Отряд обошёл поселение вдоль ограды, не приближаясь слишком уж сильно, и вскоре вышел на широкую тропинку, протоптанную от своеобразных деревенских ворот (по сути, большой калитки) до редкого леска вдалеке. По идее, где-то за этими зарослями тропинка должна была рано или поздно соединиться с оставленным посланниками Нэш трактом.
За широко распахнутой калиткой, помимо добротных каменных домов, обнаружилась длинная скамья, на которой троица благообразных старушенций перемывала кому-то косточки.
Система переводила местный язык без проблем. Потребовав у Ники более развёрнутую информацию, Виктория выяснила, что говорят бабульки на «старо-доэранском». Выудив из всё помнящей системной хроники примерную карту Йон-Рунак с пометками Нэш, блондинка пришла к выводу, что сейчас их отряд находится не просто на континенте Вигу, а в его центральной части, ближе к северу. «Спасибо Нэш за лекцию о том, кто на каких языках говорит» — подумала Вика.
— …точно тебе говорю, Мира, Блэнд сговорился с Хазаришной, и… — старушка заметила гостей, и её взгляд переметнулся на них, — О-па, глазёнки мои не врут шоль? Путники к нам пожаловали?
— Да ещё какие! — воскликнула другая старуха, — Два тифлинга в компании кварт-неко и эльфокровных девиц… А, не, двух девиц и одного паренька! — старушка подмигнула Эрику, — Чаво хотели, путешественники?
Дипломатическую миссию поручили Эльзе. Проводница шагнула вперёд и с хитрым прищуром спросила:
— Не найдётся ли в вашей деревне работёнки для отряда сильных воинов и магов, согласных на любую посильную оплату?
— Найдётся, красновласка, найдётся, — сидевшая по центру старушка с кряхтением поднялась на ноги, — Вам о ней лучше со старшим нашим поболтать… Пойдёмте.
Бабулька потопала вперёд, и отряд потихоньку двинулся за ней.
— Почему они нас эльфокровными назвали? — раздался в голове Виктории голос Эрика.
— А ты на рожи местных не-эльфов посмотри, потом на рожи местных эльфов, а потом на свою собственную.
— Оу…
До чувствительных ушей Виктории донесся полушёпот оставшихся на скамье старушек:
— …прознали, наёмничьи морды, про Лома и его головорезов…
— Да про них каждая собака знает, точно тебе говорю, его жирнейшество Колш наконец награду назначил, а эти хитрюги хотят ещё и с нас кусок урвать…
«И всё-таки, даже без профильных способностей на слух, хорошо иметь две с лишним сотни восприятия,» — хмыкнула Виктория.
* * *
Капитан «Ловкача» — небольшого судна, уже лет пятнадцать промышлявшего транспортировкой грузов разной степени законности — был, несмотря на угрожающий внешний вид, человеком очень спокойным. Хотя, если быть предельно корректными, то человеком Майк Мурвоцци не был. В двухметровом лысом громиле, который при любом образе жизни и питания умудрялся оставаться чрезмерно мускулистым, но при этом так же чрезмерно пузатым, благодаря форме черепа и выпирающим клыкам безошибочно угадывался полуогр. Технически, конечно, огром Майк был лишь на четверть — огрихой была одна из его бабушек — но всем, включая самого Майка, на такие детали было плевать.
И вот сейчас этот обычно спокойный мужчина внушительной комплекции был просто вне себя от ярости. Схватив за шкирку хлипкого на вид паренька — брюнета в чёрном плаще — Майк тряс его и орал:
— КАК, СУКА, ВЫ ТРОЕ! ОКАЗАЛИСЬ! НА! МОЁМ! КОРАБЛЕ! ЕЩЁ РАЗ СПРАШИВАЮ!!!
Сидевшая чуть поодаль парочка — шатенка с кошачьими ушками и хвостом и похожий на жертву Майка брюнет в кимоно с самурайским мечом на поясе и повязкой на левый глаз, оставались безучастны.
— Магия… Заклинание… Сработало не так… — в который раз пробормотал Танака.
