Сам командир, честно говоря, был похож на вырядившегося в шипованную броню панка и клоуна одновременно. Лишь ощущение ужасающей мощи, исходившее от него, заставляло меня держаться настороже. Хоть я и не намеревался с ним играть, как в оригинале комиксов, но и недооценивать соперника было также нельзя. Представившись Боросом, одноглазый мужик встал с трона и начал спускаться навстречу ко мне, попутно толкая пафосную речь о своем «предназначении». Идиот.
— БДЫЩ!
Пожалуй, я слегка перестарался, отправляя его в полет ударом, в который вложил чуть больше Силы, чем хотел изначально. Не ожидавший от меня такой подлости, командир космического судна пробил своей тушкой почти все переборки корабля, остановившись лишь у моторных отсеков. Наверное, здесь стены были усилены, чтобы сдержать мощь двигателей. Отлипнув от стены, он упал на пол, буквально испаряясь на ходу, но все же находит в себе силы, приподняться, чтобы взглянуть мне в лицо.
— К-какая сила! — скрипит он рассыпающимся ртом. Вижу в центре его груди ядро, похожее на то, что висит в центре космолета, правда, куда меньшего размера. Оно отчаянно мерцает. Пытаясь регенерировать тело владельца, но энергия лишь пропадает зря. Инопланетянин буквально тает, превращаясь в пепел. — П-про-рочество… не оправдало…
— Идиот, — говорю, перебивая его ударом кулака, превращающего ядро в его теле в кучу разноцветных искр. — Остался бы править Вселенной — был бы жив.
Стоит погаснуть последней искорке ядрышка, как от тела командира не остается и следа. Пожав плечами, ныряю к последней уцелевшей ауре, находящейся прямо подо мной прямо через перекрытия. Как только закончу с оставшимся в живых инопланетным существом, сразу перейду к транспортировке космолета на Землю. Думаю, его содержимому найдется применение…
Тем временем, на Земле, в строящемся здании профсоюза Героев проходило очередное собрание, на котором поднималась тема пророчества некоей древней предсказательницы. Я узнал о заседании чуть позже от присутствующих там моих доверенных лиц. Серьезно, группа героев «S»-класса значительно расширилась за счет присоединения к ним некоторых Секирей, чья сила была вполне сопоставима с телекинетической мощью самой Тацумаки. Сначала, конечно, мелкая зеленоволосая бестия задирала нос при виде моих окрыленных воительниц, но была вынуждена примириться с тем, что на свете существуют-таки герои, подобные ей. Тем более, времени на ссоры и выяснение отношений критически не хватало, так как способности героев были нарасхват в связи с постоянной нехваткой рабочих рук.
Но в связи с внезапным переводом последнего пророчества, было решено в экстренном порядке созвать сильнейших героев, дабы ввести всех сразу в курс дела. Со мной тоже пытались связаться, но, скорее всего, я был вне зоны действия, сражаясь с инопланетянами. Но, как мне рассказывала впоследствии Карасуба, среди представителей администрации и некоторых героев царил хаос и путаница. Как оказалось. Пророчества именной этой бабы всегда сбывались, отличаясь точностью в самых маленьких деталях. Хорошо, что их было крайне мало. Как назло, именно сейчас свет увидело одно из самых страшных ее предсказаний.
«Земля в опасности!»
Гласили ее слова, если обобщать вкратце витиеватые зашифрованные послания. Для большинства людей, находящихся на своих местах в здании строящегося Профсоюза, эти слова стали шоком. Особенно, после едва закончившегося нашествия монстров под предводительством Саманоске. Можете представить их реакцию, когда удалось навести слабое подобие порядка, и тут же весь город накрывает тень от гигантского космического корабля. Самые впечатлительные попадали в обморок, герои покрепче просто вытаращили глаза, прижавшись к стеклам. Даже мои девочки сильно удивились, хоть и догадывались, чьих это рук дело. Хорошо, что они сразу же связались со мной и объяснили остальным суть происходящего.
