– Что еще за круг такой?
– Круг силы. Раньше я, как и остальные, не был в него включен. Круг – это когда, убивая врага, получаешь его силу. Старший оставил мне жизнь и взял под свое покровительство. Он сам входит в круг – значит, теперь в него вхожу и я. Если убить меня теперь, мой враг получит мою силу.
– Понятно. – Готас помолчал. – Ты можешь чувствовать, что сейчас делает господин?
– Сражается с кем-то из Старших. Он сильный. Очень сильный.
Бес почувствовал, что над ним кто-то склонился. Он открыл глаза и встретил взгляд лаборанта. Тот рассматривал его как какую-то диковинку.
– Ты разговариваешь с паразитом? – поинтересовался лаборант.
Готас молча кивнул.
– Он чувствует лорда Януса? – В глубине глаз этого беса разгоралось нетерпение.
– Да. Он говорит, что господин где-то с кем-то сражается. Он называет его так же. Старший сражается со Старшим.
Лаборант выпрямился, вцепившись в собственный подбородок узкими пальцами. Но вот он вновь обратился к Готасу:
– Я сейчас позову Тамира, адъютанта лорда. Вы оба ответите на его вопросы. Как можно подробнее. Я уже несколько растерял навык правильного допроса. И впервые жалею об этом. Слишком мало приходится общаться, все чаще ко мне попадают очень молчаливые подопечные.
С этими словами он развернулся и вышел из лаборатории.
– Он страшный, – тихо сообщил Рик.
– Все боятся бесов из лабораторий лорда Януса, – заметил Готас. – И правильно делают. Неправильно бояться их больше, чем господина.
– Старший намного страшнее, – отозвался паразит-тень. – Он хорошо притворяется.
– Правильно мыслишь, мальчик.
– Я не мыслю, я так его вижу.
Тамир внимательно выслушал Самара. Они выросли в одном питомнике и потом долго вместе служили в свите лорда, пока сам Тамир не стал адъютантом, а Самар получил должность помощника в лабораториях господина.
Адъютант перекинул с плеча за спину свою красную косу и решительно шагнул за дверь лаборатории. Если Самар прав, у них есть шанс. Что бы там ни задумали император и лорды, солдаты лорда должны позаботиться о том, чтобы их господин вернулся к ним живым и здоровым. Лорд заботится о своих подчиненных, а подчиненные заботятся о своем лорде. Как-то все они привыкли к такой мысли за время службы у лорда Иллюзий.
– Готас? – Он смотрел на прикрученное к столу тело беса.
– Грас Тамир? – Темные глаза обратились в сторону говорящего.
– Самар рассказал мне о некоторых особенностях твоего паразита. Ты можешь ответить на некоторые вопросы?
– Конечно, грас Тамир. Я могу на время уступить место Рику, и он сам ответит на все ваши вопросы.
Адъютант с интересом наклонил голову:
– Это щедрое предложение. Скажи, ты будешь присутствовать при разговоре?
– Да, грас Тамир.
– Тогда я прошу тебя, уступи место Рику. У меня к нему есть несколько вопросов, а потом я хотел бы выслушать твое мнение по поводу нашего с ним разговора.
Бес внезапно улыбнулся:
– Знаете, грас Тамир, вы вдруг напомнили мне господина.
– Ничего удивительно, – пожал плечами адъютант. – Я при нем восемь лет, поневоле нахватаешься.
– Понимаю, – сказал воин. – Я уступаю место Рику.
Через какое-то мгновение глаза его изменили выражение и с некоторой опаской уставились на Тамира, разглядывая его.
– Рик? – поинтересовался для проформы адъютант лорда.
– Д-да...
– Скажи-ка мне, Рик...
Допрос начался.
Спустя три часа Тамир устало сообщил:
– Это все, Рик. Пусть тебя сменит Готас.
– Я больше не нужен? – Дрожащий голос.
Кажется, адъютант сильно напугал это создание.
– Нет. Пока отдыхай. Готас!
Бес глубоко вздохнул. Тамир про себя отметил, как разительно меняется выражение лица, когда личности сменяют друг друга.
– Грас Тамир... – Интонации тоже отличались. – Я понимаю, к чему вы вели...
Тамир сделал утвердительный жест; глупо было бы рассчитывать, что опытный воин не увидит направленность вопросов. Это упрощало задачу.
– Скажи мне, этому Рику ты сможешь довериться?
– Нет, грас, – честно ответил Готас. – Но ради своего Старшего он многое готов сделать. Особенно пока не убьет свою первую жертву.
– Почему?
– После первых жертв начинает закрепляться его право присутствовать в круге силы. Если господин умрет до того, как Рик закрепит свое право, тень может его лишиться.
– Понятно. Ты согласен на мой план?
– Я да. Но как мы попадем туда, где сейчас господин?
– Есть у меня одна зацепка, – тихо ответил бес. – Если все получится, нас переправит сам император.
Готас помолчал, а потом почти с благоговением заметил:
– Ты такой же сумасшедший, как повелитель.
– Спасибо, – несколько рассеянно ответил адъютант лорда, явно погрузившись в какие-то свои мысли.
Рубин поднял голову, удивленно глядя на Тару, бесовку, которую приставил к нему Суран. Девушка выглядела слегка встревоженной и комкала в руках минуту назад полученное послание.
– Свидание не состоится? – насмешливо поинтересовался он.
Бесовка бросила на него пронизывающий, холодный взгляд, явно подхваченный у своего императора:
– Это не любовное послание.
– Но как минимум просьба о встрече. – Бывший император откинулся на спинку кресла. – Однако ты не знаешь, как на него реагировать, потому что встречаться тебе придется в моем присутствии. Ты же не можешь прийти к Сурану и попросить его посидеть со мною, чтобы ты могла сбегать на свою неотложную встречу.
Тара вспыхнула. Но Рубин был демоном, а она всего лишь бесовкой, пусть и невероятной мощи и силы.
– Это послание от адъютанта лорда Януса. Он просит о встрече, так как я имею доступ к императору. А у него есть какие-то соображения относительно его господина...
Рубин медленно поднялся на ноги:
– Дай-ка свою записку.
Девушка протянула бумагу. Кринит вгляделся в аккуратные строчки. Каким образом бесы Януса поняли, что с их господином случилась беда? И почему отреагировали именно так? Они готовы дойти до самого императора, рискуя жизнью, чтобы вернуть своего лорда. Это ненормально для отношений демона и бесов.
– Лорд Янус – очень сильный повелитель, – тихо прозвучал голос бесовки. – Его подчиненные знают, что он страшен в гневе, очень жесток, когда это необходимо, но он никогда не предаст тех, кто ему доверился. И очень многие его подчиненные готовы отдать за него жизнь. Я слышала, что даже дикие приходят в армию, едва услышав его имя.
Рубин удивленно взглянул на Тару:
– Ты влюблена в Януса?
Лицо бесовки заледенело.
– Уникальный демон, – пробормотал кринит. – Я до сих пор не встречал таких, чтобы в них влюблялись бесы, да еще столь поэтично их чуть ли не воспевали. У Сурана очень необычная команда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
