Невольничий Берег тянулся на три тысячи миль, и в игре в кошки-мышки счет всегда был в пользу работорговца, поскольку ему было достаточно поднять испанский или португальский флаг, чтобы обезопасить себя от нападения или ущерба. Более того, согласно приказам военно-морского министерства, могли быть захвачены только корабли с рабами на борту. Соответственно, полностью экипированные невольничьи суда преодолевали блокаду американским военным флотом, предварительно приняв все меры предосторожности для перевозки живого товара, а затем, когда англичан рядом не было, «продавали» судно испанцам, водружали испанский флаг и снова бодро следовали в обратном направлении мимо американских военных кораблей с полным грузом рабов[41].
В 1845 году бриг «Тракстон» (США) захватил в Рио-Понго шхуну «Спитфайр» из Нового Орлеана, которая уже сделала несколько ходок. Ее водоизмещение составляло всего сотню тонн, но во время захвата она была набита 346 неграми, а в предыдущий год высадила у Матансаса (Куба) 339 рабов: «В межпалубных помещениях, куда запихнули рабов, не было достаточно места, чтобы они сидели без наклона головы вперед. Их кормили полупинтой риса в день и поили пинтой воды. Невозможно себе представить страдания рабов во время перехода через океан, пока не ознакомишься с условиями их транспортировки. Сильный здоровый негр стоил лишь двадцать долларов или что-то около этого. Цена до трех-четырех сотен долларов на Кубе»[42].
С этого времени военные суда Соединенных Штатов держались у африканского побережья и иногда осуществляли захваты невольничьих кораблей, например фрегата «Марта» из Нью-Йорка бригом «Перри» 18 июня 1850 года. «Марта» являлась большим кораблем с двумя ярусами крашеных бортов и, когда ее догнали, шла вдоль берега к Амбизу. Попав в зону досягаемости обстрела со стороны «Перри», корабль поднял американский флаг, замедлил ход и обстенил марселя. На борт «Марты» послали офицера, и, когда его лодка огибала корму, люди на борту опознали его военную форму, и им впервые стало ясно, что бриг является американским судном. Тотчас же спустили американский флаг и вместо него подняли бразильский. Когда офицер поднялся на палубу, капитан «Марты» стал отрицать наличие у него документов, вахтенного журнала и чего-либо еще. Однако с «Перри» заметили, что с «Марты» выбросили за борт какую-то вещь. Послали другую лодку, которая подобрала конторку, содержавшую документы, свидетельствовавшие об американском гражданстве капитана. Когда ему предъявили эту улику, он признал, что корабль был оборудован для работорговли. Палубу для рабов обнаружили ниже, вместе с большими запасами муки и бобов, четырьмястами деревянными ложками, необходимыми железными решетками и деревянными перегородками для изоляции рабов. Капитан рассчитывал перевезти тысячу восемьсот рабов в течение следующей ночи и покинуть побережье до рассвета. «Марта» предстала перед судом в Нью-Йорке, капитану позволили внести залог пять тысяч долларов (впоследствии его сократили до трех тысяч). Он их внес и избежал судебной ответственности.
Поскольку торговля между Калифорнией и Китаем посредством клиперов стала менее прибыльной в конце 50-х годов, неудивительно, что некоторые из этих быстроходных судов использовались для работорговли. Одним из них являлся «Найтингейл», прекрасный корабль, богато украшенный, построенный в Портсмуте (Нью-Хэмпшир) в 1851 году. Во время своего первого рейса он должен был перейти через Атлантику, чтобы доставить имевшихся на его борту экскурсантов, отправившихся на Международную торговую ярмарку в Лондоне. Однако кораблестроитель попал в затруднительное финансовое положение, и запланированная экскурсия не состоялась. После нескольких быстрых ходок с торговыми миссиями в Австралию и Китай судно продали неизвестным покупателям в Нью-Йорке в 1860 году. Его судьба в течение следующих восьми месяцев окутана тайной. Утверждалось, что корабль однажды ходил в Рио под бразильским флагом, но командор Перкинс, будучи действующим капитаном военного корабля США «Самтер» у африканского побережья, 15 апреля 1860 года писал домой: «Клипер «Найтингейл», приписанный к Салему, отбыл с 2000 негров на борту… Этот мощный клипер является собственностью капитана Боуэна, которого зовут «князем рабовладельцев».