К несчастью для некроманта, его брата и Мей, капитан судна категорически отказывался принимать такое объяснение. Качать права с позиции силы японским дважды (или трижды, если считать башню Нэш) попаданцам мешала вежливость — всё-таки как ни крути, они вломились к какому-то ни в чём не повинному типу в трюм посреди плаванья. Это, кстати, добавляло веса идеи решить всё миром (насколько возможно) — кораблём ни Танака, ни Кен, ни Мей управлять не умели даже примерно. Нет, в самом крайнем случае, если не удастся решить конфликт миром, и, если команда корабля не захочет содействовать, некромант может превратить моряков в зомби с сохранением, имевшихся при жизни навыков, но до этого Танаке доводить не хотелось. Так что сейчас он ждал, пока Майк немножко успокоится, благо ничего кроме криков и потряхивания капитан «Ловкача» не предпринимал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не верю, сука! Магия, ага, нашёл дебила! Говори правду, пока за борт не выкинул всю троицу!
У Майка были свои причины психовать по поводу внезапно обнаружившихся в трюме незадокументированных пассажиров. Обычно полуогр разбирался с решившими бесплатно прокатиться умниками гораздо мягче — просто принуждал к посильной работе в счёт оплаты «рейса». Но конкретно сейчас Майк вёз особенный груз. Настолько особенный, что если его обнаружат официальные власти, капитана ждёт мучительная казнь, а если его обнаружат власти неофициальные (т. е. пираты или портовая мафия), то капитана ждёт очень мучительная казнь. А что будет с его мускулистой пузатой тушкой в случае, если этот особенный груз вовремя не достигнет адресата, Майк предпочитал вообще не думать.
И вот тут, когда полуогр и так весь на нервах, у него в трюме объявляется троица странных пассажиров. Азиатов и кимоно Майк видел впервые в жизни, а полу- и кварт-неко были редкими гостями на Пепельном архипелаге, да и на побережьях Вигу, а на Полумесяце зверолюдов вообще отродясь не бывало…
— Капитан… — раздался напуганный сдавленный голос откуда-то с палубы.
— Что?! — рявкнул Майк.
— Пираты… Рядом…
— Что?! Как пропустили?! Как рядом?!
Майк выпустил Танаку из железной хватки и некромант плюхнулся на пол.
— Покров… Они шли под заклятьем… Капитан, у них цветочный флаг… — судя по голосу, матрос был готов разрыдаться.
Было от чего. Пираты, ходившие под смешным по меркам морских хищников флагом с пёстрыми цветками, славились фантастической жестокостью и неуловимостью. Однако большинство окрестных мореходов могли не бояться цветочников — те нападали лишь на других пиратов и на корабли с флагом Полумесяца. Обычных торговцев, мелких контрабандистов и прочие суда цветочники не трогали. Обычно не трогали.
«Будь проклят тот день, когда я соблазнился большими деньгами и сладкими речами Нико… Да и ты, Нико, будь проклят,» — подумал Майк, чувствуя нарастающий страх.
— Слушай, капитан, — сказал Танака, отряхиваясь, — Ты, надеюсь, не будешь возражать, если мы поможем в бою?
— Бою… — Майк рассмеялся, а затем парой резких прыжков выскочил на палубу.
Танака, Мей и Кен последовали за ним.
— Кен, ты так и не рассказал, как вернул руку. И почему она у тебя забинтована, — сказал Танака.
— Дар богини… За испытание. Долго рассказывать.
— Очень содержательно, — фыркнула Мей.
— Мудрец всегда немногословен, — с важным видом сказал Кен.
— Ты не мудрец, ты аутист… Или авутист? Павутист? Хозяин Танака, как правильно?!
Пиратский корабль под цветочным флагом приближался. Гигантская махина, раскрашенная в семь цветов радуги, шла наперерез маленькому торговому судёнышку. Обстреливать жертв пираты не собирались, хотя возможность вроде как была — по крайней мере так показалось Танаке, когда он, щурясь от ослепляющего солнечного света, наконец разглядел вражеское судно
Тем временем, Майк, размахивая саблей, толкал речь. Как думал сам полуогр, предсмертную.
— Цветочники никогда не отпускают живыми! И нас не отпустят! Но! Мы дадим бой! И пускай мы хреновые бойцы! Нас запомнят! Может мы и умрём обосравшимися от страха, но клянусь, сделаем так, чтобы сраные цветочники подавились нашим дерьмом! Мы умрём с оружием в руках! Мы не будем молить о пощаде!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Матросов речь капитана похоже не особо впечатляла. Половина команды была бледна как трупы, кто-то молился, парочка блевала за борт, а самый молодой кудрявый парнишка, обхватив колени звал маму.
