class="p1">Земля вновь вздрогнула, осаживаясь вглубь. Через пару мгновений появился и третий провал, за ним четвёртый, пятый. Чужакам резко стало не до людей, которые обрушили на них остаток разрывных шаров и разнообразные плетения. Всего появилось тысяч пять эримов. Среди них Халлек видел пару сотен начальников. Чем выше личный ранг эрима, тем больше он похож на человека. Недаром князья от людей почти не отличались. А вот и они сами. Эамон и Ситри величаво выплыли из провала. Сейчас они напоминали ему сусасских богачей — столько на них было драгоценностей. Князь нарядился в длинный тяжёлый халат из какой-то сверкающей ткани. Под отделкой и вышивкой она почти не просматривалась, но там, где была видна, сияла как самый дорогой шёлк. Ситри, настоящая женщина, предстала в свободной белой юбке до щиколоток, но с разрезами почти до пояса, схваченной широким золотых поясом, и тугой безрукавке, украшенной так же как у её мужа. Парочка владетелей обрушила на носферов настоящее пекло — жар от их плетений докатывался даже к холму, куда вернулись Халлек и Вейла. Маги вылезли из своего укрытия, Низа и Кэтлин устало уселись на хрустящую осеннюю траву. Хризопраз заинтересованно вытянул шею, чтобы видеь происходящее. Его голова оказалась рядом с Куницей, и та, не в силах справиться с собой, бочком-бочком придвинулась к ящеру. Её ладони легли на чешуйки могучей челюсти где-то под ухом.
— Тёоооплыыый, — промурлыкала она. Дракон зажмурился.
— Поплыла, — едва слышно шепнула Низа, — уехала.
Кэтлин хихикнула. Тем временем эримы давали носферам огоньку. Новых провалов не появлялось, дрожь прекратилась, и люди сами пошли во встречное наступление. Казалось, вот-вот удар с двух сторон рассечёт и сомнёт потрёпанные порядки чужаков, но…
— Глаза! — рявкнул Халлек, падая лицом вниз. Он успел увидеть, как наливается солнечным пламенем пока крошечная точка где-то в гуще боя, а потом по полю прокатилась огненная волна. Похоже, Феникс, отчаявшись добраться до того, кого считал виновником разлуки с Рийей, выпустил свои накачанные чувства на волю. Кто рядом, приютившие его чужаки или отвергнувшие его люди, он, похоже, не различал. Ударная волна пролетела над холмами и затихла.
— Эээээ… — протянула Вейла, которую отвлекли от тискания огромного тёплого ящера. — Он до сих пор здесь. Вон там, — она показала Халлеку, куда смотреть. И правда, Феникс продолжал упрямо шагать вместе с носферами. Его вспышка поразила не столь уж многих. Только среди людей хватало ослеплённых и помятых воздушным ударом, более живучие носферы вскоре поднялись почти все. Князья эримов пережили удар Феникса как ни в чём не бывало, и лишь низшие из их подчинённых то ли погибли, то ли лишились сознания. Некоторые уже вяло шевелились. Эамон — это было отчётливо видно — пришёл в ярость и воздел вверх могучие руки. Тела некоторых эримов рассыпались сухим прахом, между сжатых кулаков стал сгущаться и раскаляться воздух.
— Сейчас что-то будет, — сказал он и на всякий случай сполз по склону. Остальные последовали за ним. Но ничего, подобного выплеску ярости Феникса, не произошло. Халлек выглянул. Князь в этот миг резко раскинул руки в стороны, будто что-то разрывая. Над поле боя воцарилось раскалённое дрожащее марево. Эамон, похоже, распахнул портал в свои владения. Оттуда хлынул испепеляющий жар. Носферы, в отличие от людей, не могли поставить щиты, и сейчас один за другим рассыпались невесомым пеплом. Но на Феникса это никак не подействовало. Лишь плащ исчез, как и не бывало. Юноша внимательно посмотрел на князя, оглянулся в сторону искрящихся от нагрузки щитов, снова посмотрел на эримских владетелей и пошёл к ним, странно встряхиваясь в движении. Словно разминался. Халлеку это не понравилось. Поднявшись, он вздохнул и обнял Кэтлин.
— Пора. Чую, без меня не обойдётся. Иначе разнесут всё вдребезги.
Баронесса положила ладонь на грудь мужа.
— Ты, главное, возвращайся.
Низа дёрнулась было следом, но Халлек движением руки остановил её.
— Ты там не выживешь.
— А ты? — недоумённо спросила магесса.
— Ну у эримов я ведь выжил. И тут ничего не случится.
Жар, выпущенный на волю Эамоном, почти полностью уничтожил носферов. Их осталось едва ли несколько сотен, да и то на самом краю области, накрытой этим пеклом. Хотя они тоже успели поядком проредить нового противника. Воздух вокруг прогревался, втягиваясь вверх, уже задул влажный сквозняк со стороны моря. Феникс остановился в десятке шагов от князя. Халлек почувствовал, что прямо сейчас вмешиваться рано, и спрятался за грудой вывороченной земли. Из-за гула воздуха не было слышно, о чём они говорят, но он видел, как шевелятся губы обоих собеседников. Ситри спокойно стояла в сторонке и с лёгкой ухмылкой наблюдала, видимо, совершенно уверенная в преимуществе. Князь дёрнул правой рукой в отрицательном жесте, выхватил из-под халата короткий массивный клинок и одним движением метнулся вперёд. Против обыкновенного меча Феникс ничего не мог поделать.
— Проклятье, — прошептал Халлек, видя, как Эамон вонзает оружие снизу вверх, под дых. Юноша вздрогнул, вокруг него слабо засветился раскалённый воздух, и более ничего. Северянин вгляделся так, как он мог видеть потоки силы, и поразился — меч Эамона поглощал саму суть Феникса. Поэтому тот не взорвался облаком возрождающего пламени и не рассеялся вокруг, чтобы вновь появиться в каком-нибудь ином месте. Ситри радостно рассмеялась. Князь держал клинок ещё несколько мгновений, потом выдернул его, и тело упало на опалённую, пережжёную в мелкую пыль землю. Упало так, как не падают те, в ком осталась хоть искорка жизни.
Эамон повёл плечами, что-то сказал своей супруге, и та подошла к нему. Вместе они двинулись к щитам, которые продолжали сдерживать натиск глубинного жара. Халлек высунулся, чтобы увидеть всё поле, на котором совсем недавно было полно носферов, а теперь серый ветер вздымал в небеса облачка пепла и пыли.
Что он задумал? Хочет сразу запросить расчёт?
Нордхеймец побежал к правому краю оборонительной линии и, скрываясь за остатками укрепений, рванул к ставке, чтобы опередить неспешно шествующую княжескую чету. Недолгое опознание у охраны, и он вбежал в шатёр.
— Что такое? — воззрился на него незнакомый полковник. Императора видно не было.
— Эримы уничтожили носферов.
— Это мы видели. Замечательно.
— Князья идут сюда. Эамон убил Феникса и поглотил его сущность.
Все, кто был в шатре, запереглядывались. Не все представляли, насколько это опасно. Но догадывались, что и без того могущественный эрим, завладевший сутью одного из воплощений стихии, способен на неприятные неожиданности. Из-за занавеси, которая разделяла шатёр на две «комнаты», вышел Барнабас II.
— Отвести войска за эту гряду холмов, — сразу распорядился он, указывая на карту. — Усилить щиты. Остаётся гвардия и боевые звёзды. Меньше площадь,
