.
— Простите, что мы отвлекаем вас, мне очень неловко, но раз мы знаем, что они говорят, может, попробуем что-нибудь сказать им в ответ. Простите меня ещё раз, профессор. — Гриндаал был очень смущён.
— Да-да, — Таана быстро вытерла лицо от набежавших слёз, снова подошла вплотную к двери и начала говорить. После первых же её слов, крики из-за деревьев тотчас прекратились на несколько мгновений, потом снова продолжились, хотя уже с меньшей частотой.
Таана снова выглянула и что-то выкрикнула. В ответ ей уже ответил один голос, выдавший некоторую продолжительную по времени речь.
— Ну что там? Что они говорят? — Саав тронул за плечо жену.
— Они говорят, что мы можем выйти, и они нас не тронут. Но для этого мы должны выйти без оружия.
— Это обман, ловушка. Они заманивают нас, — раздалось со всех сторон.
Саав посмотрел на Таану. — Ты им веришь?
Таана пожала плечами. — Ты же знаешь, как я к ним отношусь. Но этому голосу я верю. Не знаю отчего, но верю.
— Я не пущу тебя туда, — глаза Саава заблестели решительностью.
— Ну вот, теперь ты меня не пускаешь, как я тебя совсем недавно, — усмехнулась Таана. — А как ты с ними будешь общаться?
— Тогда мы все выйдем, — загалдели со всех сторон.
— Нет, это не вариант, — покачала головой Таана. — Такой большой группой мы просто испугаем их. Выйду я и Саав, который меня точно не отпустит. И выйдет также Гриндаал.
Она повернулась к помощнику профессора. — Ты же обещал мне сберечь моего мужа. Вот и держи теперь слово.
Гриндаал прижал руку к груди. — Можешь не сомневаться Таана. Я вас одних никуда не отпущу.
— Ну что, тогда мы выходим. — Таана осторожно толкнула дверь вперёд.
Сутками ранее.
— Озар, Озар! — В землянку главы племени ворвался Третьяк.
— Ну чего кричишь, как заполошенный? И чего не постучался? Время, что ли, не чувствуешь? Детей никак не можем уложить, а тут ты. — Озар строго взглянул на соплеменника.
— Ой, прости, — зажал руками рот. — Выходи срочно на улицу, у нас тут такое! Конец нам всем скоро!
— Чего ты несёшь? Вечно у тебя паника какая-то. Сейчас выйду. — Озар взял полушубок и накинул его на плечи.
Лепава также поднялась. — Озар, я с тобой.
Озар положил ей руку на плечо и мягко усадил жену на постель. — Не надо. Не думаю, что там что-то серьёзное. Третьяк опять что-то себе вообразил. Ты лучше детей уложи.
Озар вышел на улицу. Возле большого костра уже собиралась большая толпа, что-то шумно между собой обсуждая. Озар нахмурился, плотнее запахнул полушубок и решительно направился к ним. — Ну, что тут ещё произошло, отчего вы все галдите здесь как перепуганные сороки?
— Так я и говорю тебе, Озар, что скоро нам всем здесь конец придёт, — вытаращил на него безумные глаза Третьяк.
Озар поморщился. — Может мне кто-нибудь объяснить, что происходит? Только не устами Третьяка.
Третьяк обиженно надул губы и резко замолчал.
— Озар, тут такое дело, — начал один из мужичков. — Это с меня всё дело пошло. Я с утра взял обоих своих малых сыновей на охоту, да ещё тройка соседских малят к нам прибилась. Довольно скоро взяли мы след зайца, и походу углубились в сторону тех дальних холмов.
Мужичок повернулся и указал рукой направление. — Хотя из-за этих проклятых болот, что за ними, мы в ту сторону почти и не ходим. Но сейчас всё подмёрзло, поэтому я и пошёл дальше. И решил я своим пострелятам немножко дать самостоятельности. Дай, думаю, проверю, а смогут ли они прочитать на снегу все эти заячьи путанки, ну и отпустил их чуть вперёд.
И тут вдруг, слышу, доносятся крики и вижу, что бегут наши малята всей гурьбой ко мне. Ну, думаю, никак волка повстречали, вот и спужались. А они до меня добегают, ртами воздух хватают, ничего вразумительного сказать не могут. Ну, немного спустя, когда все отдышались, стало понятно, что навроде как они этих зеленокожих встретили. Ну, я в недоумении от этого. И как я спрашиваю их, вы уразумели, что это зеленокожие, вы же их не видали никогда. Даже я сам только по чужим рассказам про них знаю. Да и не ходоки они в эти холодные места, как говорят. Откуда им тут взяться? А оне вон как, твердят как заведённые, зеленокожие, как есть зеленокожие, хоть ты тресни.
Ну, оставил я их вместе у саней, а сам осторожно двинулся вперёд. Дошёл я до того места, стало быть, и осмотрелся. Конечно, никого там уже не было, но были следы, благо снежок свеженький был, крепенький, и следы оттого очень чёткие. И вижу я, что действительно, есть пара чудных следов. Одни маленькие, что у наших малят, почти один в один, а вот другой дюже странный, очень непохож на человечий. Вроде как сапог сапогом, но уж больно вытянутый. Не видал я таких следов ранее. Не стал я более кружить там и выслеживать, куда там мне с оравой ребятни, вот и решил вернуть их обратно, к нам, на становище.
И что-то теперь я, Озар, засомневался. Может, и правду наши малята говорят. Да и после того, как Миролюб поговорил с ребятнёй, он тоже, навроде того, думает, что не путают они.
— Где Миролюб? — обвёл глазами толпу Озар. — Не видел его никто?
— Да здесь я здесь, — Миролюб выступил из задних рядов.
— Что скажешь, друже?
— Да, пожалуй как, не врут зайчата наши. Говорят, что прямо вплотную столкнулись. И лица говорят, у них зеленоватого цвета. Не думаю, что есть им смысл врать. Уж больно все одно и тоже твердят. Я, конечно, этих зеленокожих, почитай только мельком и видел. Я ж то с более тёплых земель буду, чем вы. Вот и чутка их застали, до того, как все бежали со своих мест. Но только не пойму, чего им делать здесь? Они и мои места только краешком зацепили. Даже не знаю, что и сказать.
— Бежать нам
