Читаем без скачивания Под прикрытием - Александр Афанасьев

Сэр Джеффри Ровен, Монах, вернулся к столу. В лицедейство сэра Кристиана он снова не поверил.

– Послушай, Кристиан, – сэр Джеффри говорил тихо, но предельно убедительно, – ты можешь кормить этим дерьмом аудиторов, налоговую службу, Палату Общин, но только не меня… «Трудно будет отстаивать такие траты перед бюджетной комиссией…» Так не отстаивай! Тебе назвать, в каких банках вы храните подношения от торговцев оружием? От бизнесменов за всякие щепетильные услуги? Назвать или сам припомнишь?

– Но ты, по крайней мере, можешь хоть намекнуть, зачем тебе такая сумма?

– Я сказал: на запасной вариант! Если я расскажу про него тебе – это будет то же самое, что и написать о нем в передовице «Таймс». Запасной план должен знать только я один. Иначе это будет просто еще один план, вот и все…

– По крайней мере он сработает?

– Сработает. Хотя очень не скоро, на него могут потребоваться годы. В истории не было еще случая, чтобы этот план не сработал…

Сегодня у меня выходной.

Нет, вы не поняли важности этого сообщения – того, что у меня выходной. Это вам так просто кажется – пять дней отработаешь, два отдыхаешь, снова пять отработаешь – два отдыхаешь. Просто и понятно – после того, как отработал пять дней, ты имеешь право два дня отдохнуть. Да только вот суперинтендант положил на мои права с высокой шотландской башни! А заодно и террористы – они вообще любят устраивать теракты в выходные. Потому что в выходные на улицах много народа, магазины переполнены, а полиции как раз – меньше. Больше потенциальных жертв и меньше полиции – рай для террориста! Как-то раз я подсчитал, сколько дней за месяц я отдохнул. Получилось – два дня. Честное слово, когда я сюда приехал – ожидал любой подлянки, но не того, что меня, не говоря при этом ни слова, загрузят, как ишака, и будут гонять в хвост и в гриву.

Но если наконец-то мне выдался выходной – первый после череды тех безумных дней, когда мы пытались отыскать расстрелявшего патруль снайпера, плюс разбирались с другими делами, столь щедро наваливаемыми на Особый отдел – грех им не воспользоваться. И воспользоваться надо с умом – выехать как можно дальше из города, чтобы снова не дернули на работу.

А посему мы взяли мою машину, я одолжил кое у кого палатку, и мы выехали аж за Ларн, прямо на берег Северного канала…

– Мэрион! – позвал я. – Мясо скоро будет готово!

Мэрион успела ускакать уже далеко – поднялась на утес, возвышающийся почти на пятьдесят метров над волнами. Шум прибоя там был страшный, море сегодня неспокойное. Услышав меня, она обернулась и помахала мне рукой – скорее всего, ничего не поняла из того, что я сказал. Просто помахала мне рукой и улыбнулась. Ее рыжие волосы нещадно трепал ветер, и сама она была похожа на готовую улететь птицу…

Мэрион…

Мэрион Донахью, двадцать пять лет. Студентка последнего курса Королевского университета Белфаста, известного рассадника экстремизма и вредных теорий. Учится в школе социологии, социальной политики и социальных работ – это здесь так называются факультеты. Естественно, с самого первого курса связалась с коммунистами, начиталась Троцкого с его теориями перманентной революции, Бакунина, других авторов, призывающих к массовым беспорядкам. А отсюда – прямая дорога в ИРА, куда она успела завербоваться. Верней, не в саму ИРА, в одну из ее молодежных организаций – «Движение в будущее». Вот я и… провожу воспитательную работу, пытаюсь всеми способами столкнуть эту чертовски привлекательную и безусловно умную девушку с ведущей в пропасть дороги. Пока в основном безуспешно. Педагог из меня, признаюсь – так себе…

Когда я приехал сюда и поближе познакомился с местной действительностью, с молодежью, меня поразило то, насколько они восприимчивы к тому бреду, который несли Троцкий, Бакунин и иже с ними. Мы, в России, едва не свалились в пропасть, но переболели. «Веселого» шестнадцатого года с расстрелами на месте и трупами, которые собирали в поленницы на тротуарах, чтобы потом забрать и вывезти, нам хватило. Теперь у нас Ленина, Троцкого и иже с ними не запрещают, нет. Их работы проходят в гимназиях, на уроках истории, разбирая их вредоносную и антигосударственную сущность.