«Найтингейл» вернулся в Нью-Йорк в конце лета 1860 года и принял на борт груз зерна для Ливерпуля. 24 ноября клипер отбыл на Сент-Томас у западного побережья Африки. В то время «Лондон тайме» писала: «В определенных кругах до его отбытия было известно, что это невольничий корабль». Он появился у Сент-Томаса 14 января 1861 года и продолжал петлять вдоль африканского побережья до 21 апреля, когда его захватил военный шлюп США «Саратога». Капитан шлюпа Тэйлор так описал захват:
«Некоторое время американский корабль «Найтингейл» из Бостона, капитаном которого является Френсис Боуэн, видели у этого побережья, подозревая в ведении работорговли. Несколько раз мы встречались с ним, и, хотя были полностью уверены, что корабль собирается заниматься этой незаконной торговлей, он пользовался презумпцией невиновности. Несколько дней назад, заметив его на якорной стоянке в Кабенде, я поднялся на борт корабля и убедился, что корабль готовился тогда к приему рабов. С таким намерением корабль отошел на некоторое расстояние от берега, рассчитывая вернуться под покровом ночи, что и было сделано. В девять вечера мы стали на якорь и выслали две лодки под командованием лейтенанта Гатри застигнуть «Найтингейл» врасплох. Мы обнаружили, что у него на борту был 961 раб и ожидалось еще некоторое количество. Лейтенант Гатри овладел кораблем в качестве приза, и я дал ему указание вести в Нью-Йорк этот клипер водоизмещением 1000 тонн под американским флагом, с обозначением на корме «Найтингейл» из Бостона».
Рабов высадили в Либерии, но не раньше, чем сто шестьдесят из них умерли от африканской лихорадки, которая не пощадила и экипаж. По прибытии в Монровию обнаружился небольшой излишек еды, а смертность среди негров, больных лихорадкой, устрашала.
«Найтингейл» прибыл в Нью-Йорк 13 июня 1861 года. Лейтенант Гатри доложил, что Френсис Боуэн и испанец по имени Валентино Кортино сбежали, пока корабль стоял на якоре у Сент-Томаса. Джон Дж. Гатри был уроженцем Северной Каролины, и Боуэн впоследствии утверждал, что Гатри позволил ему сбежать. Конфискованный и затем проданный правительству «Найтингейл» впоследствии использовали в качестве судна снабжения эскадры, блокировавшей Гвинейский залив. Его бросили в Северной Атлантике 17 апреля 1893 года, в то время под норвежским флагом[43].
«Санни Саут», другой быстроходный клипер, построенный в Вильямсберге (Нью-Йорк) в 1854-м, продали в 1859 году в Гаване за восемнадцать тысяч долларов, переименовали в «Эмануэлу» и впоследствии использовали для работорговли. 10 октября 1860 года клипер был захвачен британским винтовым военным шлюпом «Бриском» в экваториальной штилевой полосе Мозамбикского канала. На его борту находилось более восьмисот рабов. Когда корабль заметили в морской дымке, подозрений относительно рода его занятий не было из-за размеров и необычно большого числа поставленных стакселей и лиселей. Когда «Эмануэла» легла в дрейф, то сделала это под всеми парусами, без взятия каких-либо парусов на гитовы. Клипер отослали на Маврикий, признали призом и продали для использования в качестве британского крейсера.
Одним из последних кораблей, занимавшимся контрабандой рабов, была яхта «Уондерер», построенная в порту Джефферсон (Лонг-Айленд), для богатого члена яхт-клуба Нью-Йорка. Ее спустили со стапелей в июне 1857 года, она имела водоизмещение двести шестьдесят тонн. В следующем году яхту продали капитану У.К. Корри. Его заместитель Семмес был братом человека, который впоследствии командовал крейсером Конфедерации «Алабама». «Уондерер» отбыл из Чарлстона курсом на Тринидад, вроде как на развлекательную прогулку, но пошел к острову Святой Елены, а затем двинулся к Конго. Все время на судне развевался флаг яхт-клуба Нью-Йорка, и когда капитан Корри встретился с шедшим вдоль побережья Конго в поисках невольничьих судов британским военным кораблем «Медуза», то организовал доброжелательный прием английским офицерам у себя на борту.
Суперкарго впоследствии сообщил корреспондентам газеты, что после достаточного числа опустошенных бутылок британских офицеров пригласили осмотреть «Уондерер», чтобы убедиться, не является ли яхта невольничьим судном. Это было расценено всеми как добрая шутка. После того как «Медуза» пошла дальше, «Уондерер» тихонько повернул к берегу Конго, к переполненным загонам, где было взято на борт семьсот пятьдесят молодых негров от тринадцати до восемнадцати лет. Яхта отправилась от побережья со своим грузом, который благополучно оставила на побережье Джорджии 1 декабря 1858 года.
