— Нет, я с Земли.
Лицо мужчины посуровело.
— Планетянин! Твое место не здесь, улитка! Для обладателей карточек «В» есть свой ресторан!
— Но у меня карточка «А»! Вот она! — Тинкар вытащил из кармана карточку.
Официант схватил ее, недоверчиво изучил.
— Действительно! Стало быть, теперь планетяне говорят на межзвездном!
— Мы сами его и создали, еще во времена Килоса II Славного!
Лицо мужчины исказила гримаса, его товарищи подошли ближе.
— Килоса Славного! Ты хотел сказать: Килоса шелудивого пса, убийцы!
— Я не позволю оскорблять основателя Империи!
— Твоя империя далеко, ползучая тварь! Чем раньше ты ее забудешь, тем будет лучше для тебя!
В разговор вмешался один из стоявших рядом:
— Оставь его, Йорг! Он ничего не знает! Все они так себя ведут вначале, откуда бы ни явились — из Империи ли землян, из Конфедерации или же с какой-нибудь свободной планеты. Все больны себялюбием!
Он обратился к Тинкару:
— Вы хотели поесть, землянин. Выбирайте, платите, ешьте и проваливайте!
Тинкар сдержался. В конце концов, он был обязан жизнью этим людям, пусть даже они считали его поганым животным. Ему следовало выждать, адаптироваться, изучить мир, в который он попал. И лишь потом действовать.
Непритязательный во вкусах — в Гвардии не поощряли гурманства, — он наудачу взял кусок жареного мяса, зеленое желе, странного вида фрукт, заплатил 40 сателларов и уселся за пустой столик. Пища оказалась вкусной и намного превосходила ту, к которой он привык.
За соседним столиком заканчивали обед два молодых человека и темноволосая женщина. Мужчины были в темных коротких туниках, перехваченных в поясе, женщина — в более длинной тунике ярко-красного цвета. Брюнетка с бронзовыми отблесками в волосах, она была очень красива.
— Значит, — говорила она голосом столь громким, что было очевидно: ей совершенно все равно, что ее слышит весь зал, — Тан Экатор, как я поняла, выдал этой улитке карточку «А»? Ну подождите, вот соберется Большой Совет…
— Он имеет на это право, Орена. Ни одна статья хартии не запрещает этого. Все, что ты можешь сделать, так это проголосовать против него, если все еще будешь на борту «Тильзина» через два года.
— Право! Право! У вас на устах только это слово! Текнор оскорбляет нас, выдавая карточку «А», карточку галактианина, планетянину, а вы только и твердите, что он имеет на это право! Ты мне противен, Олиеми, и ты тоже, Дарас!
Она повернулась к Тинкару:
— А ты что об этом думаешь, брат? Как, по-твоему: в каком-нибудь другом городе, а не здесь, на этом вонючем «Тильзине», галактиане стерпели бы подобное оскорбление? Не возмутились бы?
Он не ответил, раздираемый яростью — оттого, что его в очередной раз назвали улиткой — и смущением.
Женщина не отставала:
— И ты — тоже? Откуда ты? Я тебя никогда не видела! Новенький?
Он молчал.
— Что, мпфифи откусили тебе язык? Или, — она вкрадчиво посмотрела ему в глаза, — ты просто боишься высказать собственное мнение?
Тинкар пожал плечами и встал. Ему не стоило ввязываться в ссору, которая его не касалась, хотя косвенно и была вызвана его появлением. Брюнетка вскочила с места, загородила ему дорогу. Лицо ее раскраснелось от гнева.
— Не думай, что тебе удастся смыться! Когда я задаю вопрос, то хочу получить ответ!
— Довольно, Орена, — отрезал один из мужчин. — Закон галактиан…
— Да пошел ты к Рктелю со своим законом! То и дело цитируя его букву, вы забываете его дух!
Тинкар попытался отстранить ее от себя. И тут же получил сильнейшую пощечину.
До этого мгновения он сдерживался изо всех сил, хотя его гордость звездного гвардейца и была уязвлена оскорбительными словами, произнесенными женщиной. Но тут он рассвирепел — не столько от боли, сколько от ярости. Его левая рука дернулась к отсутствующему фульгуратору. И тотчас же непроизвольно сработала правая. Женщина скользнула по столу и рухнула на пол, увлекая за собой пластиковые тарелки и стаканы. Он замер в напряженной позе, ожидая нападения двух мужчин. Тот, что повыше, медленно встал из-за стола.
— Ты с ума сошел, брат? Разве не знаешь, что мужчина никогда не должен бить женщину!
— Она меня…
— Орена несносна, согласен с тобой! Но закон есть закон, и можешь быть уверен, она потребует своего права!
— Своего права? — удивленно переспросил Тинкар.
— Неужели в твоем городе иные обычаи? Здесь вас двоих оставят наедине в Большом Парке. Но у нее будет десять патронов, а у тебя один, и кроме того, одна твоя рука будет привязана к телу!
Какой-то мужчина раздвинул круг любопытных и встал перед Тинкаром. Тот узнал в подошедшем одного из официантов.
— Ну хватит, земная вошь! Мотай отсюда, да побыстрее!
Круг тут же сомкнулся.
— Планетянин?
— Ну да! Тот, которому дали карточку «А»!
— Выбросить его в космос!
— Нет, отправить в экспериментальные клетки!
— В трансформатор материи!
— Дайте Орене воспользоваться своим правом, она еще ни разу не промахнулась!
— Еще бы, всегда стреляет в живот!
У ног мужчин появилась голова с короткими взъерошенными волосами, с синяком под глазом и кровоточащим распухшим носом. Орена вскочила на ноги и застыла перед Тинкаром.
— Ты очень быстр, планетянин! Оставьте нас! Я оскорбила его, не зная, кто он, и получила по заслугам. Ему, по крайней мере, хватает смелости поступать согласно своей натуре.
Она скривилась, сплюнула сгусток крови.
— Но вот бьешь ты слишком сильно! — Брюнетка посмотрела на него с интересом. — Не знаю, может, я все же и воспользуюсь своим правом! Хотя нет! Эти придурки только получат удовольствие от нашей схватки, хотя самим им не хватает мужества поучаствовать в игре! Пошли со мной!
Она схватила Тинкара за руку и потянула за собой.
— Пошли, пошли! Хочу поболтать с тобой в более спокойном, чем это, месте.
Она отвела его в небольшой парк, усадила рядом с собой на скамейку.
— Что ж, это научит меня смотреть на тех, кто сидит рядом, когда я говорю, — произнесла она с задумчивым видом. — А теперь я задам тебе несколько вопросов. Первый такой: почему текнор выдал тебе карточку «А»?
— Текнор?
— Тан Экатор!
— А, ваш командир… — Тинкар переваривал случившееся и никак не мог сосредоточиться.
— Только технический, поэтому его так и называют, — объяснила Орена. — Таков принцип. Чтобы город жил и функционировал, нужен человек, координирующий деятельность всех остальных, всего этого единого целого. Но этим его полномочия и должны ограничиваться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
