Бедный искусник бестолково захлопал глазами, не зная, как обелить моральный облик своей ученицы, которая прекрасно поняла выданное мною не слишком приличное словечко и теперь искренне веселилась, одновременно ухитряясь изображать возмущение и негодование на дурно воспитанных, сквернословящих почем зря темных.
— Вы отвлеклись, — напряженным голосом напомнил Шерринару Айлайто, многозначительно поигрывая невесть откуда выуженным тонким серебряным колечком — то на палец его наденет, то снимет, то по ладони прокатит…
— Да! — вспомнил о своей деликатной миссии искусник и строго посмотрел на меня, как бы предупреждая, что разбор полетов за словесную невоздержанность еще впереди. — Так что мы тебя представим всем как мою жену.
— Ну уж нет! — во весь голос вознегодовала я, немало устрашенная столь незавидной перспективой. Сегодня его женой представься, завтра в доме убери, потом носки свяжи, а там уже, глядишь, и в фартуке на кухне суетиться придется, и с поклоном подносить господину и повелителю тапочки.
— Иначе никуда не пойдешь! — вздумал припугнуть Шерринар, но я с неподдельной радостью и восторгом ухватилась за эту идею:
— Отлично! Я никуда не иду! Тирьям-пам-пам! А платье не пропадет, я найду куда его надеть.
— Мы не можем оставить ее тут одну — она всю гостиницу разнесет, и пол-Лайлэры заодно, — тут же встревоженно вскинулся Айрэк, глядя то на меня, то на свою невесту.
Ну да, только мне и дела, что местные строения ломать! Я же девушка, в конце концов, а не какой-нибудь огнедышащий Дракон. Если уж и надо что-нибудь обвалить или разрушить, то лучше пригласить для этого дела Иннату, у нее сие немудрящее действо получится намного качественнее и быстрее, чем у скромной темной искусницы.
— Не можем, — согласно кивнул Шерринар. — Поэтому ты, Дивейно, хочешь не хочешь, а пойдешь с нами. Так что выбирай, кем тебя представить: моей женой или женой Айлайто?
Я в ужасе посмотрела сначала на искусника, потом на эльфа, перекатывающего на ладони кольцо. Остроухий, как по заказу, бросил свое высокоинтеллектуальное занятие и ответил мне таким взглядом, что я мигом вспомнила домыслы Иннаты и едва ли не бегом бросилась к Шерринару, понимая, что еще чуть-чуть — и я запрыгну искуснику на руки, как перепуганная кошка. Отчего-то проявления нежных чувств Айлайто меня не просто устрашали, а повергали в настоящую панику, хотя никакого разумного объяснения этому странному феномену я не находила. По идее, мне должно было быть лестно, но никаких приятных и тщеславных чувств я почему-то не испытывала.
— Нетушки! Очень мне надо с благоприобретенной остроухой «родней» знакомиться, чтобы потом нас с Айлайто. не приведи темные боги, за нарушение законов о межрасовых браках судили! Твоя так твоя! Только вот как ты потом объяснять будешь, что никакая я тебе не жена?
— Да мало ли, — равнодушно пожал плечами Шерринар, довольный, что ухитрился уломать меня на такое дело. — Поженились-разбежались, дело житейское, нормальное, вполне естественное, никто и слова худого не скажет.
Однако же… В Темной Империи, между прочим, на разводы смотрят весьма отрицательно. А здесь, оказывается, это почти норма! Вот тебе и Светлая Империя…
К вечеру (бал должен был начаться, когда солнце наполовину сползет за далекий горизонт) мы с Иннатой, пребывавшей в состоянии нездорового возбуждения, приняли ванну, помогли друг другу с прическами, платьями и вуалями и в результате выглядели как Императрицы: она — Светлая, я — Темная. Во всяком случае, так казалось лично мне (я не хвастлива, но такую красавицу, как я, не испортить даже страшному платью и мерзкой вуали). Когда я высказала эту мысль вслух, девчонка с жаром поддержала ее с маленькой поправкой — дескать, мы не Императрицы, мы еще красивее. Ну тут-уж я спорить не стала.
В моих ушах покачивались подвески с изумрудами, полученные за молчание от дочери купца. Они отлично сочетались с цветом платья, шли к моим глазам и своим тихим бряцанием настраивали на веселый, легкомысленный лад. Вот если бы еще колечко к ним… Зря, ох зря я от него отказалась, а теперь-то уже вздыхать и сожалеть поздно.
Мужская часть делегации тоже принарядилась. Мой «муж» красовался в роскошном темно-зеленом костюме, прекрасно гармонирующем с моим платьем, Айрэк надел почти такой же, только серый наряд, зато Айлайто вырядился в нечто невероятно красное, почти пунцовое, и казался объятым пламенем. Как хорошо, что я выбрала себе в качестве временного супруга Шерринара — он-то, в отличие от эльфа, выглядел весьма достойно, представительно и даже, не побоюсь сказать, красиво. Не будь он таким светлым — можно было бы смело влюбляться!
К резиденции родственников Айлайто двинулись пешком. А иначе бы и не получилось: мы с Иннатой, в длинных вечерних платьях и на высоченных шпильках, попросту не смогли бы сесть в седла, а никакого экипажа, разумеется, у нас и в помине не было. При желании, конечно, можно было бы найти наемную коляску, но особого смысла в этом лично я не видела, и все остальные со мной согласились: дороги были запружены до предела, то тут, то там возникали пробки — казалось, все население Лайлэры торопилось на бал в эльфийскую резиденцию, так что пешеходы зачастую двигались быстрее, чем всадники или пассажиры экипажей, а уж нервов тратили и подавно меньше.
До места мы дошли довольно быстро, благо гостиница находилась всего в двух кварталах от эпицентра празднований этой ночи. Огромный особняк в глубине парка сиял огнями — как обычными факельными, так и магическими, созданными умелыми искусниками. Я мечтательно покосилась на высоченные кованые ворота в ограде — вроде бы ажурной и ненадежной, а на самом деле защищенной мощнейшими заклинаниями, — и подумала, что сама не отказалась бы пожить в таком роскошном месте. Может присмотреться повнимательнее к как-то странно печальному и насупленному Айлайто? Ведь небось его родственнички, проживающие в столь огромном особнячке, выделят склочному блондинчику и его супруге уголок… Тьфу, что за ерунда в голову лезет?!
Резиденция и впрямь была весьма и весьма примечательна. Празднования предполагались и в доме и в саду, так что еще на пути к крыльцу я, несмотря на первоначальный скептицизм, вскоре почувствовала сильнейшее желание разорваться на части и бежать во все стороны одновременно, дабы ничего не упустить. Но Шерринар, основательно взявшийся за свои «мужнины» обязанности, цепко держал меня под локоть, а на все попытки вырваться отвечал только усилением хватки и тихим негодующим шипением.
Перед крыльцом Шерринар вообще притормозил, заботливо поправил мою вуаль, тщательно следя, чтобы тонкая сетка прикрывала меня ото лба до декольтированной груди, и тихо попросил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