Ладно, пока мясо жарится, ударюсь немного в теорию. К чему призывают анархисты? К анархии, которая вроде бы – мать порядка. Какая-такая мать-перемать порядка? Ведь что такое государство? Государство – это когда большая группа людей – настолько большая, что управлять ею без государства уже не получится, объединяется для того, чтобы жить на какой-то земле, защищать ее и делать что-то, что под силу только им всем вместе, а не каждому в отдельности. Анархисты же предлагают все разрушить, а потом якобы само по себе все образуется. Ну, не глупость ли это – каждому более-менее умному человеку понятно, что само по себе ничего не образуется – кроме неприятностей, вот они и впрямь образовываются сами по себе.

Теперь либералы – с их прекрасными теориями. Чего они хотят? Власти выборной, чтобы не монарх, а президент? Прав и свобод граждан? Ну, давайте поговорим и об этом…

В теории-то оно, конечно, хорошо – ответственность перед народом, все такое. Но это в теории. А на практике получается – наша Академия наук провела исследование – подсчитала количество чиновников на душу населения и сравнила это с политическими режимами в разных странах. И получилось, что чем либеральнее режим – тем больше на душу населения чиновников. Например, в САСШ, которые многие выставляют как образец для подражания, чиновников втрое больше, чем в «кровавой романовской диктатуре» – это я уже местные штампы выучил наизусть.

Почему так? Все очень просто. Кто в САСШ главный? Президент, он находится у власти четыре или восемь лет, по сути над чиновниками властвует такой же чиновник. Если во главе страны чиновник – то он и будет себя вести, как чиновник – дорвавшись до власти, станет думать только в пределах того срока, на который его избрали. И, конечно же, попытается набить карман, пока это возможно. А вот у нас, в России, абсолютная монархия – хотя не совсем абсолютная, монархом дарованы всем своим подданным определенные права и свободы – и поэтому государь содержит чиновников из собственного кармана. Значит, он заинтересован в том, чтобы их было как можно меньше, а работы при этом они выполняли как можно больше. А те функции государства, которые можно передать разным народным объединениям – например, купеческим гильдиям – они и передаются, потому что купеческие гильдии исполняют их сами и за свой счет.

Поэтому-то в России в три раза меньше чиновников. Кроме того – есть большое количество казенных предприятий, они тоже дают доход в казну государства. И, кроме того, все, что называется именем Его Императорского Величества, содержится за его же счет, за счет министерства уделов.

Именно поэтому, сам тому свидетель, те бизнесмены – так у них называются купцы – которые приезжают к нам из САСШ, удивляются, насколько у нас низкие налоги. Более того – могу добавить, что и собрать их очень просто, потому что за правильным сбором податей следят купеческие гильдии, а проверять купцов почти не проверяют. Это не то что в САСШ, – чтобы заплатить подати, надо заполнить листов под сто, а потом еще проверять придут. В основном у нас облагаются податями разные товары – например, спиртное, сигареты, все импортные товары, автомобили, а налоги с оборота, с дела, так малы, что проще их честно заплатить, чем рисковать тем, что вылетишь из купеческой гильдии за нечестность.

Точно так же у нас намного меньше судов – мало кто с кем судится. Здесь это тоже подается как пример царящего беззакония. На самом деле, если ты занимаешься каким-то купеческим промыслом, торговлей, состоишь в гильдии и тебя поймали на нечестности – гильдия без всякого суда занесет тебя в черный список, и больше никто и никогда не будет иметь с тобой дела, потому что ты нечист на руку. Гильдия же в основном разбирает третейским судом споры между ее участниками, не доводя дело до государственных судов. Поэтому государственных судов так мало – они не востребованы. Это не то что в САСШ, где судятся по поводу и без – там, например, существуют юристы, которые придумывают дела на ровном месте, просто для того, чтобы не желающий судиться купец заплатил отступное. Если бы у нас такое было – государь быстро это прекратил бы своим именным указом.

Теперь коммунисты. Кто там должен управлять государством – рабочие и крестьяне? А это как? Все вместе? По очереди? Выборные – а как выбирать будем? А какая гарантия, что тот, кого выбрали на какое-то время, по истечении срока не захочет на своем месте остаться? А как быть с тем, что для управления государством нужны знания – а откуда им взяться у рабочих и крестьян?