— Этот лысый уродец в одиночку уничтожил всех инопланетян⁈ — взвизгнула Тацумаки, видевшая меня всего пару раз. В ее мозгах я все еще являлся «тем самым слабым героем из „Б“ класса». — Невозможно! Да кем он себя возомнил⁈
Она и остальные немедленно поспешили выйти из здания, чтоб насладиться зрелищем того, как я медленно и пафосно опускаю с небес громадный кусок металла. Меня им, естественно, разглядеть не удалось, за исключением некоторых остроглазых личностей, но все поняли, что штуковина движется не сама по себе, а управляемая кем-то еще. Меня не особенно интересовало положение корабля при спуске и передислокации его на безопасную пустошь вблизи города, поэтому я просто держал его за край одного из двигателей, носовой частью вниз под острым углом. Найдя подходящее место, аккуратно приземляюсь, отпуская космолет почти на поверхности. Почти…
Облако пыли от падения корабля оседало минут пятнадцать. Как раз до того момента, когда к нему примчалась куча транспорта, набитая героями, военными и другими любопытными.
— Ты…ты…ты! — заикаясь, пытается произнести зависшая невысоко над землей Тацумаки, тыча в меня пальчиком. — Да как ты… да кто ты такой, черт бы тебя побрал?!! Как ты…?
— Привет, крошка! — машу ей свободной рукой. — Извини, что не сдержал обещание. Как видишь, много чего произошло. Но я помню про свидание…
— Да какое свидание! — орет раненым медведем эспер. — Кого ты с собой притащил?!!!
— Ах это… — задумываюсь я на секунду. — Позвольте вам представить — дочь повелителя Вселенной ее императорское высочество принцесса Лала с системы планет под названием Девилюк. Я все верно передал, ваше высочество?
— Ага! — весело кивает это розоволосое недоразумение, вися на моей руке. — А можно мы уже спустимся? Меня тошнит.
Третье существо, чью ауру я чувствовал в моторном отсеке космолета, оказалась вот эта, вполне гуманоидного вида, пленница. Она не пострадала от торможения, так как спала в анабиозе в колбе, наполненной жидким раствором неизвестного состава, сыгравшего роль амортизатора. При столкновении со мной колба треснула, раствор вытек, а пленница очнулась запертой в камере, выйти откуда ей самостоятельно не представлялось возможным. Так она там и ждала того момента, когда перед ней появился спаситель в мерцающем черном костюме. То есть я.
Борос наврал. Он не был правителем вселенной. Этот прохвост был самым обыкновенным космическим пиратом, ищущим легких заработков. Ему невероятно повезло похитить принцессу у самого Императора, который на самом деле владел системой искусственно созданных планет, а на нашу Землю он просто наткнулся, спасаясь бегством. Просканировав ее, он был поражен количеством ценных ископаемых и прочими ресурсами, которые находились в недрах планеты. Успешно избавившись от погони, командир судна не устоял перед внезапно открывшейся возможностью пограбить отстающее, с его точки зрения, человечество, но, как мы знаем, нашел тут лишь свою преждевременную смерть.
Принцесса едва-едва достигла совершеннолетия, которое в ее Империи наступало немного раньше, чем принято у нас. Как я понял из ее короткого рассказа, пока мы летели к Земле, в целом, их жизнь не сильно отличалась от нашей, за исключением технологического развития и некоторых традиций. В любом случае, принцесса постоянно верещала о том, что «наконец-то нашла своего избранника в моем лице и желает поскорее дать знать об этом своей семье».
Я в ее болтовню вслушивался мало, запоминая лишь самое интересное. Чтобы связаться с ее родственниками, принцессе надо было отремонтировать блок связи в корабле Бороса. Но посетив разбитую рубку немедленно отказалась от этой затеи, выразив желание построить новый, благо возможности и знания у нее имелись, а материалов было предостаточно. Оставив пару Секирей приглядывать за бесшабашной принцесской, я вышел наружу, где уже вовсю шла дележка «шкуры неубитого медведя».
Власти города, администрация Профсоюза, понаехавшие «шишки», вовремя почуявшие лакомый кусок пирога в виде разбитого космолета и технологий, скрывающихся внутри, уже едва не лезли в драку между собой, желая первым завладеть единоличным правом владения кораблем. В ход шли железобетонные аргументы в виде территориальной собственности, где приземлился звездолет, новые законы о всеобщей защите землян от инопланетных угроз и прочие. Я с минуту вслушивался в крики мудаков, решивших, что им снова все дозволено решать самим, пока мне все это не надоело.
