Маг молчал. Его сейчас одолевали странные ощущения — приятные и пугающие одновременно. И было почти непреодолимое желание спрятаться за привычную насмешливую маску. А жена, словно чувствуя это, положила голову ему на грудь, туда, где билось сердце. То ли ласкалась, то ли закрывала собой…
И как-то быстро и незаметно весь страх выветрился, словно смахнули пыль с дорогой вещи. Нейл перебирал мягкие волосы жены, слушал её тихое дыхание и понимал, что она права. Он сидит сутками в лечебнице не из-за страха за Маиру, а потому что его дом уже неотделим от неё. Мужчина не загадывал наперёд. Жизнь слишком непредсказуема и переменчива. Но сейчас Нейл знал одно — он хочет быть только с Маирой.
…
Роды начались в срок. И всё равно Тестимун запаниковал. Смотреть на жену, корчившуюся от боли, и ничего не делать — было слишком даже для него. Лекари правильно оценили взъерошенный вид будущего отца и, когда схватки стали особенно сильными и частыми, выставили его за дверь. Мужчина, уперев руки в бока, нервно расхаживал из угла в угол и подумывал позвонить тестю с тёщей. Но тут скрипнули двери, и в коридоре появился Гораций Лачев. Тестимун непонимающе глянул на него.
— Ты что тут делаешь?
— У тебя жена рожает. Пропустить такое зрелище — да не в жизнь!
— Какое зрелище? — нахмурился Нейл. — Иди отсюда!
Скрип! Весело отозвалась дверь повторно.
— Я не опоздал? — к ним бодрым шагом приближался Захар Благовский.
— И ты поржать пришёл?! — догадался Тестимун.
— Да!
— Прокляну!
— Захар, не трусь! Всё равно я лучший проклятийник! — к ним под личиной спешил король Авизар собственной персоной.
Тестимун скрипнул зубами.
— Я смотрю у вас до хрена свободного времени, друзья мои!
— Ну, ради такого шоу мы выкроили пару часов!
— Шоу, значит, пришли смотреть? — Нейл тряхнул головой, едва сдерживаясь. — А что ж воздушную кукурузу не захватили?
— Ах, да-да-да!!! — засуетился Благовский, вытаскивая из карманов знакомые пакетики, и протянул друзьям. — Всё! Зрители на месте! Занавес!
— Вот вы придурки! — выругался маг Смерти отворачиваясь.
… Крики Маиры рвали душу на лоскутки. Реплики друзей бесили.
— Нейл, спокойнее! — веселился Гораций. — Как ты мне говорил, когда Даня рожала?.. Это естественный процесс. Женское тело приспособлено не только брать, но и отдавать!
Рядом хохотнул Авизар.
— Точно-точно! Помнится, когда рожала моя Софи, её крики и возгласы нашему дорогому Нейлу показались неподобающими королевы, — он подмигнул лучшему другу. — То ли дело Маира! Правда? Вот сейчас и послушаем, как рожать надо!
— Если я тебе по морде дам, это будет считаться покушением на корону?
Авизар только посмеялся.
Очередной крик Маиры — и Нейл вцепился в волосы.
— Котс! Они что, не могут обезболить?!
Щёлк! Щёлк! Благовский посмотрел магоснимки и, довольный, убрал гилайон в карман. Тестимун хмуро следил за ним.
— Ну и на хрена? Тебе-то я что сделал?
— Это на будущее. Чтобы, когда моя жена будет рожать, ты думал, что говоришь.
— А ты жениться собрался?
— Очень может быть.
Мужчины удивлённо переглянулись, но решили расспросить Благовского позднее. Из-за двери донёсся тяжёлый стон. Несколько секунд тишины — и громкий плач.
— Вот это я понимаю, мужик родился! Какой голос! А? — Авизар хлопнул Нейла по плечу и уже серьёзно сказал: — Поздравляю, друг!
Через несколько минут из родового зала выглянула акушерка и разрешила войти. Тестимун дёрнулся и неуверенно замер. Гораций легонько подтолкнул его к двери.
— Иди к ним.
Сглотнув, мужчина переступил порог. Он не сводил глаз с новорожденного, сучащего ножками и ручками. Ребёнка положили Маире на грудь, и он смешно тыкался носиком, маленький, красный, с едва заметным белым пушком на головке.
