– Всегда всё мы… – вздохнула Эмма, засучивая рукава.
– Хотел бы я знать, кому именно она угрожала, – угрюмо пробормотал себе под нос Чарли, расставляя на полках книги.
– Скоро узнаем, – обреченно отозвался Лизандр.
Когда часы пробили половину девятого вечера, мисс Инглдью решила, что пора отвести Рики в «Зоокафе». К этому часу улицы скорее всего уже опустели, и Рики ничто не угрожало. Перед выходом предусмотрительная мисс Инглдью позвонила Комшаррам и справилась, все ли готово к прибытию мальчика-невидимки.
– И не сомневайтесь! – заверил ее мистер Комшарр.
Запирая дверь магазина, мисс Инглдью не обратила внимания на огромную летучую мышь, которая примостилась над входом в собор и мастерски слилась с остальными химерами. Рики, взволнованный предстоящей встречей с лазурным питоном, тоже ничего не заметил.
– Возьми-ка ты меня лучше за руку и не отпускай, а то еще потеряешься, – сказала мисс Инглдью невидимке. – Ты не против?
– Не против, – согласился Рики. – Знаете, вы чем-то похожи на мою маму. Я уже сто лет не держал ее за руку.
У мисс Инглдью перехватило дыхание, когда она, протянув руку в пустоту, почувствовала прикосновение невидимых пальцев, а ее собственные вдруг стали невидимыми. «Что ж, Эмма и остальные одаренные живут в своем особом мире, и, раз я с ними заодно, пора перестать удивляться», – в который раз напомнила она себе.
Не выпуская руку невидимки, мисс Инглдью торопливо зашагала по направлению к Лягушачьему переулку. Летучая мышь снялась с собора и полетела за ними, прячась в глубоких вечерних тенях. Ни Рики, ни мисс Инглдью ее не видели, но у обоих затылок обдавало неприятным холодком, как это обычно происходит, когда у тебя за спиной что-то не так, но что именно – ты не знаешь. Мисс Инглдью то и дело оглядывалась, но коварная летучая мышь всякий раз умело пряталась, сливаясь то с мусорным баком, то с фонарным столбом, то с вывеской. Правда, кое-кто из горожан все-таки углядел ее – не каждый день мимо окна пролетает невероятных размеров нетопырь. Один джентльмен даже позвонил в зоопарк, а другой – в службу спасения животных. Но ни там, ни там им не поверили и сказали, что таких огромных летучих мышей на свете не бывает. Оба джентльмена разобиделись не на шутку, услышав, что, верно, приняли за нетопыря воздушного змея или надувной шар. Особенно оскорбился тот, кому служители зоопарка предложили считать увиденное оптическим явлением и обратиться к окулисту.
На повороте в Лягушачий переулок мисс Инглдью оглянулась еще раз и ускорила шаг. Вот и «Зоокафе». В окнах было темно, и пальцы Рики задрожали у нее в руке. Мисс Инглдью позвонила, дверь тотчас распахнулась, и перед Рики возник небольшой взлохмаченный человечек в мохнатой жилетке. О чудо – он смотрел Рики прямо в глаза! Вот здорово! Давно бы так! У мальчика-невидимки сразу же камень упал с души. Он даже почувствовал себя так, будто его уже почти расколдовали.
– Это Рики, – объяснила мисс Инглдью.
– Вижу, – мягко сказал мистер Комшарр. – Приятно познакомиться, Рики. Прошу, прошу!
Он провел их через темное кафе в ярко освещенную кухню. На холодильнике, к удивлению Рики, сидели три огненных кота, а на коврике у стола крепко спал большой пес. Высокая длинноносая женщина деловито раскатывала тесто, и на плече у нее невозмутимо восседала черная крыса, с интересом следившая за скалкой.
– А-а! – приветливо сказала хозяйка «Зоокафе». – Вот и невидимка! Добро пожаловать, Рики Сверк. Меня зовут Онория Комшарр. Рада тебя видеть.
На самом деле миссис Комшарр, похоже, видела Рики далеко не так отчетливо, как ее супруг: она смотрела мальчику поверх макушки. Впрочем, может, это потому, что она такая высоченная, решил Рики. Интересно, почему такой коротышка решил жениться на такой великанше? При других обстоятельствах любопытный Рики не преминул бы выяснить это, но сейчас ему было не до вопросов. Его волновал только один-единственный вопрос, и мальчик-невидимка задал его:
– А питон… он тут?
– Вот здесь, дорогуша. – С этими словами миссис Комшарр кивнула себе под ноги, на большую плетеную корзинку, и продолжала лепить пирожки. – Я ему пока что песни пела. Бедняга, нелегкая у него жизнь.
– Простите, – робко начала мисс Инглдью, – а нельзя ли чашечку чаю, прежде чем мы… э-э-э… приступим?
– Ох, и о чем я только думаю? – виновато воскликнул мистер Комшарр. – Что я за невежа! Присаживайтесь, дорогая, прошу вас. – Он придвинул мисс Инглдью стул, и та с видимым облегчением уселась.
Взволнованный Рики от чая отказался и предпочел стоять: почему-то ему подумалось, что так питону будет легче его «лечить».
– А можно теперь его выпустить? – попросил он.
Миссис Комшарр, поставив пирожки в духовку, открыла корзинку, и глазам Рики предстал тот самый ужасный питон, который когда-то превратил его в невидимку. Но теперь питон выглядел совсем не так: яркая лазурь чешуи печально потускнела и стала отливать серебром – словно сединой. Кроме того, питон как будто стал меньше, да и выглядел гораздо дружелюбнее.
Серебристо-голубая голова змеи поднялась из корзины, и, завидев Рики, питон приглушенно засвистел, как птица. Рики не совладал с собой и попятился.
– Прелестное создание, верно? – умиленно сказала миссис Комшарр. – Дорогая, – обернулась она к гостье, – вам с сахаром и с молоком?
– Если можно, с молоком, но без сахара.
Рики вторично отклонил предложение почаевничать, и, пока остальные пили чай, он обошел вокруг корзины. Питон внимательно следил за ним блестящими черными глазами. «Он меня явно видит!» – обрадовался мальчик. Как только он остановился, питон выскользнул из корзинки и начал медленно, плавно обвивать Рики своими блестящими кольцами, начиная с ног и поднимаясь все выше. Невидимка затаил дыхание.
– Змея точно знает, что делает? – шепотом спросила миссис Комшарр.
– Будем надеяться, – отозвался мистер Комшарр. – Рики, ты как, готов?
– Да, – тихо ответил Рики. – Я думаю о том, как увижу брата. О возвращении домой, в Сверкающий замок. Знаете, почему он так называется? Потому что папа и мой брат умеют заставлять камни сверкать.
– А ты что умеешь, дорогуша? – спросила миссис Комшарр, точно врач, отвлекающий пациента разговорами по ходу какой-то болезненной медицинской процедуры.
– Я? Я просто играю на флейте, – откликнулся Рики, которому ни чуточки не было больно.
– Хотел бы я послушать твою игру, – проговорил мистер Комшарр.
Питон продолжал закручивать свои кольца в пустоте, но пока что из нее ничего не проступало.
– Сейчас я зажмурюсь. А то вдруг не сработает. Понимаете, ужасно боюсь, что не получится. Такое будет разочарование!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
