ждёшь гостей?
— Нет.
— И разбойник не появится?
— Думаю, нет. Накрывай на троих.
— Ну уж нет! Я поем в квартире. Пусть просто сложит большую половину еды в мисочку.
— Почему?
— Не хочу мешать вашему торжеству. Да и холодильный шкаф там совсем один остался и наверняка скучает. Подготовлю его к вторжению новых запасов еды.
— Анджей, на двоих. Я сейчас помогу.
Темно-зелёная скатерть, резная мебель, свечи, фарфоровая посуда, серебряные приборы. Красивый мужчина, который вздрагивает от малейшего шороха, от мелькнувшей в углу тени…
Вдвоем мы садимся за стол. Чупокабр скрылся за дверью квартиры, прихватив с собой полный тазик еды.
Жених отодвинул мне кресло, налил в бокал свежего компота. Где только успел его раздобыть? Вроде не покупали.
— Немного не так я представлял себе праздничный ужин в честь своей помолвки, — улыбнулся он, усаживаясь напротив. И в ту же секунду подлетел, вытащив нож.
— Ты чего? — мягко спросила я.
— Живьём решили похоронить? Без боя не дамся!
— И откуда такие мысли? — Анджей указал подбородком на огромную тень, выросшую в углу комнаты. Тень гнома, и вправду, впечатляет. Даже я почти испугалась. Борода качается, лопата закинута на плечо. Опустила глаза чуть ниже и в сторону. Стоит, гад! Никого и ничего уже не боится. Через плечо мою чайную ложечку перекинул.
— Убью! — подлетела я, — Она серебряная! Я ее из поставщика вытрясла вместе с душой! Тысячу пачек средства от вшей продала, чтобы она мне досталась! — розовый язычок показался из пышной бороды. Я кинулась в сторону гнома. Анджей умудрился с места запрыгнуть ногами на стол.
— Я дорого продам свою жизнь!
— Лови, гада! — прыгнула я на ковер и вытянулась во всю длину. Мелкий паршивец юркнул под кресло, выронил ложку и побежал по полу в сторону окна.
— Закрыто! Что, не ожидал? — поднялась я, но гном уже скрылся на кухне. Ловить? Ну уж нет, сам попадется.
— Это что?!
— Это? Это гном.
— Они же большие, как люди.
— Карликовый! Слезай со стола. Тебя он точно не тронет, можешь не опасаться. Это даже не мышь!
— Прости. Я думал… — покраснел он до кончиков ушей.
— Не прощу. Скатерть сам стирать будешь. Идём есть на кухню.
— Давай я просто сниму скатерть и протру стол?
— Хорошо.
Приятно смотреть, как мужчина ловко переставляет блюда. Багровый, прячет глаза, стесняется своего страха.
Я помогаю, но никак не могу спрятать улыбку. Наконец мы снова сели за стол. И только теперь он расхохотался.
— В шторм никогда не уходил в трюм. Всегда сам стоял на палубе. Ни демона не боялся! А тут! Испугался этого недомерка! На стол запрыгнул, нож обнажил! Мне же никто не поверит, что такие вообще бывают! — рыдает он сквозь хохот, поглядывая на трофейную чайную ложку. Все же у гнома я ее забрала.
— Выпей компот, будет полегче.
— Без боя не дамся! — смеётся он над собой, подлетевшие ножницы откромсали у него втихаря ещё один выбившийся локон.
— Кстати, а откуда взялся этот компот? — сделала я глоток приятного напитка.
— Я собрал персики в твоём саду и вот, — поднес он стакан к губам.
— Ты их успел попробовать?
— Ещё нет, а что? — стакан опустился обратно.
— Лучше не пей. Это были эльфийские яблочки. А то утром помрёшь от сердечного приступа, когда к зеркалу подойдёшь, — отпила я из своего стакана. Вкусно! Даже зажмурилась от удовольствия.
— Спасибо, что предупредила. А ты?
— А мне можно. Хочу начальника впечатлить на работе своей красотой, чтоб две недели не заставил отрабатывать.
Вкусный ужин, к концу которого вернулся в дом чупокабр.
— Там к тебе в дверь Саша стучал. Я не открыл.
— Что ты говорил про каморку? Пора спать ложится.
— Под лестницей есть комната. Можно уложить полезного спать там. Правда, в ту каморку даже Ильсидора боится заглядывать, пыли слишком много. И фантом расшалился. Его Карл приволок из одного мира вместо телевизора. Но что-то пошло не так. В ящике из под… одной вещицы он сидеть отказался, по стене расползся. Зато Анджею будет не скучно, — кивнул зверь на жениха.
— Ложись спать в моей спальне на втором этаже, так уж и быть, — вынесла я окончательное решение, — Помрёшь от страха, куда тебя девать? Я уйду на ночь в другой мир.
— Можно я возьму с собой свечку?
— Нет, ещё спалишь мне что-нибудь.
— Тогда я лучше здесь лягу, перед камином. Если ты не возражаешь.
— Ложись, — пожала я плечами и ушла в свою спальню.
Игрушечный домик мягко сияет в темноте. Чупокабр пристроился на его крыше, свесив вниз хвост. Сейчас он напоминает попушистевшего дракона, который бережет кукольный город. За окном яркие звёзды. Море поет колыбельную шорохом волн.
Вот только пробуждение оказалось не очень приятным. И слишком стремительным.
Глава 27
Анджей
Зацепиться в эльфийской столице для подобного мне — несбыточная мечта. Самый младший сын рода, да ещё и бастард. Я чуть поторопился родиться, отец был уже на пороге замка, когда услышал мой первый крик. К несчастью, этот крик слышали все, кто вернулся вместе с ним из похода. Брак они с матерью заключили, да только поздно, ведь я уже появился на свет. Нет, мне не стоит жаловаться на детство и суровую жизнь. Ко мне относились точно так же, как и ко всем остальным моим братьям. И к тем, кто появился на свет от первой отцовской жены, и к тем, кто родился после меня. Наша семья вообще жила на зависть дружно.
Вот только титула мне не видать. Разве что догадаюсь, как выслужиться перед королем. А для этого необходимо совершить что-нибудь этакое, необыкновенное, что другим и во сне не приснится.
Войн давно уже никто не ведёт, да и искать славы на поле битвы для меня странно. То ли дело добиться успехов в торговом деле, заключить договор с ушастыми, поселится в их столице. Это счастье. Вот только никому из порядочных горожанок в голову не придет связать свою судьбу с бастардом, сколько золота ни обещай, какие знаки внимания ни оказывай. Хоть пластом расстелись вместо коврика — бесполезно. Других же способов здесь осесть я не знаю. Хоть коготочком бы зацепится, стать для ушастых почти своим. Я уж и так пробовал, и этак. Какие только связи ни заводил, все бесполезно. Уже давно вышли все сроки моего пребывания здесь и ничего.
Собственно, эта девица была последним для меня шансом. Совершить небольшой подвиг, выдернуть из-под колес телеги, поплотнее прижаться, очаровать, а там… дай-то боги! Карету я сам направил, тщательно все рассчитав. Кучер заломил три цены и
