Я находился на левом крыле Брянского фронта. До нас доходили отдаленные громовые раскаты. В те дни мы с напряженным вниманием читали оперативные сводки о событиях на Курской дуге. Затаив дыхание, слушали по радио сообщения Совинформбюро. Продвижение вражеских войск в первые дни битвы вызывало тревогу... На левом крыле Брянского фронта противник тоже перешел в наступление. После сорокапятиминутной артиллерийской подготовки под прикрытием дымовой завесы немецкие части стали наступать в районе Березянка, Дорогое, Александровка. В первые часы боя гитлеровцам удалось потеснить подразделения 41-й стрелковой дивизии 63-й армии. На отдельных участках вражеская пехота и танки вклинились на два-три километра в глубь нашей обороны.
В полосе 63-й армии находился 313-й гвардейский минометный полк майора Д. Н. Орлова. Этот полк поддерживал оборону 287-й стрелковой дивизии и находился на выжидательных позициях. Как только Орлов узнал о начале вражеского наступления на соседнем участке, он, не ожидая распоряжения командования, по своей инициативе объявил полку боевую тревогу. Дивизион капитанаИгнатова был послан на участок соседней 41-й стрелковой дивизии, где уже шел бой, дивизион капитана Павленко — на участок 287-й стрелковой дивизии. Третий дивизион остался в резерве.
Дивизион Н. У. Игнатова, с которым выехал заместитель командира полка майор М. М. Коломиец, имел заранее разведанные маршруты и выбранные огневые позиции. Через 45 минут он, совершив тридцатикилометровый марш, занял боевой порядок и в 7.00 дал залп по атакующей пехоте врага. Неожиданный залп «катюш» вызвал замешательство в рядах противника.
К 12.00 5 июля от огня «катюш» и артиллерии гитлеровцы потеряли не менее шестисот человек и отошли на исходные позиции. В последующие дни фашисты на этом участке активных действий не предпринимали.
9 июля войска Центрального фронта остановили наступление гитлеровцев, вклинившихся в глубь нашей обороны на десять — двенадцать километров. На душе стало спокойнее. Было похоже, что враг начал выдыхаться. И июля мы уже знали, что и на Воронежском фронте наступление противника остановлено. Там ценой колоссальных потерь фашистам удалось продвинуться на тридцать пять километров.
К нам на Брянский фронт прибыл заместитель Верховного Главнокомандующего Маршал Советского Союза Г. К. Жуков. Пришло и наше время переходить в контрнаступление.
По замыслу Ставки войскам Брянского фронта предстояло прорвать оборону противника в трех местах: на правом крыле фронта — на участке 61-й армии генерала П. А. Белова, в центре — на участке 3-й армии генерала А. В. Горбатова и на левом крыле фронта — на участке 63-й армии генерала В. Я. Колпакчи.
Войска 61-й армии наносили удар на Болхов, а войска 3-й и 61-й армий — на Орел.
В соответствии с планом артиллерийского обеспечения прорыва гвардейские минометные части распределялись следующим образом: 61-ю армию поддерживали 2-я дивизия, 310-й и 311-й полки, 3-ю армию — 8-я бригада, 85-й и 312-й полки, 63-ю армию — 3-я дивизия, 313-й и 93-й полки.
Чтобы преждевременно не раскрывать направление главного удара наших войск, вывод частей в район боевыхпорядков производился только ночью, накануне наступления. Некоторым полкам пришлось совершить марш до ста километров. К началу операции все полки имели запас снарядов на двенадцать залпов, а бригады — на два.
11 июля полки ГМЧ совместно с артиллерией поддерживали боевые действия разведбатальонов, а 12 июля началось артиллерийское наступление, в котором участвовало два артиллерийских корпуса прорыва и отдельная артиллерийская дивизия.
Гвардейские минометные части применялись на наиболее ответственных направлениях, усиливая огонь артиллерии. После мощной артиллерийской подготовки, прорвав оборону противника на всех трех намеченных участках, наши части перешли в наступление.
Войскам Брянского фронта нужно было прорвать сильно укрепленную и глубоко эшелонированную оборону немцев, которая создавалась в течение полутора лет. Особенно прочной была она на болховском направлении, в полосе наступления 9-го гвардейского стрелкового корпуса 61-й армии. Передний край обороны фашистов проходил по восточным окраинам Крутогорья, Толкачева, Кривцова-1 и далее по реке Ока. Эти населенные пункты враг превратил в мощные узлы сопротивления, насыщенные огневыми средствами. Внутри оборонительной полосы были проволочные заграждения, минные поля, надолбы и рвы, хорошо организованная система противотанкового огня. Глубина оборонительной полосы достигала 15–20 километров.
...На правом отвесном берегу Оки раскинулась деревня Толкачево. Ока в этих местах мелкая, быстрая. Левый берег — весь в золотых песках. Деревня Толкачево была превращена гитлеровцами в мощный узел сопротивления. Здесь оборонялись 112-я и 208-я пехотные дивизии противника. Вражеские солдаты и офицеры засели в блиндажах и убежищах с перекрытием в двенадцать — пятнадцать бревен, засыпанных землей. Траншеи имели многочисленные ходы сообщения.
В наших руках находился небольшой плацдарм на левом берегу Оки. С него 11 июля была проведена разведка боем, которая еще раз подтвердила прочность толкачевского узла. Боевые действия усиленных разведывательныхотрядов, несмотря на мощную танковую и артиллерийскую поддержку, успеха не имели.
Но Толкачево — это ключ к Болхову. Без разрушения толкачевского опорного узла 61-я армия не могла взять Болхов.
Артиллерийское обеспечение наступления на этом участке фронта возлагалось на 7-й артиллерийский корпус прорыва, которым командовал генерал П. М. Корольков. Разведка боем показала, что Толкачево — крепкий орешек и за относительно короткое время артиллерийской подготовки уничтожить имеющиеся там сооружения не удастся.
Для разрушения толкачевского узла сопротивления было решено привлечь 2-ю гвардейскую минометную дивизию генерала Тверецкого. Но тут сразу же возник вопрос: каким образом за сутки перебросить сюда все три ее бригады, причем так, чтобы они успели занять огневые позиции? Правый берег — высокий. С него противник довольно глубоко просматривал нашу оборону. В то же время дальность стрельбы М-30 всего 2,8 километра. Значит, огневые позиции надо выбирать в полутора-двух километрах от переднего края.
Задача не из легких. За несколько часов короткой летней ночи нужно было перебросить всю технику, более пятисот тонн снарядов. Под носом у врага должны были курсировать около трехсот автомашин. И все это предстояло проделать незаметно, иначе противник мог накрыть бригады минометным и артиллерийским огнем и помешать им выполнить боевую задачу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