Сильного страха у Нейла не было, и, когда предложили, он осторожно взял сына на руки. Заглянул в голубые глазки, чувствуя, как осыпаются с души тонны треснувшего льда, а сердце наполняется безграничной любовью к этому маленькому человечку. Он прижался губами к тёплому лобику.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ну, здравствуй, сын!
Маира не сводила с них нежного взгляда.
— …Спорим, Нейл станет самым сумасшедшим папашей из нас? — из коридора послышался голос Благовского.
— Горация не переплюнет, — возразил Авизар.
— Гор вне конкуренции: у него дочка, — был вынужден согласиться Благовский и уточнил: — Из нас. Потому что у меня стопудово будет сын.
— Спорим! — согласился Авизар. — На что?
— Я всё слышу! — Нейл покосился в сторону друзей.
— Тш-ш-ш!
Несколько секунд тишины, и…
— Гор, разбивай! — прошептал Захар.
И Маира начала смеяться.
Эпилог
Когда Никулу Тестимуну исполнилось шесть лет, его отправили на дядькование. По традиции это нужно было сделать ещё два года назад. Но Нейл не разрешил, учитывая тогдашнюю ситуацию на Гебе. И только сейчас, когда опасности больше не было, маг Смерти после долгих уговоров Маиры согласился. А теперь с тревогой наблюдал за единственным сыном, готовясь оставить его на несколько лет в приёмной семье. Король Авизар увязался с Тестимунами: хотел посмотреть почти забытый обряд.
Уже прошло переступание порога, и Никул сменил модную футболку на льняную рубашку. Мальчишка весело носился по двору вместе с названным братом и сестрой, а за ними с улыбкой наблюдала Маира.
Нейл вышел за калитку и медленно, опираясь на трость, направился по тропинке к лесу. Авизар подстроился под его темп.
— Везучий ты сукин сын! Даже из брака по залёту умудрился получить самую настоящую и, что немаловажно, счастливую семью.
Маг Смерти согласно кивнул.
— Иногда сам об этом думаю. Но ничего не было бы, если бы не Маира. Она не только моя жена, моя женщина. Она — мой личный индикатор на вшивость.
— На других баб не тянет? — поинтересовался король. — Весенний бал недавно был. Ты же у нас с некоторых пор народный герой. Куда там Горацию с его чёрным сердцем!
Друзья переглянулись и рассмеялись. Но разговор продолжили серьёзно.
— Зачем мне это? — Нейл пожал плечами. — Подумай сам! Что мне может предложить любовница, кроме молодого тела и узкой вагины? И чем рискую я? Маира не поймёт и не простит измену. Я даже проверять это не хочу. Слишком боюсь её потерять, — мужчина усмехнулся. — Я вижу, как на меня смотрят другие женщины. Для моей самооценки этого достаточно.
Тестимун услышал звонкий смех сына и обернулся. Некоторое время они с Авизаром молчали, наблюдая, как маленький Никул играет с детьми.
— Второго ребёнка бы вам, — задумчиво произнёс король.
— Мы не предохраняемся, — признался Нейл. — Но, ты же знаешь, шансы нулевые.
— Ага! Вон ваш нулевой шанс кота за хвост таскает!
Тестимун хохотнул и перевёл взгляд на лучшего друга.
— Я думал, ты сюда ещё и Горация притащишь!
Авизар покачал головой.
— Он с Даниэль на море: празднуют очередную годовщину, — и искоса глянул на мага. — Не жалеешь, что продал им коттедж?
— Нет… Уже нет, — Тестимун улыбнулся. — У Лачевых с этим домом связаны хорошие воспоминания, не то что у нас с Маирой.
— До сих пор ревнует?
— Всегда! — засмеялся Нейл. — Но мне это даже нравится.
— Главное, чтобы без повода, — мудро заметил Авизар.
— Без, — уверенно ответил Тестимун и пояснил: — Почему мужья идут налево?.. Если отбросить генетическую предрасположенность, то чаще всего от скуки, бытовой рутины. А мне с Маирой нескучно! У нас отличный секс, без фальшивых оргазмов. Сама руководящий работник, она знает и понимает мою занятость. Не цепляется по ерунде, взяв на себя заботу о доме и быте. Умудряется вытащить меня в отпуск: причём не на модные курорты, где чихнуть нельзя, чтобы об этом не пронюхали папарацци. А организует то, что нам действительно нравится… То экскурсии, то концерты, то походы в горы.
