— Мы… Что нам теперь делать? — Рута смотрела только на Хельдера, словно никого больше в коридоре и не было.
Пришлось ему изображать начальника экспедиции.
— Идти вперед. Все в состоянии? — Вопрос был чисто риторическим, а потому ответа Хельдер дожидаться не стал. Галантно протянул руку Руте: — Пойдем?
Та кончиками пальцев, как во время тура вальса, коснулась кожи Крапчатого и выдавила слабую улыбку:
— А есть выбор?
— Кто-то начитался бульварных романов, — зло буркнула Имке.
Рута покосилась на нее, но сестра Хельдера сделала вид, что рассматривает стену.
Майя молчала. Ее сейчас радовало только одно: что новая знакомая не вешается на шею «принцу», который ей не принадлежит. Все остальное — учитывая, что галлюцинация оказалась правдой, студентка попала в параллельный мир и совершенно неизвестно, когда вернется обратно, — было абсолютно не важно.
Хельдер подбросил созданный им огонек, и крошечный комок света завис над левым плечом. Искры разлетались в разные стороны, чудом не подпалив ни одной панели. Нужно было идти вперед.
Крапчатый понятия не имел, как там себя чувствуют его спутники, а вот самому ему идти было тяжко. Мало того что на него всем своим весом опиралась Рута, — чтоб ей каждый день с острова прыгать! — так еще и приходилось поддерживать свой огонек, а это, учитывая общее состояние Хельдера, отнимало много сил.
Адаму было не легче. Пусть у него перестала кружиться голова, но сейчас парня бросало то в жар, то в холод, словно он простудился.
У Руты болела нога. Идти было тяжело.
Пожалуй, нормально сейчас себя чувствовали только Майя и Имке. Именно они и заметили, что обстановка опять изменилась: под ноги девушкам упал откуда-то сверху непонятный комок.
Имке изумленно отступила на шаг, а Майя наклонилась, подняла свою находку и удивленно на нее уставилась: на ладони у девушки лежала шляпка гриба. Студентка потыкала пальцем в пластинчатую часть шляпки, словно это могло объяснить, откуда взялась такая странная штука.
Имке меж тем вскинула голову, надеясь рассмотреть, откуда мог упасть гриб, но, к сожалению, того небольшого количества света, который давал созданный Дериком огонек, было недостаточно, чтобы понять, есть ли что-то на потолке.
Майя вновь ковырнула ногтем гриб, а Хельдер, успевший уже пройти с Рутой немного вперед, остановился и оглянулся:
— Где вы там застряли?
Эта короткая фраза послужила каким-то спусковым крючком: шляпка на ладони у Майи налилась ровным алым светом, а над головой крошечными багровыми лампочками вспыхнули растущие на потолке грибы.
Девушка от неожиданности охнула и выронила находку.
Грибы вспыхивали один за другим, и свет распространялся дальше по коридору, вырисовывая проход, уходящий куда-то вдаль. Серебристые панели на стенах, окрашенные от этого диковинного освещения в алые тона, казались какими-то нереальными, мультяшными. Казалось, тронь их пальцем, и они или осыплются битым стеклом, или окажутся проницаемыми, как водяной туман с лазерным рисунком.
— Только этого не хватало! — мрачно буркнул Хельдер.
Он прекрасно помнил, где в предыдущий раз видел такие светящиеся грибы.
У него не было ни малейшего желания идти в радужную пещеру. Хельдеру сейчас больше всего на свете нужно было найти ловушки, а не бегать от веретенниц, невесть как попавших на Запретный остров, и распугивать Глазунов.
Проблема, правда, заключалась в том, что освещение подавалось только в одну сторону коридора. Та часть прохода, через которую путешественники уже прошли, оставалась все такой же мрачной. Грибы светились над головой и перемигивались впереди — окрас их становился то светлее, то темнее, а вот сзади… Уже за спиной у Адама ничего-то разглядеть было нельзя.
— Кажется, нас приглашают в гости, — мрачно буркнул Адам, и Хельдер автоматически, раньше, чем понял, кому он отвечает, в тон ему продолжил:
— Только хозяев там нет.
— Что?! — Рута удивленно покосилась на своего спутника.
Крапчатый закусил губу: в его планы совершенно не входило рассказывать кому бы то ни было о своем знакомстве с Первым, если это действительно он. Все, на что сейчас хватило Хельдера, это выдавить слабую улыбку:
— Забудь.
Высокий ворс ковра на полу смягчал боль в раненой ноге, а потому Рута смогла себе позволить не так сильно опираться на Хельдера.
Коридор извивался как змея. Хоть ответвлений не было — не пришлось выбирать, куда идти. Правда, по воспоминаниям Крапчатого, в прошлый раз тоннель был короче, идти пришлось меньше.
Наконец впереди показалось новое свечение — для разнообразия не пугающе багровое, а обычное белое, словно кто-то зажег несколько банальных лампочек. Путешественники, несмотря на свое плохое самочувствие, ускорили шаг. Что бы там ни ждало их впереди, чем скорее оно произойдет, тем лучше.
Как и в прошлый раз, это была пещера: ковровая дорожка обрывалась перед самым входом в нее. Как и в прошлый раз — с грибами на потолке и радужным полом. Как и в прошлый раз — у одной из стен удобно расположилась куча фиолетового желе, удивленно моргающего десятком глаз с огромными пушистыми ресницами.
Хельдеру безумно захотелось предложить Майе взять под ручку ворона, вытащить его на середину пещеры и повыть: «Это галлюцинация, я все это придумала!» Ворона перед выполнением этого смертельного номера нужно будет оглушить.
— Ну? Что стоим? — мрачно поинтересовался Крапчатый. — Ищи свой кулон.
Сам он предпочел бы обнаружить пару-тройку ловушек, как это в прошлый раз сделала Майя, но, вероятнее всего, это будет не скоро.
Адам медленно шагнул вперед:
— А он здесь?
— Ты у меня спрашиваешь, пернатый? Твои побрякушки, ты их и ищи.
Ворон уже был готов подчиниться, но в последний миг вспомнил:
— А это? — Короткий кивок в сторону желе. — Оно безопасно?
— Глазуны на людей не кидаются, — отрезал Хельдер. — Ищи свой кулон, и заканчиваем эту комедию.
Глупо пытаться найти что-то в помещении, где нет ничего. Пол в пещере был абсолютно ровный, никаких камней, завалов, сталактитов — ничего такого, за что мог завалиться потерянный кулон. Соответственно, если даже предположить, что это была та самая пещера, в которой Майя выбросила подвеску, сейчас она могла быть только где-то рядом с эти желеистым глазуном. Ну или под ним.
Самым противным во всем происходящем было мельтешение красок на полу. Радужные разводы, сходящиеся в общем кружеве, переплетающиеся, движущиеся волнообразно, хаотично, отвлекали, мешали сфокусировать взгляд, а у Руты от них голова начинала кружиться. Она пыталась первое время следить за направляющимся к глазуну вороном, но в итоге сглотнула комок, застрявший в горле, и отвела взор — смотреть на горящие под потолком грибы было безопаснее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
